спрашивать? Она может знать что-то про Лулу или хотя бы про Ирэн?
— «Нет, с ними она не знакома. Зато знает ту, что зовёт себя Машей.»
— Что ещё за Маша? Постой, имя какое-то знакомое...
— «Ну, в общем, это та самая сучка, что во сне твоём троллихой притворялась. Её искать и надо. А найдёшь её – там отыщутся и другие твои земные самочки.» – Штрудель смачно зевнул.
— Забавно, ты уже второй, кто за глаза назвал её сучкой. И что же, так вот прямо про Машу эту и спрашивать?
— «Как спрашивать – сам решай. Это не важно. Важно делать это не раньше, чем у пассии твоей желтоглазой дыхание перехватит, и лапы задние мелко задрожат. Ты точно знаешь, как этого добиться? Может, научить?»
— Точно знаю. Не переживай.
Я перенёс засыпающего зверька с кровати в большое кресло и загородил подушкой, чтоб не подглядывал, как я на этом шикарном ложе я буду малышку Ханну на кукан свой бывалый насаживать. От одних только мыслей об этой огонь-девчонке у меня снова стало тесно в штанах.
Долго ждать себя она не заставила. Уже через полчаса в дверь постучали, и хорошенькая стюардесса вкатила в каюту ресторанную тележку. Она была сплошь заставлена блюдами, накрытым блестящими стальными колпаками. А в самом центре, в ёмкости со льдом красовалось горлышко бутылки дорогого вина.
Всего минута-другая – и всё это великолепие умело расставлено на профессионально сервированном столе, и вино налито в бокалы. Я сел во главе, а гостью усадил по правую от себя руку.
Первые полбокала были выпиты за досужими разговорами. Ханна улыбалась и вела себя в соответствии со светскими канонами. На еду не набрасывалась, однако я заметил, каким хищным взглядом косится она на тушки сушёных ящериц. Сам я никогда этот дамский деликатес не пробовал, но слышал, что вкусом, текстурой и запахом он напоминает эрегированный член молодого гоблина.
Видеть её терзания было выше моих сил, и я галантно подвинул блюдо с разделанными рептилиями и даже сам положил несколько штук ей в тарелку. Затем навалил себе щедрую порцию ещё шевелящихся в цитрусовом соусе Саронских слизней.
Это было божественно! Как же давно не вкушал я этот изысканно-дивный восторг! Облагороженная ароматной специей, нежнейшая мякоть пульсировала на языке, и сама собой проваливалась в глотку. Она была настолько мягкой, что её вообще не требовалось жевать.
Запивая каждую стебельчатоглазую, ещё полуживую особь небольшим глоточком вина, я наслаждался тем, как скользит и трепещет в моём нутре её слюнявое тельце. Как, утрачивая во мне остатки своих жизненных сил, слизни безропотно позволяют моему организму черпать из себя мужскую энергию.
Не менее увлечённо и Ханна поглощала одну за другой жирненькие тушки небольших ящерок. С каждой минутой её жёлтые глазёнки разгорались всё ярче необузданной страстью, сдерживать и контролировать которую ей становилось всё труднее.
Её пища, как и моя, не была подвергнута термической обработке. А значит, содержащиеся в ней афродизиаки не утратили своих первозданно-неистовых свойств и качеств. Несколько последних минут мы почти не разговаривали.
Я помню, как испытывал подобное и раньше! В такие моменты на женщину ты смотришь вовсе не как на объект обожания и восхищения, а как на добычу! Словно охотник ты грезишь мигом, когда ваши тела сольются в безумном вихре, и подобно острому жалу, твой затвердевший клинок вонзится наконец в бренную плоть меж её бёдер, вызвав гортанный вопль наслаждения!..
Смутно помню, как мы приступили к десерту. Слегка обжаренные в кипящем масле крупные Ирионские жуки хрустели у нас на зубах, услаждая обострившиеся вкус и обоняние. Хитиновые панцири слегка горчили, но щедро сдобренные сахарной пудрой, они великолепно сочетались с букетом изысканного вина, которым мы их запивали.
Не помню, как мы оказались в постели. Понятия не имею, как и когда избавились от одежды. Всё было как в тумане. Но точно никогда не забуду, как мой раскалённый шомпол впервые вторгся в истекающее скользкой смазкой тесное чрево молоденькой зеленокожей красотки.
Никогда не уйдёт из моей памяти тот дикий крик, что издала она, оказавшись нанизанной своей горячей щелью на мой остроголовый вертел. Подобно копью древнего охотника, пронзил он её тело, разверзая упругую плоть.
Затем мой твёрдый наконечник плавно вплыл всей своей длиной и толщью в потаённую глубь женского естества и принялся ласкать и утешать изнутри пылающие вожделением девичьи недра.
Сначала она лежала подо мной, задрав к потолку ноги, и смиренно внимала моим рьяным толчкам, которые сотрясали не только огромную кровать, но и, должно быть, всю гондолу этого дирижабля.
Затем я ставил её перед собой на четвереньки и долго смаковал своим всепроникающим стержнем бушующую промежность озабоченной нимфоманки. Ну, а после этого обезумевшая от похоти девчонка скакала на мне сверху. То повернувшись передом, демонстрировала свой мясистый клитор. То вертела передо мной своей аппетитной попкой, выставляя напоказ упругие, словно орешки, молоденькие ягодицы. При этом её красивая задница мельтешила столь быстро, что я не успевал насладиться её великолепием.
Кто-то видимо, ждёт, когда я расскажу, как лакомился её задней норкой. Тут мне сказать нечего. Врать не буду – до этого не дошло. Почему, если ваших красавиц я обычно радую именно так? Да потому что щель девушки-гоблина гораздо туже самой тугой попки земной девчонки. А киски у ваших девушек чересчур мягкие, на мой вкус, вот и пришлось нащупать на их телах дырочки поупруже.
Ханна захлёбывалась от сладострастия. Вскоре экстаз стал накрывать её волнами. Поначалу короткими и едва заметными. Но в
Порно библиотека 3iks.Me
905
09.06.2025
|
|