тарелке. Тётя Катя с мужем Виктором обменивались безразличными, уставшими взглядами. Дэн, как всегда, излучал спокойную, почти животную уверенность. Он отломил кусок хлеба, поймал взгляд Тани и медленно, на её глазах, облизал масло с пальца. Она покраснела и опустила глаза.
Тётя Маша, закончив завтрак, огласила работу на день.
— Сегодня генеральная уборка первого этажа. Анфиса, Татьяна — вы моете пол в гостиной и кабинете. Кирилл, Денис — выносите ковры на снег и выбиваете. Виктор — проверьте, не подтекает ли кран в ванной.
Анфиса громко вздохнула, демонстративно выражая своё недовольство. Кирилл буркнул что-то невнятное. Дэн лишь кивнул.
Уборка превратилась в ад. Анфиса, похоже, решила выместить злость на муже на окружающем мире. Она швыряла ведро, так что мыльная вода расплёскивалась, бросала тряпку и стояла, уставившись в телефон, пока Таня, согнувшись в три погибели, терла старый паркет в кабинете.
— Боже, какая тоска — протянула Анфиса, глядя, как Таня отжимает тряпку. Её взгляд скользнул по фигуре Тани, по её округлым ягодицам, выпирающим из джинсов, когда она наклонялась. — И как ты только с ним уживаешься? С этим... Дэном. Он же такой... дикий. Напрягает, наверное.
Таня пожала плечами, не поднимая головы.
— Всё нормально.
— Да ладно тебе — Анфиса фыркнула. — Я вижу, как он на тебя смотрит. Как будто хочет съесть. Мой Кирилл даже взглядом так не смотрит. Хотя... — она задумалась, и в её глазах мелькнул лукавый, испорченный огонёк. — Может, это и неплохо. Когда на тебя смотрят, как на кусок мяса. Это хоть честно.
В этот момент в кабинет вошёл Дэн, неся на плече старый тяжёлый ковёр. Он был в майке, несмотря на холод, и мышцы на его руках и плечах играли под кожей от напряжения. Он бросил ковёр в угол и выпрямился, вытирая пот со лба.
— Жарко — бросил он, и его взгляд упал на сестру, а потом на Таню. — Как дела, девочки? Не перетруждаетесь?
— Мы бы не перетруждались, если бы кто-то помогал — язвительно сказала Анфиса, но её глаза недвусмысленно скользили по торсу брата. Было что-то неприличное в этом взгляде — сестринском и одновременно оценивающем. — Ты сильный, мог бы и пол помыть.
Дэн ухмыльнулся.
— Моё дело — тяжёлое. А ваше — красивое. Так и должно быть. — Он подошёл к Тане, которая пыталась сделать вид, что не замечает его. Он наклонился, будто чтобы посмотреть на чистоту пола, и его рука легла ей на поясницу, чуть ниже спины. — Хорошо трёшь. Молодец.
Его прикосновение было коротким, но властным. Таня вздрогнула. Анфиса наблюдала за этой сценой с каким-то жадным интересом.
— Ой, какие мы нежные — протянула она. — Прямо завидую. Мой вот даже за руку не возьмёт при людях.
— Может, ему просто неинтересно — парировал Дэн, не убирая руку. Его взгляд встретился со взглядом сестры. Между ними пробежала странная искра — не родственная, а скорее... соревновательная. — Не всем везёт с такими... ухоженными жёнами.
Он сделал ударение на слове «ухоженными», и его глаза снова вернулись к Тане. Анфиса покраснела от злости, отошла к окну и стала агрессивно тереть уже чистое стекло. Дэн, довольный произведённым эффектом, хлопнул Таню по попе — легко, но однозначно — и вышел из кабинета.
— Видишь? — сказала Анфиса, не оборачиваясь, её голос дрожал. — Он издевается. Над всеми. Ему просто всё равно.
Таня промолчала. Но в глубине души она понимала, что Анфиса не совсем права. Ему было не всё равно. Ему было важно именно это — доминировать, вызывать реакции, сеять смуту. И в этом была его сила и опасность.
Позже, во время перерыва на кухне, разразился ещё один конфликт. Тётя Маша поручила Тане вымыть огромную груду грязной посуды, скопившуюся после всех. Анфиса, раздражённая и уставшая, отказалась помогать.
— Я уже пол мыла! Пусть Катя моет, она же без дела сидит! — закапризничала она, указывая на тётю Катю, которая в это время делала маникюр у окна.
— Анфиса, не спорь — устало сказала тётя Маша.
— А почему я? Почему всегда я? — голос девушки сорвался на визг.
И тут вмешался Дэн. Он вошёл на кухню, услышав шум. Увидев Таню у раковины с грудой тарелок и красную от злости сестру, он нахмурился.
— В чём дело?
— Да вот, принцесса не хочет посуду мыть, — язвительно бросила тётя Катя, не отрываясь от своего ногтя.
— Это не моя очередь! — упёрлась Анфиса.
Дэн подошёл к раковине, взял из рук Тани губку и бросил её в воду.
— Иди отдыхай, — тихо сказал он Тане. Потом повернулся к сестре. Его лицо стало холодным и жёстким. — Анфис, хватит истерик. Таня итак надрывается. Если не хочешь мыть — иди наверх. Но хамить не надо. Ни ей, ни кому-либо ещё. Понятно?
В кухне повисла тишина. Даже тётя Маша подняла бровь. Дэн защищал Таню. Публично. И в его тоне не было игры. Была простая, грубая мужская защита своей... Невесты? Собственности?
Анфиса, сражённая его тоном, что-то пробормотала и, шмыгнув носом, выбежала из кухни. Таня стояла, смотря на широкую спину Дэна, пока он, ворча, начинал мыть тарелки. В её груди что-то ёкнуло — тёплое, незнакомое. Благодарность. Заступничество. В этом аду подозрений, фальши и пошлых игр он встал на её сторону. Просто так. И это было опасно. Потому что заставляло видеть в нём не только манипулятора, но и... человека. Сильного. Способного на защиту.
Вечер
Порно библиотека 3iks.Me
1403
10.03.2026
|
|