Молчунья. Финал- Читать онлайн

делает комплимент моей стрижке и в неведении спрашивает о причине выбора такой короткой длины.

Ну, я не могу его винить. Откуда ему было знать, что эта стрижка мне навязана? Само собой разумеется, его комментарий не становится отличным поводом для начала разговора.

Папа так же мрачен из-за смерти бабушки, как и все мы. Она была ему как вторая мать. Его собственные родители все еще живы, но они переехали во Флориду пару десятилетий назад. Я видела их всего раза четыре или пять, когда они приезжали в гости в мою бытность Джозефом. Семья моей матери и семья папы всегда были близки, так как они выросли вместе в Сент-Поле. Эти тесные отношения написаны на расстроенном лице папы для всех желающих.

Курица получается вкусной, но ни она, ни нелепый комментарий папы не объясняют повисшую тишину, нависшую над нашими головами словно тяжелые тучи. Уход бабушки наложил на нас свой отпечаток.

Во всей этой ситуации есть ужасная ирония. Бабушка всю свою жизнь старалась доставлять нам как можно меньше неудобств. Она никогда не донимала нас просьбами подвезти ее или оказать услугу из-за нежелания быть обузой. А теперь ее уход заставляет нас всех чувствовать себя несчастными... она бы возненавидела бы нашу горечь. Если она сейчас где-то там на небесах, то смотрит вниз с разочарованием и чувством вины. Она злится из-за причинения нам любого рода страданий даже после своей смерти.

Подобные мысли придают мне новый заряд бодрости. Я должна изо всех сил стараться выглядеть жизнерадостной и нормальной. Это порадует бабушку и почтит ее память.

Встав из-за стола, я одариваю родителей быстрой, ободряющей улыбкой. Я не хочу заставлять их волноваться за меня.

Я поднимаюсь в свою комнату и суечусь над выбором одежды на завтра, перебирая вещи в шкафу до нахождения подходящего наряда. Тихо насвистывая про себя, я переодеваюсь в свою розово-белую пижаму. Покончив с этим, я решаю немного поиграть в Battlefield. Моя новая любимая часть в онлайн-играх это тот факт, что никто не знает о моей немоте. Если не считать моих калифорнийских друзей, люди просто видят во мне «Барсука». Я могу быть кем угодно в этом мире.

Конечно, эта роскошь длится недолго, так как Шэдоу быстро сообщает вражеской команде об их проигрыше девчонке. После этого чат наполняется кучей грубых комментариев, адресованных исключительно мне.

«Спасибо, Шэдоу», сердито печатаю я, закатывая глаза. И зачем ему понадобилось это делать? Неважно... нельзя позволять этому задевать меня.

Скрыв окно чата и снова сосредоточившись на игре, я не могу не задаться вопросом о мотивах людей, говорящих совершенно незнакомому человеку вещи вроде «покажи сиськи» и «скинь нюдсы». Все дело в анонимности интернета? Может, это их единственное взаимодействие с женщиной, и они просто не знают правил поведения? Я определенно никогда не вел себя так в теле Джозефа.

В смысле я не был особо джентльменом или вроде того, но ведь я и не был таким придурком... или был?

Грубые комментарии напоминают мне о Джарвисе и его отношении ко мне. Большинство парней не такие, правда же? Я вздрагиваю, заново переживая события сегодняшнего дня. Я такая идиотка. И зачем я влезла? Зачем пыталась строить из себя героиню?

Покачав головой, я объявляю о своем уходе и отключаюсь от игры. Мысли о Джарвисе убили мой игровой настрой.

В моем сегодняшнем моменте храбрости есть несколько светлых пятен. По крайней мере, я записала инцидент на видеокамеру. Может, я смогу отправить это федералам, и они его накажут... скорее всего нет, но это возможно. Нервно закусив губу, я достаю из сумки крошечную шпионскую камеру и подключаю ее к компьютеру. По какой-то причине, возможно из болезненного любопытства, я чувствую непреодолимое желание посмотреть видео. Там больше часа отснятого материала, поэтому я пропускаю скучные и неловкие минуты своих попыток понять статус работы камеры. Вот она я, наивная девочка в блузке и юбке, пытающаяся заставить свою камеру работать. Я перематываю запись до момента первоначальной встречи с Джарвисом. Я молча качаю головой.

Что со мной не так? Зачем мне понадобилось делать из себя еще большую мишень?

На видео запечатлено абсолютно все. Джарвис жестоко валит меня на землю, Тина прижимает меня к полу и кромсает мои волосы ножницами, пока Джарвис рвет мой рюкзак. К моменту закрытия видео меня уже начинает тошнить, а в носу все еще стоит запах горячего дыхания Тины. Глаза наполняются слезами, и у меня случается непроизвольный рвотный позыв. Бросившись к унитазу, я падаю на колени на твердую плитку. Сидя над неподвижной чашей, я продолжаю давиться и позволяю слюне стекать изо рта, изо всех сил стараясь убрать спадающие черные волосы с лица. В детстве меня рвало только во время болезней, но полагаю для всего бывает первый раз. После минуты или двух спазмов тошнота усиливается, и я извергаю несколько волн рвоты, оставляя свой вкусный ужин внутри ожидающего унитаза.

Несмотря на мою мистическую немоту, я, должно быть, издаю хоть какие-то звуки. Вскоре я слышу несколько стуков в дверь ванной, после чего Меган сразу же кладет свою успокаивающую руку мне на плечо.

— Ты в порядке? — осторожно спрашивает она, хватая мои короткие волосы и откидывая их назад, пока я извергаю очередную порцию рвоты.

Через несколько минут я убеждаюсь в полном опустошении своего желудка. Я медленно поворачиваюсь и смотрю Меган в глаза.

— Ты заболела? — спрашивает она с гримасой, пока я стою на коленях на полу ванной и

Порно библиотека 3iks.Me