адрес. Водитель сразу стал нервным и замотал головой; сказал, что не может отвезти нас туда. Я протянул ему несколько двадцаток. Он быстро сунул деньги в карман, но предупредил, что не может гарантировать, что довезет нас до места.
По дороге я пытался разговорить его. Сначала он отвечал односложно, но постепенно расслабился и начал рассказывать, что видел вчера. Вчера по городу поползли слухи: Рауль собирается жестко укрепить власть. Он призвал армию, чтобы обеспечить безопасность «своей» столицы. Тогда местные жители – те самые диссиденты – начали выступать в кафе, в переулках, везде, где можно было собрать хоть небольшую группу людей подальше от глаз полиции и солдат. Звучал один призыв: кто хочет свободы – выходите сейчас. Люди поняли, что настало время для перемен. Если сейчас достаточное количество людей выступит против правительства, Рауль не сможет удержаться у власти.
Это не была обычная толпа, собравшаяся случайно. Движение выглядело гораздо более организованным. Откуда-то появилось оружие, в основном это были палки и дубинки, некоторые фермеры пришли с вилами. Было и несколько ружей, но никто не понимал, откуда они взялись. По-видимому, подобное происходило по всему городу. Люди решили вернуть себе свою страну, свою свободу. Зная, что их главная сила заключается в численности, группы начали стекаться к Малекону, туда же, куда двигалась колонна танков. Когда они столкнулись с вооруженными машинами, самые отважные вышли прямо на шоссе и заняли оборонительную позицию.
Что было дальше, я уже видел сам. Водитель добавил, что дезертирство стало повальным. Солдаты вдруг поняли, что если останутся на своих постах, то в итоге будут вынуждены стрелять в своих же родных, в соседей, в друзей. В сцене, очень похожей на то, что случилось в некоторых странах Восточной Европы десятилетием раньше, военная поддержка режима просто рухнула. Люди вернули себе страну.
Я спросил водителя, знает ли он, что происходит сегодня. Он ответил, что слышал, что люди ждут, будет ли месть со стороны правительства. Пока на улицах тихо. Все просто ждут.
Нам удалось выбраться из города без приключений и добраться до дома Фелиситы. Как только машина въехала во двор, из-за занавески выглянуло лицо. Раздался радостный крик, и через секунду мать Фелиситы выбежала навстречу нам. Она вскинула руки и заплакала. Я всегда считал, что у меня отличный испанский, но я не успевал улавливать стремительный поток слов между матерью и дочерью. Они крепко обнялись и расцеловали друг друга. Видимо, Фелисита рассказала ей о том, что я сделал, потому что следующим ее мама обняла меня – так же горячо, по-матерински, со слезами. Я спросил водителя, сможет ли он вернуться за нами через несколько часов. Он кивнул и ответил, что постарается вернутся до обеда. Я заплатил ему и пообещал хорошие чаевые, если он вернется вовремя. Он уехал, а нас провели в дом.
Там был дедушка Фелиситы, явно взволнованный тем, что внучка жива и здорова. Они очень переживали, когда она не вернулась ни в четверг вечером, ни в пятницу утром, но решили, что она нашла меня и осталась в городе. На следующий день, когда по радио и от соседей пошли слухи о стрельбе возле отеля, они очень забеспокоились. Позже сосед прибежал и рассказал, что видел Фелиситу по телевизору, и что с ней все в порядке. Тогда они поняли, что до утра мы точно не сможем сюда добраться. Это было настоящее воссоединение, когда Фелисита вернулась домой. Но вскоре все внимание переключилось на меня. Оба – и мама, и дедушка – были вне себя от радости, увидев нас снова вместе. Фелисита объяснила, что остается со мной в отеле и будет работать в моей компании. Ее мама тут же начала помогать ей собирать вещи.
Фелисита отвела меня в свою комнату и показала вырезку из газеты с речью Фиделя в рамке. Я рассказал ей, что уже был тут и видел это, когда искал ее. Она улыбнулась и показала мне стопку долларов с буквой «С», которые она накопила.
Когда мы вернулись на кухню, дедушка Фелиситы сидел в кресле, держа в руке доллар.
— В музей, — сказал он мне, весело помахивая купюрой.
Я рассмеялся вместе с ним.
— Теперь он получит свое, — добавил дедушка.
Он настоял, чтобы мы разделили апельсин. Я очистил его для него, и мы съели по дольке. Фрукты на Кубе были гораздо слаще и ароматнее, чем я привык. Богатая почва и идеальный климат однажды станут золотой жилой для острова, как только политическая ситуация наконец стабилизируется.
Вскоре такси вернулось за нами и пришло время ехать обратно в город. Прощание вышло долгим и эмоциональным – объятия, слезы и бесконечные напутствия быть осторожными. Я пообещал ее матери присматривать за Фелиситой. Она крепко обняла меня и шепнула на ухо, что ее дочь сильная, но не всегда думает о своей безопасности.
Я улыбнулся. Я уже успел в этом убедиться вчера. Я заверил ее, что мы скоро вернемся.
Когда машина тронулась, Фелисита махала рукой через заднее окно до тех пор, пока силуэт матери не превратился в точку вдалеке.
Я спросил водителя, открылся ли уже аэропорт. Он пожал плечами и ответил, что не знает, так как сам там еще не был. Я предложил заехать по пути в отель и посмотреть, как там обстоят дела. Увидев, небольшую стопку двадцатидолларовых купюр, которую я положил на приборную панель, он сразу понял, что я могу себе это позволить, и повернул
Порно библиотека 3iks.Me
1133
22.01.2026
|
|