Госпожа. Исповедь (часть 5,"Катастрофа")- Читать онлайн

Ну что, дорогие читатели, вы всё ещё здесь? Не отвернулись от меня после всего? Продолжаете читать мою историю? Хорошо, раз так, я не остановлюсь — буду рассказывать дальше, как было, без утайки. Вы же знали, на что подписывались, открывая эти страницы. Так что устраивайтесь поудобнее — сегодня будет интересный поворот сюжета.

Мы с Людой стали встречаться регулярно — когда мужа не было дома, два, иногда три раза в неделю. Я уже не наряжалась для неё в какие-то похабные шмотки — чулки, пояса, всё это ушло. Она и так была моя, полностью, до костей, и красоваться смысла не осталось. Встречала её в обычной одежде — домашний топ, мягкие штаны, простое бельё. Всё равно оно долго на мне не держалось — снимала через пять минут, чего тянуть-то? Люда лизала мои дырочки — пизду, жопу, сосала пальцы на ногах, пока я не начинала ёрзать от удовольствия. Служила мне столиком — ставила на неё чашку с чаем (опрокинешь - обваришься, сука!), иногда табуреткой — садилась сверху, вдавливала её в пол своим весом. Писала на неё, плевала ей в лицо, унижала — она всё принимала, глотала, вытирала слюни и слёзы, и это унижение всегда было для неё самым больным, но она подчинялась.

Попой её я тоже занималась — купила пару пробок, маленькую и побольше, заставляла носить их постоянно, даже на занятия. Трусы, конечно, запретила — ходила с голой жопой под платьем, только пробка внутри. Я планировала купить страпон — хотелось взять её пожёстче, поглубже, чтобы она прочувствовала меня до конца.

У неё началась сессия, и я предупредила:

— Если наши встречи испортят твою учёбу, если плохо сдашь экзамен или хоть как-то спалишься — тебе несдобровать, поняла, тварь? — Она боялась моих угроз, глаза округлялись, и старалась — не только со мной, но и в универе, и в маскировке. Хотя, чего она такого боялась? Страшнее того, что я с ней уже сделала, ничего и быть не могло.

И вот однажды субботним вечером, после очередного экзамена, Люда пришла ко мне с ночёвкой — бабушке наплела что-то про подружку, или ещё какую-то чушь, не знаю, почему старуха вечно велась на эту ложь. Сегодня я решила разнообразить наши встречи. В коридоре — а он у нас длинный, от кухни до комнаты шагов десять, спасибо позднему СССР за такие планировки — в дверной арке муж когда-то поставил турник. Не то чтобы он часто на нём висел, но штука стояла крепко. И вот я решила привязать Люду к этому турнику за руки и как следует выпороть.

Взяла пояса от халата — шёлковые, но прочные, завязала её запястья, затянула узлы туго, чтобы не вырвалась. Подтащила её к турнику, подняла руки вверх — она тянулась на цыпочках, верёвки впивались в кожу, держали крепко. И вот она передо мной — во всей красе, руки высоко над головой, тело вытянутое, голое, беззащитное. Ни увернуться, ни прикрыться — шансов ноль. Я даже оставила ей очки — в них она выглядела ещё уязвимее, стекляшки поблёскивали в полумраке коридора, глаза за ними большие, испуганные. Её грудь поднималась от тяжёлого дыхания, ноги чуть дрожали, пальцы сжимались в кулаки, но вырваться она не могла — турник держал, как тиски. Я отступила на шаг, посмотрела на неё — моя, полностью в моей власти, готовая принять всё, что я задумала.

Я взяла старый ремень мужа — широкий, но не чересчур, кожа потёртая, как раз ложится под мою руку. Сложила его вдвое, хлопнула по ладони — звук глухой, тяжёлый.

— Буду тебя бить, а ты считай, — говорю я, голос низкий, спокойный. — Сначала десяток по жопе. — Люда дрожит, стоит привязанная к турнику, руки вытянуты вверх, тело напряжено — такая беззащитная, что у меня внутри всё загорается, возбуждение бьёт в голову.

Первый удар — ремень шлёпает по её заднице, кожа вздрагивает, она дёргается, верёвки натягиваются, но считает:

— Один... — голос тонкий, дрожащий. Я продолжаю — второй, третий, бью ровно, с оттяжкой, ремень оставляет красные полосы на её белой жопе. Она кричит — коротко, сдавленно, но телевизор орёт музыку громче, заглушает всё. Четвёртый, пятый — она дергается сильнее, ноги подгибаются, пальцы сжимаются, очки чуть сползают на нос. Я стегаю по бёдрам — крест-накрест, кожа алеет, полосы пересекаются, потом перехожу на спину — ремень свистит, оставляет следы повыше. Шесть, семь, восемь — она хрипит числа, голос срывается, слёзы текут, но считает. Девять, десять — готово. Зад горит красным, бёдра в разводах, спина тоже помечена. Она висит на турнике, тяжело дышит, а я смотрю на неё, чувствуя, как меня это заводит.

— Ну а теперь спереди, — говорю я, голос твёрдый, с лёгкой насмешкой. — Пятёрку по сиськам. — Люда в ужасе — глаза за очками расширяются до предела, слёзы уже катятся, она дёргается в путах, тело выгибается, но турник держит мёртво. Руки вытянуты вверх, грудь — маленькая, бледная — торчит вперёд, открытая, беззащитная, ни прикрыться, ни увернуться. Я замахиваюсь ремнём, сложенным вдвое, кожа шуршит в руке — раз! Удар падает поперёк её сисек, ремень хлопает громко, кожа тут же розовеет, она орёт:

— Ааа! — тело бьётся, ноги поджимаются, верёвки натягиваются, чуть скрипят.

— Один, — выдавливает она, голос тонкий, ломается от боли.

— Считай, дрянь! — шиплю я, замахиваюсь снова. Второй

Порно библиотека 3iks.Me