2009 год, ранняя осень. Пятница, около двух ночи. Москва ещё тёплая, но уже с лёгким холодком в воздухе, который пробирает сквозь алкогольный жар. Мы с пацанами давно перешли грань «весело» и въехали в «что-то мы сильно перебрали». Меня уже клонило в сон, голова тяжёлая, язык заплетается. Я начал собираться домой. Один из друзей, хохоча, вылил остатки виски в полуторалитровую бутылку колы — «на дорожку, чтоб не скучно было». Я забрал её, обнялся со всеми, вышел на улицу. Такси брать не хотелось. Решил пройти через парк: проветриться, прийти немного в себя, размять ноги. В парке было пусто — только жёлтые фонари, шорох листьев и далёкий редкий шум машин за оградой. Закурил, отхлебнул из бутылки — приторно-сладкая горечь обожгла горло, но приятно. Шёл медленно, наслаждаясь одиночеством и этим лёгким, пьяным головокружением. На скамейке под фонарём виднелся силуэт. Когда поравнялся — женский голос, слегка заплетающийся, но уверенный и резкий:
— Эй, парень, дай закурить!
Я остановился, обернулся. Она сидела, откинувшись на спинку, ноги в старых кроссовках широко расставлены, руки на коленях. Брюнетка с каре до плеч, лет сорок, может чуть больше. Не модель и не «бомжиха» — обычная женщина, каких тысячи: чуть полноватые бёдра и мягкий живот, лицо средней привлекательности, но с очень жёстким, цепким взглядом и кривой, усталой ухмылкой. На ней чёрные леггинсы, тёмная кофта и короткая кожанка. Пьяна, но явно меньше, чем я — глаза ясные, движения точные. Я полез в карман, достал пачку, протянул. Она взяла, вытащила сигарету, а пачку спокойно сунула себе в карман куртки.
— Прикурить дай, — бросила она, уже изучая меня взглядом.
Я щёлкнул зажигалкой, поднёс пламя. Она прикурила, затянулась глубоко, выдохнула дым мне в лицо.
— Девушка, прошу прощения... — начал я, — но вы мои сигареты забрали.
Она резко вскинула брови, будто услышала самую смешную шутку вечера.
— Просишь прощения? — Голос стал ниже, жёстче. — Это правильно. Все вы, мужики, козлы, и должны просить прощения. Лучше — стоя на коленях. Что у тебя в бутылке?
— Виски с колой, — ответил я на автомате.
— Подходит. Давай сюда.
Я замер. В голове шумело, но я ещё понимал, что происходит что-то неправильное. Посмотрел ей в глаза.
— Девушка, сначала сигареты верните.
Она медленно перевела взгляд с бутылки на моё лицо. Ухмылка исчезла.
— Ты чё, тут условия ставить собрался?
Она привстала со скамейки, шагнула ко мне, схватила за волосы на затылке и резко потянула вниз.
— Ты хотел извиняться на коленях, забыл?
Я не сопротивлялся. Во-первых, я был сильно пьян, ноги подкашивались сами. Во-вторых, внизу живота вдруг вспыхнуло что-то горячее, постыдное и до боли знакомое. Около года я смотрел фемдом-порно, дрочил на сцены, где женщину называют Госпожой, где мужика ставят на колени, унижают, заставляют... Но это всегда оставалось в экране. А сейчас — реальная рука в волосах, реальная боль в затылке, реальный запах сигаретного дыма. Я упёрся ладонью в землю, второй рукой протянул ей бутылку. Колени коснулись холодной гравийной дорожки. Голос вырвался сам:
— Извините...
Она выхватила бутылку, отпустила волосы.
— Так бы сразу, а то развыебывался.
Я приподнял голову, но остался стоять на коленях прямо перед ней. Она посмотрела сверху вниз, прищурилась. Потом наклонилась и плюнула мне прямо в лицо.
— Отлично смотришься, мразь, не вытирай — усмехнулась она спокойно, почти ласково.
Тёплая слюна, попавшая, на щёку, медленно потекла вниз по подбородку. Она открыла бутылку, сделала три больших глотка, поморщилась от вкуса, но выдохнула с удовольствием. Потом стряхнула пепел с сигареты мне в лицо. Серый порошок осыпался на щёки, на волосы, на плечи куртки. Вернулась на скамейку, села, закинув ногу на ногу.
— Чё ты там сидишь? Ползи сюда.
Сердце колотилось так, что казалось — она слышит. С одной стороны — это было дико, унизительно, странно. С другой — член в джинсах предательски напрягался, и я прикинул, что сейчас происходит нечто похожее на те видосики, в которые я залипаю. Решение пришло само собой — подыграю, дальше видно будет. Я пополз. На четвереньках, медленно. Гравий впивался в ладони и колени. Подполз к её ногам.
Она поставила бутылку на скамейку, затянулась ещё раз.
— Смотри на меня.
Я поднял голову. Она наклонилась, взяла меня за подбородок двумя пальцами — крепко, но без злобы, и в следующий момент выдула дым мне в лицо.
— Как тебя зовут, хоть?
— Олег...
— Олег, — повторила она, будто пробуя имя на вкус. — Как и моего мудака... Сегодня бросил, скотина неблагодарная. Сколько тебе лет?
— Двадцать один.
— Отлично. Открой рот.
Я открыл. Она стряхнула пепел прямо мне на язык. Горький, сухой вкус.
— А меня ты будешь звать «Анна Владимировна» или «Хозяйка». Понял, песик?
— Да... Анна Владимировна.
Она улыбнулась — впервые по-настоящему, с хищным удовольствием. Потом продолжила попивать мой напиток и время от времени стряхивать пепел мне в рот. Говорила коротко, рвано, но с нарастающей злостью:
— Сегодня этот урод ушёл. Сказал, что устал от моих «заёбов». А я ему пол жизнь отдала. Как и предыдущему. Все мужики — мудаки. Неблагодарные, эгоистичные скоты. И ты такой же. Всех вас надо кастрировать и посадить на цепь. Чтоб работали на женщин, ползали на коленях и благодарили за каждый плевок. Понял?
— Да, Анна Владимировна...
Она сделала ещё глоток, посмотрела на меня сверху вниз.
— Молодец, что согласен.
Она докурила сигарету, глядя на меня сверху вниз с ленивым презрением. Потом медленно поднесла окурок к моему
Порно библиотека 3iks.Me
449
05.02.2026
|
|