внутри всё перевернулось. Жалость достигла какой-то критической точки. Он был на краю. Она просто помогла ему. Её губы горели от этого детского, несмелого прикосновения.
— Не надо, — голос её был мягок, как при объяснении простой истины ребенку. — Я всё понимаю. Но я тебя почти вдвое старше. Ты ещё найдёшь себе девочку. — секундная пауза. — И давай на этом, пожалуй, закончим.
Слова повисли в воздухе, беззвучно напоминая о пропасти между ними. Митин взгляд, только что полный отчаянной надежды, мгновенно потух. Он обречённо опустил голову и плюхнулся на стул, превратившись в маленького несчастного мальчика.
— Найду, — глухо, без интонации, пробормотал он в пол. — Конечно.
Лена поняла, что сломала его последнюю соломинку. Тот призрачный мостик, который он попытался построить своим поцелуем, рухнул. Она хотела утешить, но вместо этого добила.
— Митя, послушай… — она сделала шаг к парню, рука снова потянулась к его взъерошенным волосам.
Парень рывком вскочил и обхватил её порывисто, по-детски, прижавшись всем своим тощим, дрожащим телом. Будто боялся, что она может убежать или того, что он может струсить в самый последний момент. Горячее дыхание обожгло её шею.
— Тёть Лен… пожалуйста… — он шептал быстро-быстро, словно в бреду. — Пожалуйста-пожалуйста… Хотя бы… хотя бы посмотреть… Покажите… Я больше… не попрошу, никогда…
Его руки, неуверенные и дрожащие, скользнули со спины и легли на грудь, чуть сжали её через тонкую ткань. Не похотливо, а с жадным, исследующим интересом, как слепой щупает запретный, диковинный предмет.
Лена не была возбуждена. Она вообще не помнила, когда последний раз испытывала что-то похожее на возбуждение. Казалось, эта часть её давно уснула. Ей было просто жалко парня до физической боли в груди, до спазма в горле. Его шёпот, его дрожь, его унизительная просьба — всё это не имело ничего общего с желанием.
Она взяла его за запястья и отвела руки. Не грубо, но твёрдо. Заглянула в глаза парню, в эти широкие, полные животного страха и надежды.
— Закрой дверь, — тихо, почти беззвучно сказала Лена.
Митька замер. Он смотрел на неё, не веря, пытаясь прочесть в её лице насмешку, но лицо женщины было спокойным, почти отрешённым.
Прошла минута. Тишина в зале была абсолютной. Затем Митя, не сводя глаз с Лены, поспешил к двери. Щёлкнул замок. Глухой звук, отрезавший их от всего мира.
Скоро он снова был рядом. Парень громко сглотнул. Звук был оглушительно громким в звенящей тишине. Дыхание его было прерывистым, а стук сердца, казалось, разносился по всему залу, отскакивая от высоких потолков и рядов книг.
Лена взяла его холодную, потную руку и повела к дивану в дальнем углу, заставленному стопками старых журналов. Это был её выбор. Её решение. Не страсть, не измена. Акт милосердия.
Женщина двигалась медленно, методично, будто выполняла давно заученную, но слегка подзабытую процедуру. Её пальцы нашли первую пуговицу на блузке. Затем вторую. Ткань расходилась, обнажая тонкую шею, ключицы, показывая парню то, что скрывала одежда. Когда показался тонкий коричневый бюстгалтер, на бледное лицо Мити залилось пунцовым румянцем. Он заворожённо молчал, руки, лежащие на коленях, мелко и часто дрожали.
— Митя, — голос Лены прозвучал неожиданно громко, он был ровным, низким, почти учительским. — Посмотри на меня.
Парень с трудом оторвал взгляд от расстёгнутой блузки и поднял глаза.
— Об этом никому не надо знать. Никому. — сказала она, чётко выговаривая каждое слово.
Он только закивал, быстро-быстро, словно голова была на пружине. Слов он уже не находил.
Лена завела руку за спину. Лёгкое, привычное движение — застёжка расстегнулась. Ещё одно, и кусок кружевной ткани соскользнул с её плеч и бесшумно упал на пыльный пол.
Митька сидел, не двигаясь, просто смотрел. Смотрел, затаив дыхание, на её красивую, полную грудь, на ярко-розовые, твёрдые от прохлады и напряжения соски, на плавный изгиб талии, на чуть полноватый живот. Он видел не женщину — он видел чудо. Запретное, невозможное, ставшее явью.
Лена наблюдала за его лицом. Видела, как в нём борются священный ужас и непреодолимое желание. И снова, сильнее прежнего, её накрыла волна материнской жалости. Она взяла его дрожащую руку. Аккуратно, как берут самый тонкий инструмент, и положила себе на грудь.
Её плоть была мягкой и податливой под его неподвижными пальцами. Митя вздрогнул всем телом, будто от удара током. Его ладонь осталась лежать, не решаясь сжать, не смея отнять.
— Видишь? — тихо прошептала Лена, и в её голосе впервые прозвучала не твёрдая уверенность, а что-то другое. Усталость? Смирение? — Ничего страшного.
Она говорила это ему. И, возможно, себе. Убеждая их обоих, что в этом жесте, в этой наготе нет никакой катастрофы.
Его пальцы наконец дрогнули. Сначала осторожно, а потом с нарастающей, неуклюжей жадностью они сомкнулись, прижались к её коже, пытаясь вобрать в себя, запомнить навсегда тепло, форму, саму суть этого чуда. Его дыхание стало хриплым и частым. Лена закрыла глаза. Она не чувствовала желания. Только тяжесть в груди, его касания и его нетерпение.
Очень скоро уже обе его руки изучали её тело. Он не мог поверить, что ему позволили. Что это не сон, не насмешка. Его пальцы, шершавые и осторожные, скользили по её коже, ощущая тепло, упругость, мягкость и нежность. Казалось, он не мог насытиться.
Возбуждение, дикое, незнакомое, переполняло его, толкало на новые, отчаянные поступки. Парень приблизился, и его губы снова нашли её. На этот раз поцелуй был не тем робким прикосновением, а жадным, влажным, требовательным. Голодный, наконец добравшийся
Порно библиотека 3iks.Me
631
20.12.2025
|
|