Станица (Части 3 - 5)- Читать онлайн

других осторожно, но настойчиво проникли внутрь, встречая плотные, обжимающие их со всех сторон влажные стенки. Оксана выгнулась, вцепилась в его волосы, прижимая к груди ещё сильнее и чувствуя, как всё тело наливается свинцовой тяжестью, требуя большего. Она что-то прошептала, не узнавая собственного голоса, и потянула Никиту на себя, раскрываясь навстречу.

Когда он вошёл в неё, мощно, до самого предела, заполняя собой всё пространство и вытесняя все мысли, у Оксаны перехватило дыхание. Она с тихим стоном приняла его в себя, и разогретые мышцы мгновенно отозвались. Они начали плавно двигаться, постепенно ускоряясь и задавая тот самый ритм, который должен был привести их к финалу одновременно. В бане стало ещё жарче, пот градом катился по их телам, превращая кожу в скользкий шёлк. Никита вдруг потянулся выше и с какой-то собственнической страстью впился ей в шею, прямо под ухом. Оксана охнула, понимая, что завтра там наверняка будет багроветь заметный засос, который придётся прятать под воротником или волосами, но эта боль её только подстегнула.

— Давай, родной... — простонала она, чувствуя, как внизу живота начинает стягиваться тугая и невыносимо сладкая пружина.

Оксана забросила свои длинные ноги ему на спину, сомкнув их в замок, и задвигалась быстрее, стараясь принять ещё глубже. Мир сузился до стука двух сердец, до хриплого дыхания, до этого неистового трения плоти. Влага брызнула из неё обильной струёй, а яркая вспышка озарила сознание, заставляя мышцы судорожно сжаться в экстазе. И почти в ту же секунду она почувствовала ответ - мощные, горячие толчки внутри. Сын изливался в неё, наполняя сокровенную глубину, рыча, содрогаясь и пряча лицо в её мокрое плечо.

Несколько минут они лежали неподвижно, сплетясь в одно целое на узком полке. Оксана гладила его по спине и прижимала к себе так крепко, словно пыталась удержать навсегда. От мысли, что уже завтра он уедет обратно в город, к своим бесконечным цифрам, графикам и, возможно, к той самой Оле, стало холодно и грустно. Ей останется только ждать. И ровно через месяц, когда старый автобус снова высадит его на пыльной обочине, всё повторится снова. Потому что это было нужно им обоим. Потому что здесь, в тишине южной ночи, это казалось единственно правильным.

Когда дыхание немного выровнялось, она мягко отстранилась и окатила себя и Никиту прохладной водой из кадушки, смывая следы их тайной близости и возвращая себе маску спокойной, рассудительной матери. Накинув сорочку, которая теперь казалась ей совсем лёгкой, Оксана поцеловала сына в лоб.

— Оденься хорошенько, когда выйдешь, - сказала она обычным тоном, будто и не было между ними этих безумных минут. - Вечер прохладный, не хватало ещё, чтобы ты перед учёбой разболелся. Жду тебя в доме, чайник как раз закипит.

***

4

Над бескрайними кубанскими полями стояло знойное марево бабьего лета. Воздух, густой и неподвижный, дрожал над самой землёй, превращая далёкий горизонт в зыбкую, переливающуюся дымку. Сейчас, когда основной урожай был уже собран, главной задачей была подготовка зяби под озимые. Платон уверенно вёл свой старенький, но ладный трактор; плуги с тяжёлым хрустом выворачивали пласты жирного чернозёма, который тут же начинал куриться на солнце лёгким паром, отдавая атмосфере накопленное тепло. В кабине было не продохнуть от едкого запаха солярки, раскалённого железа и вездесущей пыли, но он не жаловался. Этот монотонный, изнуряющий труд всегда был его единственным спасением от навязчивых раздумий и внутренней пустоты.

Однако сегодня привычный ритм работы не приносил былого успокоения. Платон постоянно ловил себя на том, что мысленно подгоняет солнце, отсчитывая часы до заветного четверга. С тех пор как Оксана дала своё негласное благословение, его жизнь замерла в вечном ожидании. Раньше ему вполне хватало редких поездок в Заречное, в тот невзрачный домик на окраине, где за пару смятых купюр можно было получить быструю разрядку. Но теперь, когда он познал трепетную, живую ласку родной дочери, те походы стали казаться ему погаными и чужими. Жажда нового свидания с Ниной пленила сознание, не позволяя думать ни о чём другом, будила по ночам и жгла изнутри яростнее полуденного светила.

Двигатель трактора заглох, и в наступившей звенящей тишине Платон различил мягкий шелест высокой травы. Со стороны станицы к полю шла Нина. На ней было лёгкое платье в красный горошек, казавшееся в лучах солнца невесомым облаком, а тень от широких полей шляпы скользила по её лицу. В руках она бережно несла узелок с обедом и банку кваса, покрытую крупными каплями конденсата. Платон спрыгнул с подножки, сапоги с хлюпом ушли в мягкую, только что взрыхлённую землю. Он смотрел, как дочь приближается, переступая через борозды с лёгкостью молодой косули, и сердце его ухало в груди, словно тяжёлый поршень.

— Обедать пора, папа, - звонко, перекрывая тишину полей, прощебетала Нина, остановившись рядом и задиристо вскинув подбородок.

На её нежной шее, прямо под тяжёлой дугой косы, застыли мелкие бисеринки пота, блестевшие на солнце как чистая роса. Платон молча принял банку, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Нина присела на скошенную траву у межи, расстелила платок и начала раскладывать нехитрую еду: душистый ломоть домашнего хлеба, варёные яйца и кусок розового сала с зеленью. Он тяжело опустился на перевёрнутый ящик для инструментов в тени массивного колеса, но не спешил приступать к еде. В горле стоял ком, и вовсе не от пыли. Глядя на дочь исподлобья, Платон жадно глотал ледяной квас, но даже студёная влага

Порно библиотека 3iks.Me