Плетение Путей (Части 1 - 4)- Читать онлайн

к дискриминации сигналов растёт экспоненциально, как только она нашла точку отсчёта – вас, Аэрон. Это подтверждает гипотезу о том, что Плетение служит не только связью, но и усилителем когнитивных функций в паре. Теоретически, со временем она могла бы научиться проецировать не просто эмоции, а сложные ментальные концепты, или даже... считывать пространственные координаты напрямую с вашего подсознания, становясь живым навигационным компьютером.»

В её голосе звучал чистый, неподдельный научный восторг. «Но это в будущем. Сейчас – фаза вторая: Фильтрация. Это будет сложнее.»

Фаза фильтрации действительно была адом. Кристаллическая матрица теперь не просто визуализировала сигналы, а начинала их имитировать, проецируя на Эмму смоделированные эмоциональные всплески – панику, ярость, отчаяние, животный страх, слепую агрессию. Её задача была не блокировать их (это приводило к обратной связи и ещё более сильной головной боли), а пропускать через себя, признавая их существование, но не отождествляясь с ними. Учиться быть не губкой, впитывающей всё, а решётом.

Она плакала. Её трясло от судорог. Один раз она чуть не потеряла сознание, когда матрица сымитировала чувство падающего в бездну человека. Но каждый раз, когда она была на грани, голос Аэрона звучал у неё в голове (не телепатически, а через их резонанс, как усиленная мысль): «Я здесь. Это не твоё. Отпусти. Следуй за моим ритмом.»

И она следовала. Она училась. Медленно, мучительно, но неуклонно.

Тренировки стали её новой реальностью. Цикл за циклом. Между сессиями с Вейлой Аэрон занимался с ней отдельно, в более спокойной обстановке – в той же комнате с видом на внутреннее море или в маленькой медитативной келье, заставленной подушками и курильницами с благовониями, пахнущими сандалом и чем-то металлическим. Он учил её «заземляться» – концентрироваться на физических ощущениях, на дыхании, на биении собственного сердца, чтобы создать прочную основу для психики. Учил её простым упражнениям на визуализацию: представить свой дар не как бушующее море, а как сад, где каждый цветок – это отдельный сигнал, и она – садовник, который может поливать одни и пропалывать другие.

Прошли недели. Эмма изменилась. В её движениях появилась уверенность, осанка выпрямилась. Взгляд, всегда немного испуганный или рассеянный, стал более сфокусированным, острым. Она научилась не просто существовать в Убежище, а жить в нём. Она завела подобие дружбы с молодым техником-вексианцем, который обслуживал биорепликаторы в её секторе, и даже обменялась парой фраз с суровым на вид Стражем, который оказался большим любителем земной поэзии в переводе (что было для Эммы полной неожиданностью).

И её дар... он начал превращаться из проклятия в инструмент. Она ещё не могла управлять им в совершенстве, но теперь, когда на неё обрушивалась волна чужого эмоционального фона, она не тонула в ней. Она могла отступить в себя, найти свою «базовую частоту» – и всё это благодаря прочной, нерушимой нити, которая связывала её с Аэроном. Их Плетение крепло. Теперь она не просто чувствовала его «тихий гул». Она могла с закрытыми глазами определить, в какой части Убежища он находится, чем примерно занят (спокоен, сосредоточен, насторожен), и даже уловить слабые отголоски того, что он видел – вспышки света, ощущение ветра, запах озонованного металла.

Однажды, после особенно успешной сессии, где она впервые смогла полностью отфильтровать смоделированную атаку паники и даже «вернуть» Вейле чёткий пси-образ спокойного моря, Архивариус подозвала её к своему интерфейсу.

«Ваш прогресс впечатляет, Эмма. И он подтверждает мои худшие опасения относительно мальворианцев, » - сказала Вейла, её обычно бесстрастный голос приобрёл лёгкий, но отчётливый оттенок тревоги.

Эмма насторожилась. Слово «мальворианцы» всегда произносилось в Убежище с холодной ненавистью и страхом. Она мало что о них знала, кроме того, что это были захватчики, которые разрушили её город и, возможно, весь её мир. «Опасения?»

Архивариус Вейла: Вейла вызвала на голограмме сложную, многослойную карту. «Мальворианцы – не просто варвары с большими пушками. Их технология, их вся цивилизация основана на принципе поглощения и ассимиляции. Они не уничтожают аномалии, как мы когда-то думали. Они их вылавливают. С помощью специальных резонансных маяков-ловушек они привлекают нестабильных псиоников, как мотыльков на пламя, а затем... собирают. Мы не знаем точно, что они с ними делают. Превращают в живые батареи? В оружие? В процессоры для своих машин? Но факт в том, что ваша сигнатура, особенно в момент нестабильности, была бы для них как сигнальный костёр в ночи. И тот факт, что вы выжили, что Аэрон нашёл вас первым... это большая удача. Но это также означает, что они теперь знают, что на Земле были «дикие» Призмы. И они будут искать других. Или... вернуться за вами, если узнают, что вы живы и находитесь здесь.»

Она посмотрела на Эмму своими горящими оранжевыми глазами. «Ваше обучение – это не просто самопознание, Эмма. Это вопрос выживания. Для вас. И, возможно, для всех нас. Потому что если мальворианцы поймут, как работает Плетение, если они смогут воспроизвести или нарушить его...» Она не договорила, но смысл был ясен.

Аэрон, стоявший всё это время в тени, вышел на свет. Его лицо было суровым. «Вот почему мы должны ускориться, Эмма. Тебе нужно научиться не только защищаться. Тебе нужно научиться скрываться. И, если потребуется... наносить ответный удар. Не эмоциями. А чем-то более острым. Твоя способность чувствовать – это также способность находить слабые места. В броне. В щитах. В психике.»

В его словах не было жестокости. Была холодная, железная необходимость. Баланс между мягкостью учителя и жесткостью солдата, охраняющего то, что дорого.

Порно библиотека 3iks.Me