снег под их ногами.
Весь остаток дня Антоха ходил за ней по пятам, как настороженная собака. Он видел её рассеянность, её нежелание говорить. Во время обеда, когда Дэн «случайно» коснулся её груди, передавая хлеб, Антоха не выдержал.
— Ты чего, Дэн, совсем уже? — бросил он сквозь зубы, когда тётя Маша вышла из столовой. — Хватит её трогать каждую минуту. Я не слепой.
— А я что делаю? — Дэн развёл руками с невинным видом. — Я же просто играю любящего жениха. Это же ради денег, Антон. Ради твоей студии. Ты же сам просил быть убедительным.
— Убедительным — не значит лапать её при каждом удобном случае! — голос Антохи дрожал от сдерживаемой ярости. — Таня, скажи ему сама!
Таня подняла на него глаза. В её взгляде была усталость и что-то вроде жалости.
— Антон... он прав. Это... представление. Надо же как-то...
— Какое представление? — перебил её Антоха. — Вы вчера ночью... я всё слышал! Это было слишком... реалистично.
— Так и должно было быть, — спокойно сказал Дэн. — Тётя Маша слушала. Мы это знали. Мы сделали то, что нужно. Ты же не хочешь провалить всё из-за своей ревности? Мы же взрослые люди. Контролируем ситуацию.
Антоха сжал кулаки, но промолчал. Деньги. Всегда эти чёртовы деньги. Они были и его мечтой, и его цепями.
Вечером, когда они поднимались в свою комнату, Антоха остановил Дэна в коридоре.
— Сегодня я хочу поговорить с Таней наедине. Хотя бы полчаса.
— Конечно, друг — легко согласился Дэн. — Я схожу вниз, проверю, не забыли ли мы лопаты на улице. У вас есть полчаса.
Но он не пошёл вниз. Он прошёл в комнату в мезонине, которая, как он выяснил, имела любопытную акустику. Если прижаться ухом к вентиляционной решётке в углу, можно было услышать отголоски разговора в их комнате на втором этаже. Не всё, но достаточно.
Он прислушался.
Сначала голос Антохи, сдавленный, взволнованный: «...Тань, я не могу так больше. Этот клоун... он пользуется ситуацией. Я вижу, как он на тебя смотрит. А ты... ты стала какой-то другой».
Потом её голос, тихий, усталый: «Антон, ничего не происходит. Я просто устала. Здесь жутко. И эта тётя...»
— А что было сегодня утром? Почему ты от меня отстраняешься?
— Я не отстраняюсь. Мне просто... тяжело играть эту роль постоянно. Иногда нужно побыть одной.
— Разве ты одна? Вы же... вы в одной комнате! Он что, действительно спит на полу?
Пауза. Слишком долгая пауза.
— Таня?
— ...Да и на полу, но на полу холодно. Я ему позволила спать с краю, он же твой друг, спал рядом одетый. Но это ничего не значит! Мы просто спим. Каждый на своём краю.
Тишина. Потом голос Антохи, полный боли и неверия: «В одной кровати? Ты спишь с ним в одной кровати? И ты говоришь, что это ничего не значит?»
— А что мне делать? Замёрзнуть? Заболеть? И сорвать всё? Ты же сам говорил ради денег можно потерпеть!
Её голос звучал почти истерично. В нём была правда — и самооправдание. Дэн улыбнулся в темноте комнаты. Она защищала их тайну. Даже перед мужем. Она уже втянулась в игру.
— Потерпеть — это одно, Таня. А спать с другим мужиком в одной кровати — это другое! Я тебе не верю! Что-то происходит! Я это чувствую!
— Ничего не происходит! — её голос сорвался на крик. — Хочешь, я поклянусь? Хочешь? Да пошло оно всё, Антон! Ты сам загнал меня в эту ситуацию! Сам! А теперь ревнуешь! Может, хватит? Может, заберём свои вещи и уедем? Откажемся от этих денег? Готов?»
Гробовая тишина в ответ. Дэн представлял себе лицо Антохи — бледное, искажённое внутренней борьбой. Мечта о студии против чести жены. Деньги против любви.
И Антоха сделал свой выбор. Его голос прозвучал тихо, сломлено:
«Ладно... ладно, прости. Ты права. Я... я просто сойду с ума от всего этого. Продержись, ладно? Ещё немного. Ради нас. Ради будущего».
Дэн отошёл от решётки. Ему было всё ясно. Антоха сломлен. Он выберет деньги. Он позволит всему продолжаться, потому что не сможет отказаться от мечты. Он будет мучиться, ревновать, но не остановит это. И это было даже лучше, чем если бы он был в неведении. Его страдания добавляли пикантности.
Когда Дэн вернулся в их комнату, Антоха уже ушёл. Таня сидела на кровати, поджав ноги, и смотрела в окно на падающие снежинки. Её лицо было мокрым от слёз.
— Что, поругались? — спросил Дэн, скидывая куртку.
— Не твоё дело.
— Моё — он сел рядом с ней. Она не отодвинулась. — Потому что всё, что касается тебя, теперь — моё дело. Ты же поняла это утром, да? Когда проснулась с моей рукой на своей груди.
Она не ответила. Она просто сидела и смотрела в окно, а слёзы медленно текли по её щекам. Но это были не слёзы протеста. Это были слёзы капитуляции. Осознания того, в какую ловушку она попала. И того, что часть её... не хочет из неё выбираться.
Дэн обнял её за плечи. Она не сопротивлялась. Она позволила ему притянуть себя к его груди, гладить её волосы.
— Всё будет хорошо — прошептал он, целуя её в макушку. — Скоро всё закончится. И ты будешь свободна. А пока... просто доверься мне.
И она, преданная мужем, запутавшаяся в собственных чувствах, позволила ему держать себя. Позволила, потому что больше не было сил бороться. Потому что его
Порно библиотека 3iks.Me
1400
10.03.2026
|
|