день сжатая пружина внутри наконец-то начала распрямляться с тихим, сладострастным шипением. Он оторвался от уха парня, чтобы посмотреть ему в лицо. Брендан смотрел на него снизу вверх, глаза блестели в свете фонаря влагой страха и непонятного, дикого восторга. Он был прекрасен в своём унижении. Прекрасен и абсолютно принадлежащим ему, Элиану, в эту рождественскую ночь.
— Но нас... нас могут увидеть? — выпалил парень, и в его сдавленном шёпоте плескалась паническая искра последнего разума, пытавшегося бороться с накатившей судьбой.
Этот жалкий лепет заставил Элиана улыбнуться. На этот раз по-настоящему. Уголки его губ дрогнули, обнажив ровный ряд зубов. Он не ответил. Слова были излишни, когда всё решало право сильного. Его рука, быстрая и неумолимая, как щупальце тени, метнулась вперёд. Пальцы не просто нашли, а впились в ледяной металл пряжки на ремне Брендана, вдавив его в мягкость живота под тканью. Раздался сухой, громкий щелчок, болезненно отчётливый в морозной тишине, — звук сдающегося замка, сломанной преграды.
И тут же, не дав парню и мига на осознание, Элиан рванул. Не за руку, не за плечо — именно за эту расстёгнутую пряжку и болтающийся ремень, как за узду. В этом жесте была не просто настойчивость, а циничное утверждение власти.
Брендан не сопротивлялся. В его теле не возникло даже намёка на привычный для стражника защитный спазм — лишь глухая, тотальная капитуляция. Он позволил рывку вывести себя из равновесия и, пошатываясь, поплёлся следом в тёмный проём, как привязанный на незримый поводок. Каменная арка поглотила их, и тьма сомкнулась за спинами, плотная и немая.
И тут, в этой слепой, тесной клетке из камня и мрака, принц накинулся на него с новой, обнажённой силой. Он не просто обнял — он захватил, окружил руками, притянул к себе так, что грубый шерстяной плащ Брендана вмялся в его мягкую кофту. Он прижал парня к своей грудной клетке, позволив тому ощутить всей поверхностью тела два неоспоримых факта: лихорадочное тепло, исходившее от принца сквозь одежду, и твёрдый, настойчивый бугор желания, упиравшийся ему в бедро — неприличный, властный и живой.
— Теперь нам никто не помешает, — прошипел Элиан прямо в его ухо, и его голос звучал уже не насмешливо, а тихо, хищно, с мокрым от удовольствия придыханием. — И никто не увидит. Совсем. Никто.
Одна его рука принялась гладко, почти ласково поглаживать напряжённое плечо стражника, ощущая под пальцами дрожь в мышцах. Другая твёрдо легла на его спину, прижимая ещё ближе. Элиан отклонился на полшага, чтобы в сумраке разглядеть его лицо.
— Ты весь дрожишь, — констатировал он, и в его голосе заплясали игольчатые искры усмешки. Он знал ответ. Знал ещё до вопроса.
— Мне... холодно, — буркнул Брендан, отводя взгляд. Его голос был хриплым, сдавленным где-то в горле. — Ночь... морозная.
Он лгал. И лгал отвратительно неубедительно. Дрожь, что пробегала по его телу, была слишком мелкой, слишком частой, чтобы быть лишь от холода. Это была нервная, животная дрожь — смесь леденящего страха и того самого предательского возбуждения, которое заставляло его стоять на месте, а не вырываться. Элиан видел, как взгляд парня, скользнув по его лицу, на миг упал ниже, к тому самому месту, где их тела соприкасались с похабной откровенностью. И задержался. Всего на мгновение. Но этого было достаточно.
— Я знаю, как тебя по-настоящему согреть, — поправил он, и в его голосе зазвучала сладкая, липкая хитрость, за которой пряталось железное обещание.
И он тут же это доказал. Его ладонь, до этого поглаживавшая плечо, стремительно и неумолимо скользнула вниз — по грубой ткани мундира, мимо пряжки уже расстёгнутого ремня, и впечаталась точно в пах Брендана. Не ласково, не исследуя, а с сразу оценивающей, владеющей силой.
Тело новобранца вздрогнуло всем корпусом, будто его ударили током. Он выпрямился в струну, спина снова глухо ударилась о камень, а в горле вырвался сдавленный, животный звук — не крик, а скорее хриплый выдох, в котором смешались шок, стыд и немыслимая, запретная реакция на этот грубый захват. Через слои ткани Элиан чувствовал под ладонью смутное, податливое тепло, которое уже начало отзываться на давление.
— Что... что вы пытаетесь сделать? — выдавил Брендан. Слова вышли шёпотом, сорвавшимся на самой грани паники. Он сглотнул — тот самый ком, огромный и колючий, поднялся из груди и с трудом протолкнулся вниз по пересохшему горлу. Но — и это было главное — он не отступил. Его пятки не отшатнулись, плечи не вывернулись из захвата. Он замер, пригвождённый к стене телом принца и собственным парализующим смятением, в котором страх боролся с чем-то гораздо более тёмным и древним.
Элиан медленно, с театральной и хищной грацией, опустился на колени. Снег хрустнул под его весом, ледяная влага тут же промочила ткань, но он не ощущал холода — лишь адреналиновый жар, пульсирующий в висках. Его взгляд, тяжёлый и неотрывный, снизу вверх впивался в глаза Брендана, ловя в них бурю из страха, стыда и ошеломлённого любопытства.
— Сейчас станет... гораздо жарче, — прошептал он, и его пальцы, уверенные и холодные от ночного воздуха, нащупали верхний край грубых шерстяных штанов. Он не стал медлить. Вцепившись в ткань, Элиан резко, одним мощным рывком рванул её вниз вместе с тонким подштанником.
Холодный воздух ударил по обнажённой коже, но то, что произошло дальше, было не от мороза. Высвободившийся от тесной ткани, наполненный кровью и подавленным возбуждением член Брендана
Порно библиотека 3iks.Me
822
31.12.2025
|
|