под пальцами была тёплой, бархатистой, с едва заметными мурашками — она тоже чувствовала это прикосновение. Я провёл ладонью вверх, от талии к груди, чувствуя, как под рукой перекатываются мышцы, как напрягается живот.
Она выдохнула, чуть прогнулась, подаваясь навстречу.
Я сжал её грудь — она поместилась в ладони целиком, упругая, тяжёлая, с твёрдым соском, который упёрся мне в центр ладони. Я накрыл его пальцами, сжал, покатал между пальцами. Она закусила губу, прикрыла глаза.
Я опустил руку ниже, по животу, к бёдрам. Широкие, крутые, они словно созданы для того, чтобы их сжимать. Я сжал, впился пальцами в упругую плоть, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы. Она приподняла бедро, раздвигая ноги, открываясь.
Я скользнул рукой между ног.
Там было горячо, влажно, готово. Пальцы сразу утонули в скользкой глубине, и она выдохнула мне в плечо, выгнулась, подаваясь навстречу. Я ввёл пальцы глубже, чувствуя, как стенки сжимаются, пульсируют.
— Ты уже готова, — сказал я.
— Давно, — ответила она, и в голосе её была усмешка.
Я убрал руку, сел на кровати. Потянулся к тумбочке, где аккуратной стопкой лежали три запечатанных презерватива. Она подготовилась — молодец.
Я взял один, разорвал упаковку, вытащил. Она следила за моими движениями, приподнявшись на локтях. Глаза блестели, грудь тяжело вздымалась.
— Помочь? — спросила.
— Сам.
Я раскатал презерватив по члену — тугой, плотный, но член стоял так, что даже резина не мешала. Потом повернулся к ней, притянул за бёдра, берясь за дело.
Она лежала, раздвинув ноги, открываясь вся. Чёрный треугольник, влажные губы, тёмные соски на смуглой коже. Красивая. Чертовски красивая.
Я вошёл в неё сразу, одним движением, до конца.
Она выдохнула — глубоко, протяжно, запрокидывая голову так, что чёрные волосы рассыпались по подушке. Внутри было горячо. Не просто тепло, а обжигающе горячо, будто кровь у неё текла быстрее обычного. Туго — стенки сжались вокруг члена сразу, плотно, как будто не хотели пускать. И влажно — скользко до невозможности, так что член вошёл легко, несмотря на туготу.
Я замер на секунду, привыкая к ощущению. Совсем другое, чем с Тиной, чем с Таней. Узкая, плотная, с непривычной текстурой стенок — они будто ребристые, что ли? Или мне просто казалось от возбуждения. Я стоял по колено в ней, чувствуя, как пульсирует внутри, как сжимается вокруг члена в такт сердцебиению. Боже, как хорошо. Как невыносимо, до дрожи в коленях хорошо.
Я начал двигаться. Сверху, глядя ей в лицо, на эти раскосые глаза, которые смотрели на меня из-под полуопущенных ресниц. Она не отводила взгляда ни на секунду — смотрела прямо, и в этом было что-то завораживающее, будто она видела меня насквозь, будто знала, чего я хочу, ещё до того, как я сам это понимал. От этого взгляда у меня внутри всё переворачивалось.
Ритм я задавал сам. Сначала медленно, почти выходя и снова входя, чувствуя, как стенки раздвигаются, сжимаются, засасывают. Потом быстрее, глубже, вбиваясь в неё так, что кровать начала поскрипывать в такт. Каждый толчок отдавался во мне самом — от головки члена до самого позвоночника, до затылка. Я тонул в этих ощущениях.
Она постанывала, покусывала губу, иногда проводила языком по нижней губе — влажно, медленно, дразняще. Грудь её покачивалась в такт моим движениям, соски — тёмные, твёрдые — смотрели в потолок, и я наклонялся, ловил их ртом, посасывал, чувствуя, как она выгибается навстречу. Вкус её кожи — необычный, пряный, с нотками того восточного аромата — сводил с ума.
Руки её скользнули мне на бёдра, сжали, направляя. Ногти — длинные, тёмно-вишнёвые — впились в кожу, оставляя белые полоски. Боль была приятной, будто током ударило.
— Перевернись, — сказал я хрипло.
Она послушно перевернулась, встала на четвереньки, прогнула спину, отставив зад. Смуглые ягодицы, крутые, упругие, с ямочками по бокам. Я раздвинул их руками, любуясь открывшимся видом — влажная, раскрытая щель, тёмная от возбуждения, и маленький розовый анус выше. Красота какая. Не верилось, что это всё мне, что я могу это трогать, видеть, чувствовать.
Я взял член в руку, провёл головкой по влажным губам, собирая смазку. Приставил к входу и вошёл сразу, глубоко, до конца.
Она глухо выдохнула в подушку.
Эта поза позволяла войти ещё глубже. Я чувствовал, как упираюсь головкой в самую глубину, как стенки сжимаются вокруг члена пульсирующими волнами. Я сжимал её бёдра, раздвигал ягодицы, глядя, как член входит и выходит, влажный, блестящий от её соков. Зрелище было завораживающим — мой член, её тело, их соединение.
Шлепки кожи о кожу — влажные, ритмичные. Её приглушённые стоны. Моё хриплое дыхание. Скрип кровати. Всё смешалось в один звук, заполнивший комнату, и я был частью этого звука, этого ритма, этого безумия.
Я чувствовал, что приближаюсь, но сдерживался. Хотелось попробовать ещё одну позу. Хотелось растянуть это удовольствие, запомнить каждое мгновение.
Я вышел из неё, сел на край кровати, откинувшись на подушки. Член стоял твёрдо, налитой, мокрый, блестящий в свете ночника. Презерватив плотно облегал, и я чувствовал каждый миллиметр этой резиновой оболочки, но даже она не могла притупить ощущений.
Она поняла без слов. Повернулась, подползла ко мне на коленях и оседлала.
Наездница.
Она опускалась на меня медленно, сама направляя член рукой, сама регулируя глубину. Когда вошла до конца — замерла на секунду, прикрыв глаза, давая себе привыкнуть. А я смотрел на неё и не мог поверить, что это происходит со мной. Эта невероятная, экзотическая красота — сейчас на мне, во мне, вокруг меня.
Потом начала двигаться.
Сначала медленно
Порно библиотека 3iks.Me
1758
10.03.2026
|
|