В коридоре горел только ночник, свет падал сбоку, делая его лицо резким, незнакомым.
— Аня, уходи.
— Я не хочу уходить.
Он закрыл глаза. Сильно провёл ладонью по лицу будто пытался стереть что-то, что не стиралось.
— Не надо, - сказал он глухо. - Не надо меня ломать. Я еле держусь.
— Кто тебя держит? - спросила я тихо. - Мама? Она тебя не видит. Она вообще ничего не видит, кроме своих правил. А я вижу. Я вижу тебя настоящего.
Он открыл глаза. В них было темно и страшно.
— Ты не понимаешь, что говоришь.
— Понимаю.
Я шагнула вперёд и прижалась к нему. К груди, горячей и голой. Обхватила руками, уткнулась лицом в ключицу. Он пах потом, усталостью, чем-то горьким. И ещё - тем же, что в ту ночь. Тем, от чего у меня подкашивались ноги.
— Аня... - Голос севший, чужой.
— Молчи.
Он стоял неподвижно. Руки висели вдоль тела. Я чувствовала, как бьётся его сердце, часто, как у загнанного зверя.
— Я не могу, - прошептал он. - Я не могу опять...
— Ничего не надо. Просто постой так.
Мы стояли в коридоре, в полутьме. Где-то за стеной тикали часы. Мама их заводила каждое воскресенье.
Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Они были совсем рядом, тёмные, влажные, с расширенными зрачками.
— Поцелуй меня, - сказала я.
— Нет.
— Поцелуй.
Я потянулась сама. Коснулась его губ, сухих, горячих. Он не отвечал. Стоял как каменный. А потом выдохнул так, будто рухнула последняя стена и ответил.
Жёстко, жадно, почти больно. Руки схватили меня за талию, прижали к стене. Я задохнулась от его веса, от запаха, от того, как его язык ворвался в мой рот. Это было не нежно. Это было отчаяние.
— Чёрт, - выдохнул он мне в губы. - Чёрт, чёрт, чёрт...
— Я знаю.
— Что ты со мной делаешь?..
Он замер. Посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом. А потом подхватил на руки и понёс в спальню.
В этот раз всё было иначе.
Он не стал срывать с меня одежду сразу. Посадил меня на край кровати, сам встал на колени передо мной. Руки легли на мои бёдра - дрожащие, но твёрдые. Он смотрел снизу вверх, как будто просил разрешения.
— Можно? - спросил хрипло.
Я кивнула.
Он стянул с меня шортики медленно, будто разворачивал подарок, которого боялся. Потом наклонился и поцеловал меня туда, не сразу, не жадно. Сначала просто тёплым дыханием. Потом губами. Потом языком медленно, глубоко, будто хотел попробовать каждую каплю того, что я накопила за день.
Я выгнулась, вцепилась пальцами в его волосы. Это было не как вчера. Не спешка и страх. Это было... поклонение. Он целовал меня так, словно хотел запомнить вкус навсегда. Язык кружил, входил глубже, потом снова выскальзывал, чтобы облизать клитор, медленно, настойчиво, почти ласково. Я дрожала всем телом, но он не ускорялся. Держал меня на краю, пока я не начала тихо всхлипывать.
— Пап... пожалуйста...
Он поднялся. Снял боксеры. Член стоял тяжело, головка блестела. Он не стал сразу входить. Просто сел на кровать, притянул меня к себе лицом к лицу, посадил верхом.
— Сама, - прошептал он. - Хочу, чтобы ты сама.
Я опустилась на него медленно. Почувствовала, как он входит, толстый, горячий, заполняя меня до самого конца. На этот раз я сама задавала ритм. Сначала медленно, круговыми движениями, чувствуя, как он упирается в самую глубину. Потом быстрее, поднимаясь и опускаясь, пока кровать не начала скрипеть.
Он держал меня за бёдра, но не направлял, просто смотрел мне в глаза. В них было всё: вина, нежность, отчаяние и безумная любовь.
Я наклонилась, поцеловала его сама, глубоко, жадно. Его руки скользнули под мою майку, сжали грудь. Я двигалась всё быстрее, чувствуя, как внутри снова собирается та самая волна.
— Я... сейчас... - выдохнула я.
Он не стал останавливаться. Только крепче обнял меня и начал двигаться навстречу, коротко, резко, точно в такт моим движениям. Волна накрыла меня внезапно, сильная, глубокая, почти болезненная. Тело затряслось, ноги сами сжались вокруг него, я зарылась лицом в его шею и протяжно застонала, чувствуя, как всё внутри пульсирует и сжимается вокруг его члена.
Он кончил почти сразу после меня, глухо, сдавленно, вжимаясь до самого конца. Я почувствовала каждую горячую струю, каждое сокращение. Он дрожал подо мной, прижимая меня к себе так сильно, будто боялся, что я исчезну.
Мы замерли. Потные, тяжело дышащие, переплетённые.
Он поцеловал меня в макушку - нежно, почти виновато.
— Моя девочка... - прошептал он. - Что же мы делаем...
Я не ответила. Просто прижалась к нему.
За окном серело небо. Начинался рассвет.
Порно библиотека 3iks.Me
284
14.03.2026
|
|