В поисках перпендикулы (Полная версия)- Читать онлайн

Хоть и обещал графине Воронцовой, что буду хранить его до самой смерти, но до чьей, не сказал. Не обманул, выходит. Зачем оно мне теперь? Только душу бередить горькими воспоминаниями. Пусть другой человек порадуется. Вытянул я с подклада шпильку, но девице не показываю, в кулаке сжал.

— Вот, — говорю.

И вложил ей в ладонь дорогую блестяшку, без сожаления. Она опять рот раскрыла. Смотрит на переливы каменьев драгоценных, хочет что-то сказать, но у нее только «а», да «э» выходит. Наконец, совладала она с собой и шепчет растерянно:

— Этто мне? Почему?

Опять книжка пригодилась. Там, где про комплиман даме писано:

— Эти камни так подходят вашим глазам. Примите. Без корысти это, не откажите.

Конечно, я слукавил, на то она и волокита. Была корысть и расчет. Охота мне стало разузнать на предмет женского устройства у иноземок. Может у них-то все там поперек? Не зря же слово перпендикула придумали.

Ирма подумала-подумала, и ладонь-то сжала.

— Значит, я могу с эттим сделлать все, что душе угодно?

Вспомнил я кое-что еще из наставлений:

— Можете даже выбросить. Я буду доволен уж тем, что моего скромного подношения касались ваши руки.

Вот как завернул. И стою, сам собой довольный. У Ирмы глаза разгорелись, а потом помокрели. Она как закричит:

—Исса! Исса! Тулэ танне! Нопеаммин!

Вот, думаю, жалость-то какая! Ума лишилась девка от брильянтового да сапфирового блеска. Что теперь делать-то?

На ее крики в лавку вбежал здоровенный косматый мужик с топором и зарычал что-то не по-нашему страшным голосом. Говорит, будто камни в горле ворочает. Ирма ему в ответ шпильку показывает, тараторит и в меня пальцем тычет. Все, думаю, лишат сейчас жизни иноверцы душу православную. Топором. Что ж я не так сделал-то?

Мужик, слава тебе, Господи, топор выронил, но руки растопырил и на меня двинулся. Я не жив, не мертв, молитву об избавлении принялся шептать. И помогло! Обнял меня этот косматый, так что кости затрещали, говорит что-то, в глаза смотрит с преданностью, а Ирма улыбаться стала. Вот, что слово Божье делает.

Когда мужик с дареной совсем не ему шпилькой исчез в дверях, Ирма все мне растолковала.

Оказывается, это был ее отец. Исса по-ихнему, по-суомски. А побежал он к жене, матери Ирмы, докладывать, что для нее теперь самолучшего во всей округе лекаря наймут, и мать Ирмы враз от злой хвори излечится.

Чего уж теперь... дело-то благое. Но стало мне отчего-то грустно. Хотелось же веселья, страсти, и для уда приятных вольностей с такой-то русалкой, а я оказался ее героем и рыцарем. Сама так сказала. Как теперь быть? Не пристало рыцарю флирт делать и шутки шутить, чтобы даме под юбку проникнуть, какого бы сословия она не была. Иначе баба или сударыня подумает, что ты за подарок услугу интимную требуешь. Кто ты после этого? Подлец, одно слово.

Выходит, не сдюжил я, и дар мой не помог. Может, нет никакого дара, а Лиза это так, ради моего мужского себялюбия сказала. Мол, молодец, Никитка, ублажил, расстарался, а на самом деле думает, что я фетюк кисельный и разлямзя. Отчего не стонала и не брыкалась как графиня? И не кричала, как Ульянка? Отчего в корчах сладких не нежилась? Даже спину мне не расцарапала.

Вот опять — рядом девица, а я думаю о другой. А пока я мыслям предавался, Ирма встала на колени и руку мне целует. Как я давеча Александру за часы делал. Стыдно мне стало, я ж не барин какой. Отнял руку, и тоже на колени опустился. Стоим так, и смотрим друг на друга. Ирма и говорит:

— Всё-всё для вас сделлаю, просите, что хотитте.

Если всё-всё, то выходит, у меня получилось, хоть я и не могу принять ее предложение? Совесть-то не позволяет. Усугубил ли я умение? Тут сомнение есть. Как же сложно с ними, с женщинами!

Ульянка бы так никогда не попросила, на хитрость пришлось пойти. С другой стороны, графиня-то сама за уд ухватилась, и не спрашивала. Да и кто ей откажет? А с Лизой вовсе непросто. Интересно, вернулась ли она?

Я помотал головой, чтобы ни о ком больше не думать, и отвечаю по писанному:

— Ничего мне не надо. Вы так прекрасны, что любоваться вами — одно удовольствие. Надеюсь, вы подарите мне счастье любоваться вами и после.

Хорошая все-таки книжка эти наставления. Вон как Ирму моя речь проняла. Сама улыбается, а у самой слезы горячие текут. Вот ей-богу, есть у меня дар, только другой — слезы женские вызывать.

Вытер я ей щеки, встал и говорю:

— Пойду я. Повидаемся еще, даст Бог.

Она так и не встала с колен. Я дверью скрипнул, выхожу, на солнце щурюсь, чуть на иссу, то есть на отца Ирмы не налетел. Оказывается, он на крыльце сидел и не пускал всех, кого жажда замучила, пока мы с Ирмой светскую беседу не закончим. А я-то гадаю, отчего это в лавку никто не заходит.

Мы друг другу покивали, сказали каждый на своем наречии до свидания, он меня еще перекрестил по-иноверски, как у них в суомии этой принято, я и ушел. Так, просто. Приспичит, еще приду. Знаю теперь, где моя белая фея живет.

***

Ночью я не спал, читал при свече «Показания к житейскому обхождению» и временами думал об Ирме, забывая о книге. Приходилось перечитывать, чтобы все запомнить. Если хочешь знать много слов и говорить их в нужный момент, нужно много читать. Это я понял после встречи с моей белой

Порно библиотека 3iks.Me