Тот день на даче начинался как обычно: запах сосен, крики сорок и назойливое жужжание комаров, пробивающихся сквозь москитную сетку. Андрей приехал на выходные, чтобы косить траву и, как всегда, откладывая дела, сидел на террасе с чашкой остывающего чая.
Небо нахмурилось стремительно, словно кто-то сверху опустил свинцовую ширму. Подул резкий, пахнущий озоном ветер. «Ну вот, дождь», — с досадой подумал Андрей, но подняться с кресла не успел. Ослепительная белая молния ударила в старую ель на соседнем участке с оглушительным треском. Воздух сгустился, запахло горелой древесиной, а в висках у Андрея застучало так, будто его самого ударили током. Последнее, что он помнил — это зеленая вспышка перед глазами и ощущение свободного падения в никуда.
Очнулся он на теплой земле у края лесной дороги. Голова гудела, во рту был привкус меди. Он сел, потер виски. Лес вокруг был знакомым, тем же самым сосновым бором, что окружал его дачный поселок. Но что-то было не так. Воздух? Звуки? Он встал, пошатываясь, и пошел в сторону поселка.
Первое, что его насторожило — дорога. Она была слишком ровной, аккуратно засыпанной мелким гравием. Заборы у участков выглядели иначе — ниже, ажурнее, и почти у каждого входа стояли не привычные фигурки гномов, а какие-то абстрактные скульптуры или изящные кованые фонари. Дома тоже были не те: вместо привычных бревенчатых срубов и кирпичных коттеджей — легкие, почти воздушные строения с большими окнами и странными, плавными линиями крыш. Царила идеальная тишина. Ни привычного шума газонокосилок, ни смеха детей, ни перебранки соседей из-за межи.
Андрей шел, чувствуя нарастающую тревогу. Он уже почти убедил себя, что это последствия удара молнии, галлюцинации, как его взгляд упал на один из ближайших участков. За низким кованым забором, в тени раскидистой яблони, разворачивалась сцена, от которой у него кровь ударила в голову, прилила к вискам и щеки покраснели.
На широкой деревянной скамье лежал обнаженный мужчина лет сорока. Его руки и ноги были мягко, но надежно зафиксированы ремнями. Над ним, в простой льняной тунике, стояла высокая женщина с собранными в тугой узел каштановыми волосами. В ее руке была тонкая, гибкая розга. Она размеренно, без злобы, но и без тени сомнения, опускала ее на покрасневшую кожу голых ягодиц мужчины. Звук — негромкий, влажный щелчок — долетал до Андрея сквозь тишину.
Андрей замер, не в силах оторвать глаз. Его мозг отказывался верить. «Съемки? Перфоманс? Извращенная игра?» — лихорадочно соображал он.
Женщина, заметив его застывшую у забора тень, прервалась и обернулась. Ее лицо было спокойным, красивым и абсолютно бесстрастным. Она окинула Андрея оценивающим взглядом с ног до головы, и в ее глазах мелькнуло легкое раздражение.
— Чего уставился? — голос у нее был низким, властным. — Или тоже захотел?
Андрей вздрогнул, словно ее слова были второй молнией. Он молча, пятясь, отступил от забора, развернулся и почти побежал прочь, в сторону своей, как он надеялся, дачи. В ушах звенело: «Извращенцы. Сектанты. Нужно вызвать полицию...». Но почему-то сама мысль о полиции казалась здесь абсурдной и неуместной.
С трудом, петляя по изменившимся улочкам, он нашел свой участок. Сердце екнуло с облегчением: дом стоял на своем месте! Тот самый, до боли знакомый, щитовой домик его отца. Но взгляд сразу же выхватил деталь: крыша была покрыта аккуратной металлочерепицей цвета графита. Андрей нахмурился. Он же точно помнил, как в прошлые выходные с отцом латал протекавший старый шифер. Или не помнил? «Контузия, — с отчаянием подумал он. — Провалы в памяти. Это из-за молнии».
Он толкнул калитку, и навстречу ему из дома вышли две женщины. Жена Наташа и теща Марина Алексеевна. Увидев их, он чуть не заплакал от облегчения.
— Наташ! Марина Алексеевна! Вы не поверите, что со мной случилось и что я тут видел! — выпалил он, делая шаг к жене.
Женщины обменялись быстрыми, недоуменными взглядами. Наташа — нет, это была не совсем Наташа. Черты те же, но выражение лица другое: более собранное, чуть свысока. А теща... Она выглядела моложе своих пятидесяти, стройная, с холодной, четкой красотой.
— Вадим, ты что это совсем разум потерял? — сказала та, что была похожа на его жену. Голос звучал привычно, но в интонации была непривычная повелительная нотка. — Я — Ирина. А это — Вероника Николаевна, твоя Госпожа. Как ты смеешь бормотать какие-то чужие имена?
Андрей-Вадим почувствовал, как земля уходит из-под ног в прямом смысле. Он схватился за косяк двери.
— Я... я не понял. Ударила молния. Я, кажется, путаю...
— Вижу, что путаешь, — холодно произнесла Вероника Николаевна, его теща. Ее взгляд, всегда немного критический, теперь был подобен сканирующему лучу. — Совсем рассудок потерял. Забыл, как зовут свою Госпожу... Это лечится. Хорошая порка прояснит мысли, прибавит ума. Но сначала — дело.
Она протянула ему ногу, обутую в легкую садовую сандалию. На тонкой, ухоженной стопе и щиколотке виднелись следы темной земли.
— Принеси таз и теплой воды. Босая возилась на грядках, ноги запачкала. Пойдем, вымоешь.
Андрей стоял, парализованный. Это был сон. Кошмар. Он вот-вот проснется.
— Я жду, Вадик, — голос Вероники Николаевны стал тише, но в нем появилась стальная хватка, не терпящая возражений.
Что-то внутри Андрея, какой-то древний инстинкт самосохранения, заставил его повиноваться. На автомате он нашел в прихожей знакомый таз, налил в кухне теплой воды и вернулся в гостиную, где Вероника Николаевна уже сидела в кресле, откинувшись на спинку.
— На колени. И хорошенько, с мылом.
Опускаясь на
Порно библиотека 3iks.Me
791
26.12.2025
|
|