Безумный Мэт- Читать онлайн

где попало. Не знаю, когда я понял, что звуки, которые издает Миа — это уже не совсем плач...

— Выйдите, — вдруг сдавленно потребовала она. — Пожалуйста! Вон!

Я послушно привстал, но было поздно: ее выгнуло, а я вместо того, чтобы выметнуться прочь, как она просила, быстро сунул руку между распяленных ног и впился в дрожащую серебряную (даже там ее выкрасили) ложбинку. Миа окаменела, пыталась оттолкнуть меня, но тут же выгнулась снова — и я долго, долго мучил оголодавшее глянцевое тело, подавляя грешные свои желания.

И подавил.

Она сидела, оглушенная, в ванне, а я снова гладил её без конца. И потом просто держал за руку.

— Если что, я не собираюсь убеждать тебя, что это грех, — деревянно проговорил я в тишине. На всякий случай. — И думать так тоже не стану.

Она молчала.

— По-моему, то, что произошло — это маленькое чудо, — снова подал я голос. — Если ты не притворялась, конечно. А ты, наверно, не притворялась. Да?..

Они не реагировала на мое красноречие, и я сменил тему:

— Окей. Нужно понять, как все-таки убрать с тебя эту чертову краску. Пойду полистаю желтые страницы, — встал я, — поищу косметологов.

— Косметологов? — подала наконец Миа свой неузнаваемый голос.

— Для начала. Не в Истмэн Кемикал же тебя везти.

— Почему вы такой? — донеслось, когда я уже выходил из ванной. — Почему помогаете мне?

— Наверно, потому, что я этот, — обернулся я. — Как его. Христианин.

И вышел.

Я лукавил, конечно. Ответ на её вопрос вовсе не был таким простым — ни для неё, ни для меня.

— Что ж, доктор Бродмэн, — говорила косметологическая девушка Айлин, промывая темную шевелюру Мии, — волосы я спасла. Фифти-фифти, конечно: все равно они нуждаются в восстановлении. Кондиционеры, маски, все такое. Я оставлю рецепт. Что касается кожи...

— Да?

— Разумеется, я могу снять краску и с кожи, но. Есть несколько но. Во-первых, для самой кожи это будет вреднее, чем краска. Покраснение и раздражение как минимум, а может, и не только. Во-вторых, кожа обновляется, а значит, краска через некоторое время сойдет сама. Две, три, четыре недели — вопрос только в том, чтобы побыть дома. Ну, или если на работе у миссис Бродмэн не слишком суровый дресс-код... Хотя я советовала бы вообще не носить никакой одежды, пока тело в краске. Все знают историю про золотого мальчика Леонардо, но не все понимают, от чего он умер: думают, задохнулся, но это ведь чепуха, люди не лягушки, они не умеют дышать кожей. Бедняга просто переохладился в подвале, где его забыли, и умер от пневмонии. Краска нарушает теплообмен. На дворе июль, пневмония вам не грозит, миссис Бродмэн, но вот в обратную сторону легко перегнуть палку. Разоденетесь, перегреетесь — и откачивай потом вас от гипертонии или тахикардии. Ну и, наконец, в-третьих — это влетит вам в копеечку, доктор. Счет увеличится минимум впятеро. Так что оптимальная стратегия, которую я рекомендую — себе в ущерб, заметьте, — это с месяц побыть дома и ходить исключительно голышом. Что-то мне подсказывает, доктор Бродмэн, что эта стратегия будет вам по душе. А вам, миссис Бродмэн?..

—.. .Я почти почувствовала себя настоящей вашей женой, — улыбалась мне Миа, мотая спасенной шевелюрой.

— Ну, а что мне было говорить, — оправдывался я. — Представить тебя как дочь ? Я черный, а ты, прости...

— Серебряная.

— Вот именно. А представить тебя как свою девушку... Все-таки я доктор богословия.

— И христианин, — серьезно вставила Миа.

— Между прочим, да. Как и ты. Итак...

Мы сидели в моей гостиной: я в домашнем халате, Миа в краске. То есть голая. Подсыхающие темные локоны пушились по ее серебряным плечам и грудям, щекоча соски.

— Итак. Мне и правда по душе стратегия Айлин. Предлагаю тебе, Миа, жить у меня столько, сколько потребуется. Как тебе такая идея? Ты можешь ходить вот так, а можешь и одеваться, если стесняешься... но я бы на твоем месте прислушался к мнению специалиста. В любом случае мое обещание в силе. Я умею держать себя в руках, и тебе абсолютно нечего бояться.

Миа смотрела на меня. Она улыбалась. Кажется, она была счастлива — или я ничего не знаю в этой жизни.

Такое нельзя сыграть, — думал я, — и если она играет, она гений. Чертов гений, голый и раскрашенный как елочная игрушка. Миа сияла своей серебряной улыбкой, Миа барабанила по подлокотникам какой-то ритм, Миа вспорхнула с кресла, вильнув бедром, и прошлась по комнате вертлявой змейкой, вогнав иглы в мою грешную плоть. Миа, Миа, Миа. Нет, такое не подделаешь. Подделать можно крайности: шлюхе сыграть скромницу, скромнице притвориться похабной девкой, — но грязной чувственности не по зубам чувственность живая и чистая, как у Марии Магдалины. Миа танцевала посреди гостиной, вертелась и гнулась голышом прямо передо мной — и если в ее танце была хоть йота соблазна, то даже тело ее не ведало о том, не говоря о душе.

Нет, твердо сказал я себе — на этот раз окончательно. Нет. Если раньше и были сомнения, то теперь они отпали. Так двигаться, так улыбаться и так смотреть может только существо, не знавшее от тела никакой корысти, существо легкое и счастливое — тем, что спасло волосы, что краска смоется, что я хороший и мне можно доверять. Это танец не соблазна, а доверия, шепнуло

Порно библиотека 3iks.Me