Машенька 1917 год...- Читать онлайн

солдатами.

— Пора, товарищи, - встрепенулся политический. — Приготовьтесь.

Петренко хохотнул.

— К чему готовиться, паря? Юнкеров порвем, а баб... того-этого…

— Ага, — Зашумело воинство, веселея. — Того-этого! Уж мы их того-этого!

Броневик медленно двинулся, по Невскому проспекту.

— Каких баб? - шепотом спросил Иван у шагающего, по соседству мрачного рабочего.

— Баб. Ударниц. Это такие бабы с винтовками. Говорят, их там около сотни. Сейчас придем увидим. Эх, повеселимся!

— Ага, — Cказал кто-то сзади. — Бабы с винтовками это весело.

Невский проспект был почти пуст. Праздно шатающиеся горожане исчезли. Впереди виднелась нестройно шагающая колонна солдат, по тротуарам жались кучки черных фигур, в начинающейся темноте вспыхивали красные огоньки цигарок. И была тишина. Только издали, со стороны Невы, пару раз ухнула пушка, да раздалась короткая пулеметная очередь, которая быстро захлебнулась. И снова ватным одеялом пала тишина.

Когда они выехали на Дворцовую, было уже темно. Броневик остановился у арки, рядом с двумя грузовиками, загораживающими выход. Политический убежал, за указаниями к виднеющейся неподалеку группке людей в штатских пиджачках. Людей на площади было больше, чем на проспекте. Или в темноте это только казалось. Редкие фонари освещали лишь вход в здание Генштаба, да какие-то слабые огни метались у далекого, еле видного, через всю площадь, подъезда самого дворца. Потом оттуда донеслись несколько ружейных выстрелов, и огни метаться перестали.

— Сопротивляются, — Заметил один из рабочих.

— Какое там! Перестреляли всех давно. А кого не успели, — Разбежались.

— Главное, чтобы ударницы не разбежались.

Потом политический прибежал обратно, придерживая готовый свалиться с головы картуз, тихо сказал: «Нам, во дворец», и двинулся через площадь.

Они прошли мимо наспех сооруженной баррикады, возле которой валялся труп в юнкерской шинели.

— Юнкера, мать их... — Сказал Петренко, пнув его ногой. — А бабы, бабы-то где?

Баб они увидели у дворца. Точнее, сначала они увидели густую толпу солдат, которые радостно галдели и напирали друг на друга.

— Товарищи, нам надо, во дворец, приказ товарища Антонова, — Заволновался политический.

— Погоди ты, — Осклабился Петренко. — Интересно же.

Из толпы с трудом выбрался маленький плюгавый солдат, путающийся в полуспущен-иных штанах, увидел их и весело заорал:

— Эх, ну и баба! Пол роты, уже пропустила и ничего... Налетайте, братцы!

Толпа на мгновение расступилась и Иван успел заметить в просвете женщину, лежащую на заботливо положенных шинелях. Поднятые вверх обнаженные ноги ритмично подрагивали в ответ на движения придавившего ее матроса.

— Налетайте! У нас еще есть.

Только сейчас Иван увидел невдалеке двух девушек в разорванных одеждах. Они безучастно сидели на плитах подъезда, прижавшись друг к другу, под охраной трех солдат, которые нетерпеливо переступали с ноги на ногу, ожидая своей очереди. Один из них хрипло крикнул:

— Чего «Налетайте»! Это наши бабы. Собственность Павловского полка. Пусть своих ищут.

— Во дворец, товарищи, во дворец, — Cнова сказал политический. Гвардия, оглядываясь на галдящих собратьев, вяло потянулась к подъезду.

— Эх, собственность, — Проворчал Петренко, — Собственники. Сейчас все общее, паря, но тоже пошел вслед, за остальными. — И вообще, тут же холодно. Идиоты. Надо было хватать, да во дворец. Ну ничего, паря, — он догнал Ивана и хлопнул его по плечу, — Сейчас мы найдем каких-нито ударниц, да в «Царскую спальню», их. Всегда мечтал бабу на царской койке попахать. А лучше, — не просто бабу, а царскую дочку или барышню благородную. Говорят у них женское место нежнее.

— Сказки, — авторитетно заявил один из гвардейцев. — Место как место. А вот кожа, — да, как масло. Вот мы недавно одну гимназисточку с поймали, фигурка стройненькая, сама вся сочная, бывает же такое, и кожица, как у ребеночка, гладкая, нежная, как дотронешься, сразу залезть тянет. Мы с ней двое суток забавлялись, пока не померла. Не выдержала.

— Надо было очередь составить и перерывы предусмотреть, — Сказал другой знаток.

— Мы так делали. А вы небось ее всем скопом использовали?

— Ну так, нас же много, всем хочется. А часто девок ловить командир не велит...

— Ха, — откликнулся Петренко. — Не велит. Даже спрашивать не будем. Свобода товарищи!

Тяжелые двери медленно открылись, выпуская наружу яркий свет фонарей, клубы сигаретного дыма и гвалт сотен собравшихся в холле людей.

Огромная плотная толпа в шинелях, бушлатах, пиджаках, солдатских шапках и рабочих картузах колыхалась в зале, забивая все углы, выходы и даже парадную лестницу. Стоял невообразимый гул, где-то еще стреляли, где-то произносили речи, срываясь на хриплый крик, слева, из соседнего зала, доносился хохот и женский визг.

— Нам наверх, — Повернулся к ним политический. — Товарищ Антонов ждет. — И он стал проталкиваться сквозь толпу к лестнице, помогая себе локтями. На втором этаже народу было меньше. У стены собрались десяток солдат, рядом с ними стоял ящик с бутылками водки. Солдаты пили, передавая бутылки друг другу, и пьяными голосами распевали песни.

— Эх, народ веселится, празднует, — Cказал Петренко завистливо. — А мы...

Он отошел к солдатам и вернулся, прижимая к груди несколько пузатых бутылок водки. Политический только глянул на него неодобрительно, но ничего не сказал.

— Выпьем, за победу народной демократии! — Провозгласил Петренко, раздал бутылки бойцам, оставил одну себе и хорошо хлебнул из горла.

— Пойдемте, пойдемте, — хмуро сказал политический и двинулся, по коридору.

Они долго шли, по анфиладам роскошных, но темных залов, передавая друг другу бутылки, хлебая, и разглядывая увешанные картинами стены. Несколько раз, из-за дверей, ведущих в боковые комнаты, доносились истошные женские крики, и

Порно библиотека 3iks.Me