сошёл? — она потрясла мятой вещью перед моим носом. — На тебе складки, как на карте метро! Быстро гладить!
И через пять минут я уже стоял с раскалённым утюгом в руках, старательно разглаживая на доске чёрную хлопковую ткань, под её бдительным и требовательным контролем.
— Давай, давай, хорошо пройдись вокруг горловины... Нет, ты видишь, вот здесь ещё морщинка! Идиот, сказала она любя, ты её сейчас прожжёшь! Осторожнее!
В конце концов, футболка была выглажена до состояния идеальной, стерильной гладкости. Я надел её, и она, обходя меня кругом, как строгий критик на показе, одобрительно кивнула.
— Ну, вот. Теперь сойдёшь за приличного парня. Почти.
Она поправила футболку на мне, её пальцы на мгновение задержались на моей ключице, и во взгляде, мельком встретившемся с моим, промелькнуло что-то тёплое и беззащитное — кусочек той, настоящей Лены, спрятанной под слоем безупречности. Но тут же она снова надела маску собранности.
— Ну что, готов? — спросила она, подходя к окну и взглянув на улицу, как будто уже сейчас могла увидеть там чёрную машину. — Скоро четыре.
Лена подошла к окну, отодвинула край занавески и тут же отпрянула, будто обожглась.
— Сань, а они здесь уже... — её голос прозвучал не как испуганный шёпот, а скорее как досадливое восклицание, полное раздражения. Она не нервничала из-за Филимона, не из-за его охранников и не из-за того, что её могло ждать. Её беспокойство было сфокусировано на чём-то другом, более важном в её понимании. Она отошла от окна и принялась критически оглядывать себя в зеркало-трюмо в прихожей, вертясь и приглядываясь к отражению под разными углами. Внезапно она замерла, её взгляд упал на её собственные бёдра.
— А трусы не слишком видны? — спросила она, обращаясь больше к своему отражению, чем ко мне. — Может, вообще без них? Блин, давно купить уже надо было! Сейчас такие продаются, совсем маленькие, полностью попку открывают... А у меня... — она с досадой провела рукой по ткани платья на бедре, —. ..блин, как панталоны! Мне кажется, они всё портят, эту линию...
Она не стала ждать моего ответа. Приняв мгновенное решение, она резко задрала подол платья. Я увидел на миг кусочек белого хлопка с простой ажурной резинкой — самые обычные, ничем не примечательные трусики. Они и вправду были довольно скромными, не ультра-секси, а просто удобными.
— Так... лучше будет смотреться, — твёрдо сказала она себе под нос и одним ловким движением сняла их, стянув с бёдер и ступней.
Она бросила их на полку для обуви, как ненужный хлам, и снова встала перед зеркалом, расправив платье. Тянущаяся ткань теперь легла идеально, без малейшей складки или намёка на лишнюю деталь под ней. Она повертелась, оценивая вид сзади.
— Да, — удовлетворённо кивнула она, поймав мой взгляд в отражении. — Так точно лучше. Вот теперь и правда безупречно.
В её действиях не было ни капли стыда или кокетства. Была лишь холодная, практичная расчётливость визажиста, доводящего до совершенства свой проект. Её беспокойство улеглось, уступив место уверенности в том, что каждый элемент её образа теперь работает на нужный эффект. Она была готова.
Я подошёл к ней и поднял с полки маленький, ещё тёплый комочек белой ткани.
— Лен, ну ты чего, — тихо сказал я, вертя в пальцах её простые хлопковые трусики. — Родители же найдут.
Она, наклонившись, застёгивала ремешок на каблуке, резко подняла на меня голову. В её глазах мелькнуло искреннее удивление, будто она и правда забыла о самом очевидном.
— Ай, блин! — вырвалось у неё, и она с досадой хлопнула себя по лбу. — Забыла совсем! Уже с этими приготовлениями голова поехала. Она выпрямилась, поправила платье и махнула рукой в сторону комнаты, уже полностью сосредоточившись на своей обуви.
— Положи их в шкаф, Санечка, а то правда, мама потом вопросы задавать будет.
Я посмотрел на маленький, беззащитный кусочек материи в своей руке. Такая простая, бытовая вещь, брошенная здесь в прихожей в момент странного, вынужденного перформанса. Они пахли ею — её шампунем, её теплом. И в этом был какой-то сюрреализм: готовясь к встрече с какими-то бандитами, мы прятали от родителей трусы. Я развернулся и прошёл в нашу комнату. Воздух здесь ещё хранил следы её духов и лака для волос. Я подошёл к шкафу, распахнул створку. Среди моих немудрёных рубашек и её немногочисленных платьев висела наша общая жизнь — простая, немного потрёпанная. Я аккуратно, почти с нежностью, положил свёрнутые трусики на полку с её бельём, задвинув их подальше, под стопку маек, чтобы их точно никто не нашёл. Когда я вернулся в прихожую, Лена была уже полностью готова. Она стояла на каблуках, выпрямив спину, и смотрела на своё отражение в тёмном стекле входной двери. В её позе читалась собранность, решимость и та самая «безупречность», к которой она так стремилась.
— Ну что? — обернулась она ко мне. В её глазах уже не было ни досады, ни суеты. Только холодная, отточенная готовность. — Поехали?
Мы вышли на лестничную площадку, и дверь квартиры с глухим стуком захлопнулась за нами, словно отсекая прошлую, обычную жизнь. Я шёл за Леной по лестнице вниз и не мог оторвать от неё взгляд. Она шла впереди, её каблуки отчётливо стучали по бетонным ступеням, эхо разносилось по пустому подъезду. Чёрное платье облегало каждый её изгиб, делая её походку плавной и невероятно соблазнительной. Солнечный свет, падающий из окон
Порно библиотека 3iks.Me
1761
08.09.2025
|
|