затухающее сознание.
А потом шум в ушах затопил весь его богатый внутренний мир, и перед глазами замелькали в обратном порядке кадры сегодняшнего дня. Как он сидит со Стремягой на корточках у флигеля, как они вдвоём придумывают способ изготовления волшебного зеркала, которое глупые тролли несли-несли да и херакнули оземь, разбив на миллионы мелких осколков, и как осколки эти попали сотням тысяч людей в глаза, а люди вдруг стали видеть мир не таким, как он есть, а различать в нем некую злобную волшебную реальность, которая, увы, не принесла никому счастья...
Он вспомнил, что это не его сказка. Это про Снежную Королеву. Но теперь ему было уже всё равно. Он успел показать Стеше в своих глазах все те картинки, которые крутились у него в мозгу, и что он хотел ей сказать словами, но не сумел толком сформулировать. И теперь мог спокойно провалиться в обморок...
А обморок у Крохи плавно перетёк в крепкий и здоровый сон без сновидений.
..Проснулся же он рано утром, за час до подъёма, в полнейшей неге и несказанной радости. Он безмятежно валялся в ногах у своей принцессы, на её необъятной низкой кровати под балдахином, среди шёлковых подушек и расписных парчовых покрывал. Он несомненно был в раю, потому что даже ошейника на нём не было!
Стеша ещё спала. Он слышал её ровное, тихое дыхание и постарался сползти с кровати, не потревожив самый сладкий, утренний сон этой невероятной девушки. Да, он всё помнил. Помнил вчерашнюю жестокую пытку, и чем она закончилась – его предобморочным падением в бездну собственного подсознания, во время которого только и смог высказать и выразить все свои чувства, уже созревшие, но ещё не рождённые.
Крадущейся походкой он пробрался в ванную комнату, умылся, привел себя в порядок, застирав все следы крови на вороте блузки. Пока возился, стараясь не шуметь, вспомнил, что подъёма как такового не будет – в праздники воспитанниц будили лишь на завтрак, а праздники здесь были намечены аж до Крещенского Сочельника, который в этом году приходился на восемнадцатое января.
Когда Кроха на цыпочках вернулся в Стешину спальню, в окошко уже заглянула заходящая Луна. Ночное светило было практически в стадии полнолуния, и сверкало в чистом черном небе как серебристый шар на новогодней ёлке. Лунная дорожка от окна уже подкралась к изголовью кровати, и вот-вот грозилась разбудить волшебницу. Кроха почему-то был уверен, что как только холодный свет Луны упадёт на чело его хозяйки, она обязательно проснётся. А ему так хотелось, чтобы Стеша поспала подольше и как следует отдохнула. И он решился задёрнуть шторы на окнах, сузив лунную дорожку до минимума...
И тут же услышал, как Стеша, моментально перевернувшись в своей постели, выхватила из-под подушки маленькое дамское зеркальце, и полоснула его жёстким, белым, узким лучом, отражённого лунного света, который и ослепил парня и одновременно сковал всё его тело, парализовав на время мышцы.
— Это кто там у меня вошкается? – поинтересовалась девушка сонным голосом и сладко зевнула. Зажмурившийся и не дышащий Кроха походил на пойманного с поличным воришку.
— Ваш раб у ваших ног! – Кроха сделал неуклюжую попытку опуститься на колени и поднять руки, но цепкий луч волшебного боевого фонарика по-прежнему держал его в оцепенении.
— Ну, так и ползи к моим ногам, - сказала Стеша, выключая фонарь. – Какого черта шкеришься там, за портьерами? Подглядывал за мной? Дрочил? Признавайся!
— И в мыслях не было! – горячо и убедительно зашептал Кроха.
— Забожись! – шутливо приказала Стеша. – По-ростовски, нараспев.
— Спаси мою душу грешную, от порядков здешних, от этапа дальнего, от шмона капитального, от забора высокого, от прокурора жестокого, от хозяина-беса, от пайки малого веса, от тюремных ключников, от стальных наручников... - тут же отбарабанил молитву малолеток Кроха.
А сам тем временем дополз до Стешиной кровати на коленях. Она тихо засмеялась, оценив молитву.
— А что, неплохое получилось бы заклинание, – оценила скороговорку Стеша. И, высунув босую нежную ступню из-под одеяла, приказала – Целуй! Целуй, холоп, ногу барыни!
Кроха припал к её ступне, целуя и стараясь как кот потереться носом и губами о её бархатистую пяточку.
— Ну-ка встань! – велела она.
Кроха поднялся, и скрыть свою эрекцию даже и не подумал.
— Наглец! – осмотрев его хозяйство, одобрительно констатировала Стеша. – А в приговоре у тебя сказано, что потерпевшая отчетливо запомнила большой половой орган, болтавшийся перед её глазами. Как же так, Кроха?!
— Перед вами жертва судебного произвола, сиятельная госпожа, – скромно парировал он.
Стеша усмехнулась.
— И я могу эту жертву прямо сейчас отшлёпать по самому кончику, чтобы она спряталась и никогда больше тут не маячила. Как думаешь, пятьдесят горячих линейкой для начала будет достаточно?
Кроха всем своим видом изобразил вселенский ужас перед такой перспективой.
— Сто? – вполне серьёзно подняла ставки Стеша.
Кроха молитвенно служил руки и рухнул на колени.
— Неужели сто пятьдесят?
— Алмазная донна, помилуйте!
— Ладно, найди мою сумочку, у меня там для тебя подарочек имеется. На Святки. Там же, кстати, и твой ошейник лежит. Не надейся, его с тебя никто снимать не собирается...
Кроха быстро нашел Стешин крошечный ридикюль, гадая, какой же это будет подарок. Но то, что он увидел, ему совсем не понравилось. Стеша достала из сумочки маленькую металлическую конструкцию, представляющую собой продолговатую клетку, состоящую из хромированных колец и поперечных планок. Клетка, как он быстро понял, предназначалась для его маленького зверька, болтавшегося у него
Порно библиотека 3iks.Me
1676
16.03.2025
|
|