голосе мелькнула растерянность. - Не подумала в бараке. И потом, поздно же...
Он рассмеялся, тихо, но так, что я услышал из кустов. Его рука, что была на её бёдрах, скользнула к талии, и он повернул её к себе, так что они оказались лицом к лицу. Его пальцы теперь лежали на её боках, слегка сжимая, и я заметил, как ткань платья натянулась, очерчивая крутой изгиб бёдер.
— Купальник? - сказал он, улыбка слышалась в его голосе. - Валя, темно же, кто что увидит? Твоё бельё небось покрасивее любого купальника. Не бойся, я же с тобой.
Мама снова отрицательно покачала головой, но её движения были медленными, как будто она сомневалась. И грузин, похоже, это прекрасно чувствовал. Она сделала шаг назад, но Георгий шагнул следом, не убирая рук. Его пальцы теперь скользили по её талии, поднимаясь к груди, и я заметил, как он слегка потянул за ткань платья, будто проверяя, поддастся ли она. Мама вздрогнула, её руки поднялись, чтобы остановить его, но замерли на полпути.
— Георгий, не надо, - сказала она тихо, но её голос дрожал, как будто она не была уверена. - Я не могу... Владька дома, я замужем...
— Владька спит, - ответил он, наклоняясь ближе, его лицо было совсем рядом с её. - А ты, Валя, на отдыхе. Никто не увидит. Здесь только ты, я, море и звёзды.
Мама что-то хотел сказать в ответ, но Георгий накрыл её губы поцелуем, и она снова не отпрянула. Мужские руки становились всё смелее. Грузин теперь не просто пробегался лёгкими движениями по её телу. Я видел, как он сжал ягодицу, чуть позже сдавил крупной ладонью мамину грудь.
— Что ты делаешь? – мамин голос звучал с придыханием.
— Помогаю тебе снять платье. Ты же сама хотела смыть усталость. Расслабься, Валюш!
Руки Георгия легли на мамины плечи, и я увидел, как платье, вместе с грузинскими руками, поползло вниз, раскрываясь и обнажая спину. Похоже мужчина успел расстегнуть крючки платья, находящиеся позади. Высокая грудь, удерживаемая белым бюстгальтером, сразу бросилась в глаза.
— Георгий, хватит, - сказала она тихо, её голос был едва слышен за шумом волн. - Это неправильно...
— Валя, какая ты красивая, - ответил он, его голос был мягким, почти завораживающим, - Ты как море, честно. Я такого не видел. Расслабься, просто поплаваем.
— Просто поплаваем? Правда?
— Конечно, моя хорошая.
Похоже голос грузина действовал на маму гипнотически. Она опустила руки, позволяя платью скользить вниз. Мужчина снова стал жадно целовать маму в губы, и я видел, что она отвечает ему.
Платье упало к ногам. Грузин отступил на шаг и прищёлкнул языком:
— Красавица! Богиня! Хочу тебя на руках носить!
Мама растерянно смотрела, как Георгий быстро срывает с себя одежду, оставшись в одних, оттопыривающихся спереди, семейных трусах.
Он потянул её за руку, мягко, но уверенно, к воде. Мама замешкалась, но пошла за ним, её шаги были неуверенными, как будто вино и его уговоры путали её мысли. Они вошли в воду, и я видел, как волны лизали их ноги, оставляя белые пузыри. В темноте их силуэты стали почти неразличимыми, только лунный свет очерчивал их фигуры. Теперь Георгий стоял позади неё, его руки снова легли на её талию, и я видел, как они двигаются, поглаживая её бока, поднимаясь чуть выше, к груди, и опускаясь к бёдрам. Мама стояла неподвижно. Она была напряжена, но она не отстранялась, как будто ждала действий Георгия.
Он подталкивал её всё глубже, не забывая скользить руками по женскому телу. Его руки продолжали двигаться, медленно, но настойчиво, и я видел, как он притянул её ближе, так что их силуэты почти слились. Мама что-то пробормотала, но слов я не разобрал - только её слабые возражения, которые тонули в его уговорах. В темноте было трудно разглядеть, что происходит, но я видел, как его руки скользят по её груди, а она стоит, будто заворожённая, позволяя ему это. Тогда я не понимал, что чувствует мама, но теперь, оглядываясь назад, я вижу: она была на грани, разрываясь между виной и тем, что вино и море делали с её головой.
— Ох... хватит... давай... просто... поплаваем..., - слышал я, то ли шепот, то ли стоны своей матери.
Видно их почти не было, только слитый воедино шевелящийся силуэт. Но, судя по тому, что снова появились звуки поцелуев, они снова стояли лицом друг к другу.
— Да! Поплаваем... обними меня ногами, радость моя. Хочу тебя покатать.
— Ох... нет.... Гоша... ох... нет... что ты делаешь?
— Ух! Какая грудь! Дай! Поцелую! – грузин приподнял маму на руках и принялся жадно зацеловывать ярко-белые, никогда не видевшие солнца полушария.
Когда он поднял маму над водой, стало видно, что бюстгальтера на маме больше нет. Тогда я всего лишь запомнил то, что видел. Сейчас же понимаю, что параллельно с этим грузин пытался пристроить член между ног моей матери. Об этом говорили движения их тел. Вот только у Георгия не получалось. Может быть, вода смыла женский секрет, а может не получалось разобраться с мамиными трусами. Мама охала, неуверенно отказывалась, но продолжала держаться за мужскую шею, не делая ничего, чтобы остановить грузина.
Помучившись, Георгий двинулся к берегу. Какое-то время мама продолжала сидеть на его руках. Когда они вышли на мелководье, я даже успел увидеть, что её ноги обнимают его талию. Но в какой-то момент она сказала: «Я сама» и
Порно библиотека 3iks.Me
703
21.10.2025
|
|