Как мать и дочь пережили унижение (Воспоминания о пережитом стыде)- Читать онлайн

силой отводит наши руки и приказывает лечь.

Когда я убрала руки, раздался гул удивления: «Ооо!» Думаю, это не обо мне, а о наготе Риэко.

У Риэко тело как у модели из журнала — идеально пропорциональное. Неудивительно, что мужчины ахнули.

В зависимости от состояния пациентов нам четверым назначили разные позы для клизмы.

Мэгуми — классическая поза на левом боку. Сёити положили, как младенца для смены подгузника, задрав ноги, так что его маленький пенис оказался на виду.

Риэко заставили встать на четвереньки, а затем принять позу с опущенной грудью и коленями — позу, которую женщины ненавидят.

Но самая стыдная поза, кажется, досталась мне. Меня связали в позе лотоса — говорят, это самая унизительная из верёвочных техник — и опрокинули назад, так что оба отверстия, спереди и сзади, оказались полностью открыты.

— Не-е-ет! Почему только мне так?! Это слишком стыдно! — кричу я.

— Женщины стесняются, но это стандартная поза для проктологических осмотров. Ничего особенного, — успокаивает медсестра.

— Риэко, попа опускается! Держите её выше! — добавляет она.

Риэко тоже стыдно, и она пытается округлить спину, чтобы скрыть задранную попу, но её тут же заставляют прогнуться и выпятить ягодицы.

— --

— Если сзади плохо видно, подходите ближе! — объявляет преподаватель.

Под ярким светом софитов самые интимные части моего тела оказались выставлены напоказ перед студентами.

— У взрослых женщин густые лобковые волосы могут быть негигиеничны. Бактерии — это проблема, так что перед клизмой мы бреем, — объясняет преподаватель.

— Всегда перед клизмой бреют? — спрашивает студент.

— Клизма, бритьё и катетеризация — это «тройной комплект». При поступлении в больницу для операции их делают сразу. После этого большинство женщин становятся послушными, — отвечает он.

Оказывается, до сих пор строптивых пациенток укрощают клизмами и заставляют испражняться на глазах у всех. Преподаватель подробно объясняет это студентам.

— На табличке у кровати заранее пишут: «После каждого приёма пищи — глицериновая клизма, фиксировать состояние дефекации и характеристики испражнений в карте», — продолжает он.

— Если поступает высокомерная женщина, её нарочно кладут в смешанную палату и вешают табличку так, чтобы все видели.

— Соседи по палате и посетители узнают, что ей трижды в день делают клизму.

— Бритьё, клизму и дефекацию проводят прямо на кровати. Сквозь тонкую штору всё слышно и пахнет. Иногда штору нарочно приоткрывают, чтобы усилить стыд.

— Если женщина испачкает пижаму или простыню во время дефекации, её в наказание раздевают догола, снова делают клизму и ставят в коридоре. После этого даже самая надменная сдаётся.

Я подумала, что такие разговоры сейчас неуместны, но, похоже, это адресовано и нам.

— Если мы испачкаем, с нами так же? — спрашиваю я.

— Именно. С трубкой ирригатора в анусе, держа в руках жестяные вёдра, будете стоять в коридоре, — отвечает преподаватель.

— Вёдра с клизменной жидкостью? — уточняю я.

— Точно! Наполнены до краёв. Когда руки устанут, жидкость переливают в ирригатор для высоконапорной клизмы. Когда живот начнёт болеть, разрешают испражниться в ведро.

— Но если в ведро, разве это не замкнутый круг? — спрашиваю я.

— Верно. Это наказание, так что легко не будет. Представьте: стоите с ведром, полным своего кала, пока вам делают клизму.

— Не-е-ет! Это ужасно, я не хочу! — кричу я.

— Вот именно. Поэтому сотрудничайте как следует, — заключает он.

Кто мог подумать, что так обернётся? Часть 6

— Теперь по порядку номеров присутствия: будем проводить бритьё пациентам. Проходите сюда, — объявляет преподаватель.

— Выбирайте, кого хотите побрить, но не сбривайте всё — оставьте для следующего, — добавляет он.

Я и Риэко стали объектами для бритья лобков, но почему-то за Риэко выстроилась длинная очередь студентов.

Почти все они были парнями, и из-за толпы девушки-студентки пришли ко мне.

Риэко брили с такой тщательностью, что это выглядело преувеличенно: парни раздвигали её малые половые губы, обнажая клитор, и сбривали каждый волосок.

Мои же волосы брили девушки, и они, стараясь не касаться чувствительных зон вроде клитора, делали всё быстро и поверхностно.

Риэко — победительница конкурса красоты, так что это, конечно, ожидаемо. Но у меня ведь тоже большая грудь и тонкая талия! В тот момент я почувствовала стыд совсем другого рода.

— Не только маме Сёити, но и моей маме побрейте волосы, чтобы она стала как девочка, как я! — вдруг говорит Мэгуми студентам-парням.

— Точно, у мамы Мэгуми много волос вокруг ануса, это займёт время. Надо разделить работу, — подхватывает студент.

— Я раздвину ягодицы, а вы брейте волосы вокруг ануса, — предлагает другой.

Связанная в позе лотоса, я не могла пошевелиться. Пальцы студентов по очереди касались моего ануса, и я невольно начала покачивать бёдрами.

— Нахоко, не двигайтесь, это важное место. Если случайно порежем, будет беда, — говорит студент.

— П-простите… Когда там трогают, я не могу… — бормочу я.

Я старалась скрыть, что мне чувствительно, но это был предел.

— Вытрите вагинальные выделения, — говорит преподаватель. — У некоторых пациенток во время бритья они появляются, так что держите салфетки наготове.

— --

— После бритья переходим к ректальному осмотру. Нанесите лубрикант, чтобы облегчить введение трубки клизмы, слегка помассируйте анус пальцем, вставьте его и проверьте состояние кала, — объясняет преподаватель.

— Для маленьких детей, как Мэгуми и Сёити, используйте мизинец. Для взрослых женщин лучше указательный палец, — добавляет он.

— Мам, мне страшно! — вдруг заплакал Сёити.

Похоже, ректальный осмотр для него в новинку, и он начал капризничать, как только палец студента коснулся его ануса.

— Сёити, всё хорошо, это быстро закончится. Открой рот пошире и

Порно библиотека 3iks.Me