Как девица за водой по утру шла- Читать онлайн

I.

В тот раз ответственный соцработник Вера Николаевна Пыхтина спешила, ей надо было застать свою дочь Машу дома одну, пока ее муж Эдик не вернулся с работы. Предстоял серьезный разговор.

Маша на кухне пила чай, подхватилась, приняла у матери пакеты.

— Машка, у меня новый подопечный, - сказала в коридоре мать, разуваясь.

— Ну и что? - Спросила дочь.

— А то, что это наш шанс. Я руки помою, а ты поставь чайник, дело есть.

— Ужинать не будешь? Я блинчиков с мясом напекла.

— Потом, сейчас чаю хочу.

Вскоре чайник залился веселым свистом, дал упругую струю пара. Когда он развеялся, это двое уже сидели за столом, мать говорила, почему - то воровато поглядывая по сторонам:

— У нас Тамарка заболела, ну меня на ее клиентуру и кинули, еще одного пенсионера дали в нагрузку.

— Доплачивать за него будут?

— Да куда они денутся. Не доплатят, из глотки вырву, тут дело о другом: дед - то этот не дед, а чистый клад.

— А что в нем?

— Ну рассуди сама: квартира и, что самое главное, одинокий, я перепроверила.

— А что за квартира?

— Квартира не сказать что бы прямо шик, но две комнаты, санузел раздельный. И в престижном районе, на Соколе. А там каждый метр золотой.

— И?

— А что "и"? Пойдешь к нему вместо меня, скажешь, что подменяешь мать, да тихонечко его и окрутишь. Главное, чтобы он жилплощадь на тебя переписал, а там уж мы управимся.

— Я не пойму, ты что его травить собралась?!

— Зачем травить, никто не говорит про травить. Ты главное свое дельце сделай, бумаги выправь, а там уж я его найду как доехать.

— Это же как - то не по - людски.

Мать поставила чашку, сердито глянула дочери в глаза:

— А это по - людски, что ты тут вроем в однушке душимся? По - людски, что мы с твоим муженьком жопами каждое утро тремся, как рыбы на нересте? А там у вас дети пойдут, и что дальше? А тут такая возможность? Я двадцать лет в соцобеспечении горбачусь, а такого прямого варианта мне еще не выпадало.

— Нет, не хочу.

— Да пойми ты, дурочка, никто его травить не собирается. Там уж совсем трухлявый штрудель, он сам дойдет, а ты его старость и согреешь, а?!

Лукаво подмигнула родительница.

— А если он приставать начнет?

— Ой, не могу, - закатилась Вера Николаевна, - "приставать", ты бы глянула на него, он еле ходит.

— Это что же мне теперь за ним ухаживать придется, мыть его?

— Ну я пока не поняла, кажись он сам моется, но ноги еле таскает.

— Если старик, так это точно жадина и склочник.

— Ну, знаешь, мне с характером его некогда было разбираться. Вот сама и увидишь. Так, с первого раза, вполне себе миролюбивым показался, вдовец с грамотами какими - то, лыбился даже, как идиот. Видать идиот и есть, такого голыми руками надо брать. А квартирку -то подгребем, там может и капиталы сыщутся. Бонус будет!

— А почему ты сама не хочешь? Ты женщина еще вполне себе.

— Я не такая яркая, разгон будет длиньше, а времени нет. Если зазеваемся, там другая охотница заведется.

В двери защелкало. Вернулся Машин муж Эдик.

— Все Машка. Своему пендюху ни гу - гу. А к деду завтра же и отправляйся и оденься по ярче. Брать будем на живца. Адресок я тебе дам.

II.

Маша надавила на кнопку старомодного звонка, измазанного красной краской, услышала за дверью шаркающие шаги. Надавила еще раз.

— Сейчас, сейчас, - закашлялся изнутри старческий голос. - Кому там неймется о сию пору? Кто там?

— Здравствуйте. Я Мария, дочь вашей опекунши Веры Николаевны, подменяю ее.

Загремели замки, в дверном проеме, перечеркнутом цепочкой, обозначился старческий глаз в больных прожилках, он пытливо вращался.

— А ты одна? Никого с собой не привела?

— Одна, с кем мне быть.

— Правда?

— Правда.

— Тада заходи, счас я свет включу.

Дверь отошла, в нос девушки ударила крепкая смесь запахов корвалола, табачного дыма и спирта. Голая лампочка высветила коридор, а в нем лысого и косматого, низкорослого деда в халате.

— Ишь ты, ладная какая! - Разглядывал старик молоденькую гостью на свету, - а что ж мать не пришла. Аль забоялась Петровича?

— Дела у нее.

— А - а.

— Ну, как вы тут? Может продуктов вам купить или лекарства?

— Лекарства, говоришь? А что с них, весь холодильник в лекарствах, а все одно едино дело - могила. Больной я, девка, весь и ноги так крутит, что нету никакого спасу, особливо на холод.

— Я тоже вся больная, - подхватила Маша.

— И что ж у тебя болит? - С иронией раздвинул седые, косматые брови дед.

— Да все: руки - ноги, голова.

— Стал быть, ни на что не гожая?

— Выходит так.

— Понимаю, понимаю.

— Говорите, что вам сделать, да я пойду.

— А ты давай - ка мне ступни разомни, я до этого дела большой охотник.

— Нет, это не входит в наши обязанности.

— А что ж входит в ваши обязанности?

— Что - нибудь приготовить, убрать.

— Свари пельмени тогда, в холодильнике лежат.

Маша сняла верхнюю одежду, бегло осмотрелась, прошла на кухню. Дед приковылял за ней:

— Что ж ты, замужняя баба, аль одинокая?

— Одна я.

— Ага. Такая пригожая, да и одна. Да не обманываешь ли ты Петровича?

— Нет, не обманываю. Говорю же, больная я.

— Что ж тогда пришла. Деда заразить?

— Ага. Вместе болеть

Порно библиотека 3iks.Me