Фотосессия беременной жены. Часть 4- Читать онлайн

Я не мог поверить в это. Отказывался верить, даже глядя прямо на доказательство в зеркале. Моя беременная жена, мать моего будущего ребенка, та самая чистая, светлая Василиса, которую я полюбил с первого взгляда... принимала в свой рот чужой, огромный, темный член. И делала это не из-под палки, не в отчаянии, а с тем самым томным, почти блаженным выражением в глазах, которое мелькало, когда она, тайком, проверяла, смотрю ли я.

Она думала, что я не вижу. Думала, я верю в эту жалкую ширму имитации, которую они с Артёмом так неуклюже натянули. И я бы не увидел, не случись этой роковой случайности с зеркалом. Не встань оно именно под этим углом. Не отрази этот проклятый кусок стекла то, что должно было остаться скрытым. А я увидел. И эта картина, выжгла в мозгу борозду, по которой теперь навсегда потекут мысли о сегодняшнем дне.

Ее глаза в те доли секунды, когда они встречались с моими... в них не было ни ужаса, ни отвращения, ни даже простого исполнения долга модели. В них было чистое, ничем не разбавленное наслаждение. Как у ребенка, который держит во рту самый вкусный в мире леденец и тайком, украдкой, смакует его, боясь, что отнимут. Она смаковала его. Его член. Его вкус, его размер, его твердость у нее во рту. И этот взгляд, этот миг молчаливого, разделенного со мной удовольствия, стал последней каплей.

Со мной произошло нечто невообразимое. То, о чем я читал в пошлых романах или слышал в похабных анекдотах, но никогда не считал возможным для себя. Я кончил. Просто сидя на стуле. Без единого прикосновения. От одного только вида, от осознания, от этой адской смеси унижения, ярости и запретного возбуждения. Это был не полноценный оргазм с судорогами и выбросом, а что-то вроде сухого, болезненного спазма, от которого все внутри сжалось, а потом рассыпалось в пыль. Я содрогнулся, чувствуя, как по ногам пробегает судорога, а в паху происходит тот самый тихий, постыдный взрыв. Я опустил глаза, уставившись в пол, боясь, что кто-то заметит мое состояние. Не знаю, видела ли это Василиса, увлеченная своим занятием, или Артём, поглощенный съемкой. Но Эдик... его властный взгляд, скользнувший на меня в этот миг, казалось, видел все. И в нем читалось презрительное понимание.

— Так... теперь меняем позу. Эдик, садись на кресло.

Голос Артёма прозвучал ровно, деловито, будто они только что закончили снимать натюрморт с фруктами. Кресло, то самое, зеленое, ретро, поставили так, что, когда Эдик, с мокрым от слюней Василисы членом, уселся в него, он смотрел прямо на меня. Его взгляд был открытым вызовом. Он откинулся на спинку, широко расставив ноги, демонстрируя свою наготу и свою власть. Его член, все еще возбужденный, лежал на бедре, темным, внушительным барельефом.

Василиса подошла к нему, за ней, как тень, следовал Артём с той же пушистой подушкой. Он положил ее на пол между ног Эдика и кивком указал Василисе место. Она опустилась на колени, опершись руками на его голени. Я понимал, что его член сейчас прямо перед ее лицом. На расстоянии вытянутого языка.

— Начали, – сказал Артём, но не так громко, как прежде. Его голос был приглушенным, интимным.

— Давай, Василиса. Начинай. Делай вид, как будто ты его ласкаешь языком.

И она начала. Ее голова совершила первое, медленное, поступательное движение вперед. Потом откат назад. Потом снова вперед. Так не двигаются при имитации. Так двигаются, когда делают это по-настоящему. Когда принимают в рот и начинают работать, стараясь доставить удовольствие.

Я начал слышать звуки. Сначала тихие, едва уловимые, потом громче. Мягкие, чавкающие, влажные звуки. Звуки ее рта, обхватывающего его плоть. Звуки слюны. Звуки наслаждения, которое невозможно подделать. И самое главное – взгляд Эдика. Он смотрел не на нее. Он смотрел на меня. Его темные, почти черные глаза были полны властного, откровенно презирающего торжества. Он наслаждался не только физически. Он наслаждался своим положением. Положением альфа-самца, который взял то, что хотел, на глазах у законного владельца. И этот владелец, жалкий, толстый, сидел в трех метрах и не смел пикнуть. Более того, он только что кончил в штаны, глядя на это.

Артём перемещался медленнее, смакуя кадры. Он не торопился. Его устраивал темп, который мы все, каждый по-своему, выбрали. В студии царила тяжелая, насыщенная густыми запахами и звуками атмосфера невозврата.

И вот это произошло. То, чего, казалось бы, не должен был ожидать никто, но, оглядываясь назад, понимаешь – это было неизбежно. Эдик резко запрокинул голову на спинку кресла. Его лицо исказила гримаса предельного напряжения. Мускулы на его мощных ногах заиграли буграми, напряглись до каменной твердости. Грудь начала часто, прерывисто вздыматься. Его рука, лежавшая на подлокотнике, вдруг метнулась вниз и опустилась на затылок Василисы. Не грубо, но твердо. Он не просто положил ее – он надавил. Надавил, направляя, углубляя, контролируя ритм.

Василиса замерла. Ее голова больше не двигалась самостоятельно. Она застыла в той позе, в которую он ее вогнал. В этой леденящей, полной невероятного напряжения паузе Артём весь превратился в один большой восторг. Он присел на корточки прямо перед ними, стараясь поймать в кадр ее профиль, его лицо, эту немую сцену насильственной... или добровольной.. отдачи.

Пауза длилась вечность. Потом Василиса, все еще под давлением его руки, сделала несколько коротких, судорожных движений головой вперед-назад. И резко выпрямилась. Она откинулась назад, сев на пятки, и ее

Порно библиотека 3iks.Me