понуканием мамы.
Бежевые стенки встречали юношу тёплой добротой и нежностью. Рядом с большой красной кроватью стояли два торшера, мелькающие интимным оранжевым сиянием.
– Ложись, милый мой, – произнесла Римма, закрывая окно напротив входа, и разделась, оставшись в белом кружевном белье, которое скакало на теле красотки страшным пламенем страсти.
Прямоугольные трусики элегантно врезались в крупные спелые бёдра, стягивая их, как две сочные ягоды в саду. На её роскошной груди сидел белоснежный бюстгальтер, ставший стражником её прекрасного тела. Два небольших, но упругих холмика с небольшим, но эротическим вырезом манили взгляд юного путешественника.
Оставив лишь один включённый торшер, рыжеволосая женщина сняла очки и с каким-то чувством радости поцеловала юношу в щеку.
– Спасибо тебе, милый, – начала Римма.
– Да не за что... Мам, – сквозь сон произнёс сын, развернувшись лицом к матери.
Её рыжие локоны падали прямо на его личико, окутывая вишнёвыми порами голову.
За окном царила тишина.
Хрупкая девочка внезапно вышла из тела суровой женщины и обняла рукой лицо мальчика.
– Ты такой смешной, – проговорила Римма, поглаживая его по лицу. Её взгляд буквально растворялся в нём.
– А ты такая красивая, – проговорил, засыпая, Федор, осмелев из-за хмеля сна.
Рыжая женщина улыбалась странной, очень личной улыбкой.
– Милый...
– А? – кое-как удерживая смыкающиеся под тяжестью усталости глаза, пробубнил сын.
– Есть ли какая-нибудь девочка, которая тебе нравится в классе? – подмигнула рыжая дама, приблизившись своим телом ещё ближе. Настолько, что чашечки её прекрасного лифчика можно было почувствовать плечом.
– Что? – спросил Федя, откинувшись на грудь матери.
– Ну, есть девочка, которая тебе нравится?
В прожилках светлых воспоминаний мелькнула только одна девочка, которую мама тоже очень хорошо знала.
– Нет, – сказал Федор.
– Нет? Ни одной?
– Ни одной, мам. – Повисла неловкая пауза. – Только ты, – сказал сын, будто рискуя и не зная, к чему это приведёт.
Римма засмеялась.
– Вот и правильно. В нашем... моём доме есть только мы, правда?
– А как же папа? – спросил Федор, жалея его даже несмотря на случившееся.
– Ты его видишь сейчас? – обвела взглядом полутемную комнату. – Нет? Оставь свою сентиментальность, родной, для тех, кто понимает тебя лучше всех. – Её рука нежно гуляла по мягкому телу мальчика под одеялом, точно гуляющий по лесу турист. – Всю жизнь я была его рабыней, которой он один раз воспользовался, практически сбежав с тонущего корабля, – строгим голосом говорила Римма, глядя прямо в Федора. В его душу.
– Корабля? – недоуменно спросил мальчик, ощущая, как тепло маминых длинных ног окутывает его ступни.
Её волосы можно было есть, они ласково сбегали по её плечу и падали прямо на его лицо, оставляя линию ароматной вишнёвой свежести.
– Как только появился ты, он хотел оставить нас. Тогда я думала – это конец... – тихо рассказывала мама. – Хотела... руки на себя наложить... – Дура, – добавила Римма сквозь усмешку. – Твоя бабушка остановила. Заставила этого жлоба и неудачника стать моим мужем. И вот... – вспоминая, разглядывая тёмный потолок, продолжала она. – Я беременная держу его за руку, мы гуляем по парку, и мне кажется, что жизнь ещё заиграет новыми красками.
—Стану я певицей, на которую будут молиться, – что, кстати, правда, – улыбнулась Римма и при этом ещё таинственно коснулась рукой резинки трусов Федора.
Мальчишка уже почуял, как что-то бурное накатывало внизу. Пот стекал океаном по телу, а любопытная рука женщины скользила по нижним рёбрам, словно в поисках удовольствия.
В полутьме, под оранжевой еле уловимой линией света, подросток видел мечтательное лицо матери, её уголки губ были широко раскрыты, а брови, как шторка, подняты вверх, открывая еле уловимые морщинки на её безупречном лице.
– Думала, что он полюбит меня. Как-то раз, когда мы так же лежали, как сейчас с тобой, я попросила обнять меня, а он с какой-то гадкой иронией сказал: «Ты не в моём вкусе». – Её голос внезапно затрескался нотками обиды и грусти. Федор тут же положил руку на талию матери.
– Может... – начал Федя, – он пошутил?
– Разве над таким можно шутить? – спрашивала с полной серьёзностью в лице мама. – Он ведь и до этого шутил надо мной. Мол, с такой «рыжей дылдой» только после пяти рюмок можно строить королевство. А я ведь любила его. Очень любила. Как тебя сейчас, – расплываясь в улыбке, проговорила женщина, сложив свою ладонь на кисть парня, которую он держал на талии.
Её рука уже слегка спускалась ниже. Приветливо её уже встречала страсть Федора, и под глубокий вздох мальчика она начала разжигаться пуще прежнего.
– Мам... – начал Федор, ощущая, как распускается его цветок.
– Да, сыночек? – окинув сладким взглядом, вопрошала женщина.
– Разве мы можем?
– Тебе не нравится? – блеснула полной уверенностью рыжая обольстительница. – Я до сих пор помню наш поцелуй. Каким он сладким мне показался. Искренним.
– Но ты ведь моя ма... – не успел договорить мальчик.
– Мне кажется, я нашла достойного человека. Как редко бывает такое... – начала она всё сильнее сжимать его, ощущая ритм и его неловкие движения под одеялом. – Всю жизнь я хотела любви, но получила либо равнодушие от мужа, либо пошлые взгляды жирных стариков на гастролях. Но теперь... – посмотрела благоговейно, с каким-то восхищением на Федора. – Мне кажется, у меня есть достойный мужчина.
– Мам... Я... не могу терпеть, – произнёс юноша, ощущая, как внизу начинается бурление океана
Порно библиотека 3iks.Me
459
22.01.2026
|
|