слабое, едва заметное тепло. Приятное.
— А теперь ультразвук, - предупредила она. - Могут быть ощущения поглубже.
Гул изменился, стал выше тоном, почти неслышимым. И вдруг я почувствовала. Там, глубоко внутри, в самом центре, где-то в районе яичников, начало что-то происходить. Тепло усилилось, появилась пульсация. Ощущение было странным - не боль, но и не совсем удовольствие. Что-то среднее.
— Ирина Константиновна, - прошептала я. - А что там происходит? Я чувствую... волны какие-то?
— Молодец, что чувствуешь, - одобрительно отозвалась она. - Это работа ультразвука. Слушай, я тебе сейчас научно объясню, чтобы ты понимала, зачем мы это делаем. У нас два излучателя - один во влагалище, другой в прямой кишке. Анатомически они расположены так, что между ними оказываются твои яичники, матка, все придатки. Понимаешь?
— М-м-м, - промычала я, пытаясь сосредоточиться на словах, а не на том, что творится внизу живота.
— Когда мы включаем оба излучателя одновременно, их волны начинают взаимодействовать. Происходит сложение волн - интерференция. В точках, где волны совпадают по фазе, они усиливают друг друга, возникает стоячая волна. Это зона максимального воздействия. Мы можем рассчитать частоты так, чтобы эти зоны пришлись точно на область яичников. Понимаешь? Дифракция, сложение, резонанс. В результате ткани прогреваются глубже, клетки получают микромассаж, кровоток усиливается в разы. Это не просто физиотерапия, Лелечка. Это точечное пробуждение твоих яичников.
Я слушала и одновременно чувствовала, как тепло внутри нарастает. Оно уже не было просто приятным. Оно становилось... другим. Густым, тягучим, растекающимся откуда-то из самой глубины. Я вдруг остро осознала, где именно находятся эти электроды, как плотно они прилегают к стенкам, как давит головка вагинального на какую-то точку внутри.
— Расслабь тазовое дно, - услышала я голос врача будто издалека. - Не сжимай. Дыши.
Я попыталась расслабиться, и волна тепла хлынула с новой силой. И тут же пришло другое ощущение - пульсация, ритмичная, глубокая, идущая в такт ультразвуку. Она отдавала в клитор, в низ живота, в поясницу. Стало жарко.
— Ирина Константиновна, - выдохнула я испуганно. - Мне кажется... я что-то чувствую... не то...
Я замолчала, не зная, как сказать, что там, внутри, зарождается что-то, подозрительно похожее на возбуждение. Это было неправильно, стыдно, немыслимо - стоять в такой позе, напичканной электродами, и чувствовать, как тело откликается, как низ живота наполняется сладкой тяжестью.
Но тело не спрашивало разрешения. Ультразвук делал свое дело, тепло перерастало в жар, пульсация становилась все более явственной, и между ног уже было влажно - от смазки или от естественной реакции, я не могла понять.
— Это нормально, - спокойно ответила Ирина Константиновна. - Там, куда мы воздействуем, огромное количество нервных окончаний. Кровоток усиливается, чувствительность повышается. То, что ты чувствуешь - признак того, что процесс идет правильно. Не сопротивляйся. Просто дыши и расслабляйся.
Я зажмурилась, чувствуя, как нарастает это запретное, сладкое давление. Это было в разы сильнее, чем все, что я испытывала раньше. Нежность пальцев, быстрый секс, одинокие ночи под одеялом - все это было пресной водой по сравнению с этим кипятком, который волнами ходил внутри.
Я боялась пошевелиться, боялась, что если шевельнусь, то случится что-то непоправимое. Но волны накатывали снова и снова, ритмичные, глубокие, и я уже не понимала, где заканчивается ультразвук и начинается мое тело.
— Хорошо, - голос врача донесся как сквозь вату. - Процедура идет по плану. Осталось пять минут. Ты молодец.
Пять минут. Целая вечность. Я вцепилась зубами в губу, впилась пальцами в клеенку кушетки, пытаясь удержать рвущееся наружу тело. Это было похоже на пытку сладостью. Я хотела, чтобы это прекратилось. Я хотела, чтобы это никогда не кончалось.
И когда наконец раздался сигнал аппарата, и вибрация стихла, я выдохнула с таким облегчением, будто только что избежала смерти. Или наоборот - только что родилась заново.
— Расслабься, я вынимаю, - предупредила Ирина Константиновна.
Извлечение электродов оказалось почти таким же интимным и странным, как введение. Я чувствовала, как они скользят наружу, как мышцы сжимаются им вслед, и от этого ощущения по спине побежали мурашки.
— Все, - легкий хлопок по ягодице. - Можешь вставать, иди в душ. Там, за ширмой, полотенце чистое.
Я сползла с кушетки на ватных ногах. Между ног все горело и пульсировало, низ живота тянуло приятной, тяжелой истомой. Я сделала шаг, второй, и поняла, что меня покачивает.
— Это нормально, - донесся голос Ирины Константиновны из-за спины. - Первый раз всегда такой. Организм просыпается. Завтра будет легче.
Завтра. Значит, это повторится. Я зашла за ширму, включила воду и, стоя под теплыми струями, прижалась лбом к прохладной плитке. Тело гудело, как натянутая струна. И где-то в самой глубине, под слоем стыда и страха, теплилось острое, жгучее любопытство.
А что будет дальше?
Глава 4. Пробуждение
Месяц.
Всего один месяц, а я себя не узнаю.
Утром я встаю без ненависти к будильнику. Делаю зарядку - сама! - потом бегу в бассейн или на фитнес. Я полюбила движение. Раньше я думала, что спорт - это наказание для тех, кто хочет похудеть. А теперь оказалось, что это удовольствие. Когда тело слушается, когда мышцы работают, когда после тренировки горишь изнутри - это кайф.
Я ем по расписанию, как по нотам. Льняное масло по утрам, рыба три раза в неделю, омега-3, цинк, магний. Ирина Константиновна сказала, что мой организм теперь как дорогой автомобиль - требует только качественного топлива. И я заправляюсь. Честно. Даже кофе заменила на цикорий и, представьте, не умерла.
Но
Порно библиотека 3iks.Me
570
04.03.2026
|
|