Долги или как жена стала шлюхой (Полная версия)- Читать онлайн

Посмотрела на Софию. Потом на Вадима. Улыбка на её лице была странно довольной.

— Это... хорошо. Она обняла меня. Я боялась, что она не захочет. Но она обняла.

— Завтра Серёжа, — напомнил Вадим, садясь рядом. — Он будет в шоке.

— Я попробую. Я… хочу, чтобы он не боялся. Я… потренируюсь быть мамой, — она посмотрела на Софию. — Знаешь, она рыжая. У меня никого рыжего в семье не было. Наверное, это хорошо. Это значит, что она что-то новое. Что-то лучшее. Вадим ничего не ответил. Смотрел на неё, на её тёплую, но почти нереальную улыбку, и думал, сколько времени уйдёт, чтобы она смогла быть собой. Или хотя бы — чтобы дети смогли в неё поверить.

Прошёл месяц.

Квартирой снова пахло едой, порошком и детским кремом. С виду — всё нормализовалось: Лида вернулась к учёбе, Сергей делал вид, что ничего не случилось, Вадим вычёркивал пункты из долговой тетради.

Да, кстати — долгов больше не было. Всё, что когда-то копилось: проценты, займы, суды, карточки, — исчезло.

Вадим знал, почему. Не говорил об этом вслух. Но знал. Это не его работа это погасила.

Это не экономия. Это — сотни часов на камеру. Это грудь Веры, которую кто-то оплатил… раз, и ещё раз… и ещё. Она не говорила о том времени напрямую.

Но было видно: оно не отпускало. Иногда, когда в доме воцарялась тишина, она включала музыку — не из любимого, а из тех плейлистов, что крутились в «студии». Глубокий бас, глянцевая попса, глухие удары.

Иногда — танцевала. Сама, перед зеркалом. Голая по пояс. Силикон плотно сидел в груди, как будто не принадлежал телу, но подчёркивал всё, что с ним сделали. Она гладила себя по шее, по животу, по бедрам, закрывала глаза.

Соседи, знакомые — реагировали по-разному.

Тамара Петровна с пятого стала здороваться через губу. В магазине кто-то шептал:

— Это та, с видео. Не из Интернета, из того.

А однажды какой-то бывший фанат не удержался — подкараулил её у мусорки.

— Я тебя смотрел... — сказал он, глядя на грудь. — Ты была лучшей. Как живётся ?

Она усмехнулась, приподняла край футболки, чуть оголив бок — где с трудом замазанное тату «любимая дойка».

— Всё ещё в эфире, только код доступа сменился, — и ушла, не оборачиваясь.

Но хуже всех была Ольга. Она не молчала. Смс приходили почти каждый день.

Ольга (SMS):

Ты ведь знаешь, Вадим, что она до сих пор трётся по ночам? Привычка. Смотри, как выгибается, когда думает, что никто не видит.

Ольга (SMS):

И не благодари — твоя сытая семья оплачена из моих архивов. Можешь поцеловать ей грудь — это ж печать свободы.

Ольга (SMS):

Кстати, если что — у нас всё ещё лежит её форма. "Ученица. 18+". Можем прислать по памяти.

Вадим не отвечал. Но иногда — стирал смс не сразу.

Cмотрел, как Вера варит суп в майке без лифчика. С грудью, которая качается, когда она смеётся. С телом, которое не умеет больше быть просто «мамой». С глазами, в которых тлело что-то большее, чем стыд. Что-то, что он боялся называть. Однажды он нашёл её ночью — она сидела в ванной, в трусиках, с ноутбуком на коленях. Открыто окно браузера. Камера отключена. Но страница была та самая — её старая страница. Там, где стояла ставка за час. Где были её позы. Где горели лайки.

— Зачем ты… — начал он.

— Не для работы, — спокойно ответила она. — Просто вспоминаю. Я там была… нужной. Каждый вечер. По графику. Со смыслом.

— А тут ты кто?

Она взглянула на него.

— Тут я — благодарная инвестиция. Без процента. Без процентов. но я уже не хочу прятаться, — тихо сказала она, не отрывая взгляда от экрана. — Я устала делать вид, что могу быть «обычной». Варить гречку. Спрашивать у Лиды про школу. Пытаться быть женой, когда внутри меня уже всё давно умерло.

Вадим молчал. Он чувствовал, как сжимается в нём что-то живое.

— Я не лечусь. Не восстанавливаюсь.

Я просто перераспределяю своё желание.

Вспоминаю, как пахнут сперма и пластик. Как звучат команды в съёмочном цехе. Каково это — когда тебя дерут

Он сел на стул. Медленно. Он уже не злился.

Он был как кто-то, кто выжил после пытки, но не хочет жить.

— Я не против снова пойти туда. — Вера затянулась. — Но не в «поток». Нет. Только за деньги. Только за контроль. Только я решаю, кто тронет меня.

Ты можешь сидеть в комнате рядом. Слушать. Смотреть.

Я не заставляю. Но я не могу больше быть «мамочкой». Я не «жена». Я — использованный инструмент с функцией тепла. Она подошла ближе. Обняла его. Медленно. Опустилась на колени, уткнулась в пах, но не ради секса — просто как будто так ближе к реальности.

— Ты можешь трахнуть меня прямо сейчас. Здесь. Я не почувствую ничего. Но ты — почувствуешь. Что она ещё здесь. Та, кем ты когда-то восхищался. Та, которую ты когда-то спасал.

Только она теперь — с грязью внутри. С архивами из сотен чёрных флешек. С дырками в душе, которые не залатать супом и семейными сериалами.

Он положил руку ей на голову. Мягко. Пальцы дрожали.

— Если ты вернёшься туда, — сказал он глухо, — я не остановлю тебя.

Но не притворяйся, что это — сила. Это не выбор. Это болезнь.

— Всё, что осталось — болезнь. — она подняла на него глаза. — Но ты всё ещё здесь. Значит, ты

Порно библиотека 3iks.Me