На вахте с женой 4- Читать онлайн

его тень задрожала. Он кончил. Наступила тишина, нарушаемая лишь тяжелым, прерывистым дыханием обоих.

И тут из темноты барака раздался хохот. «Смотрите! Рукоблуд! — закричал веснушчатый парень. — Даже в клетке умудрился обкончаться! Ха-ха-ха!»

«Вот это сила воображения! — подхватил другой. — Рукоблуд! Слышишь, Колян? Теперь ты у нас Рукоблуд!»

Смех прокатился по бараку. Коля лежал, чувствуя, как тёплые струйки его же спермы стекают по животу на холодные доски. Стыд сжигал его изнутри, но возбуждение ещё не отпускало. Он смотрел на простыню, где сейчас две тени медленно разделялись. Настя...

Утром его разбудил звук. Резкий, спазматический. Кашель. Потом — тяжёлое, булькающее дыхание и глухой, тошнотворный звук рвоты. Всё это доносилось из-за простыни их закутка.

Коля открыл глаза. Тело ныло, задница горела огнём, а в паху было сыро и липко от вчерашнего. Металл клетки впился в кожу так, что любое движение отзывалось острой болью. Он осторожно приподнялся на локте.

Из-за простыни доносился тихий, плачущий шёпот Насти. «Не могу... больше... прошу...»

«Тихо, — раздался низкий, командный голос Семёна Семёныча. — Не ной. Сам виноват. Проглотила мало? Надо было всё, до капли. А ты выплёвывала. Вот организм и очищается. Пей».

Послышался звук поднесённой ко рту кружки, потом снова кашель и рвота. Настя рыдала, её рвало с жутким, разрывающим горло звуком.

Коля сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. Ярость, чёрная и беспомощная, подкатила к горлу. Он хотел ворваться туда, вышвырнуть этого усатого скота, прижать к себе Настю... Но он лежал на полу, с окровавленной жопой и с членом в железной клетке. И ключ был у бригадира. И любое его движение обернётся ещё большими страданиями для неё.

И сквозь ярость, как всегда, пробилось то самое, мерзкое, стыдное возбуждение. От звуков её беспомощности, от её унижения, от того, что это происходит с ней, а он вынужден это слышать. Член в клетке снова попытался напрячься, и снова острая боль пронзила его. Он застонал.

За простынёй наступила тишина. Потом шаги. Семён Семёныч вышел, поправляя ремень. Он был уже одет. Увидел Колю, прищурился. «Что, Рукоблуд, просыпаешься? Жена твоя... недомогает немного. Утренний токсикоз». Он хмыкнул. «Ладно, хватит валяться. Настя! Выходи, на работу пора!»

Настя появилась из-за простыни. Её лицо было серым, под глазами — огромные синие круги. Губы — бледные, потрескавшиеся. Она еле держалась на ногах. На ней было то же простое платье, что и вчера, но теперь оно сидело на ней мешком. Она не смотрела ни на кого, её взгляд был пустым, уставшим в пол.

«Вот, — Семён Семёныч шлёпнул её по ягодице, довольно звонко. — Отправляйся в медпункт. Приведи себя в порядок. А я попозже зайду... с инспекцией. Проверим, как там твоё восстановление после болезни».

Он подмигнул Коле, развернулся и ушёл.

Настя стояла, опустив голову. Потом, медленно, заковыляла к выходу. Она шла, слегка расставив ноги — последствия вчерашнего анального секса были очевидны. Каждый шаг, казалось, давался ей с трудом. Но на её лице, в ответ на какие-то брошенные вслед похабные шутки, появилось что-то вроде улыбки. Затравленной, робкой, жалкой. Она покраснела до корней волос, но опустила глаза ещё ниже и потащилась к своему рабочему месту, враскорячку, как после долгой верховой езды.

Для Коли этот день стал сущим адом. Не физическим — работа была тяжёлой, но привычной. Ад был моральным. Его жена стала главной, единственной темой разговоров.

«Слышал, Рукоблуд, твоя в медпункте аж зелёная была! — кричал ему Сергей, проходя мимо с буровым штангом. — Бригадир, говорят, таким “лекарством” полечил, что до обеда не отойдёт!»

«Да он не просто полечил, он её проинспектировал! — вторил другой. — Говорят, проверял, не растянулось ли там что после вчерашнего коллективного труда!»

Хохот. Пошлые, грязные намёки. Везде. В столовой, в уборной, на самой рабочей площадке. И новое прозвище, прилипшее намертво: Рукоблуд. Его звали так уже открыто, даже те, кто раньше относился к нему более-менее нейтрально.

«Эй, Рукоблуд, передай ключ!»

«Рукоблуд, подвинься!»

«Что, Рукоблуд, член в клетке не затекает?»

Каждое такое обращение было ударом хлыста по его истерзанной гордости. Он молчал, сжимая зубы до хруста, и работал. Работал до седьмого пота, чтобы заглушить голоса в голове, чтобы усталость перебила это жгучее, унизительное возбуждение, которое не оставляло его ни на секунду. От каждого упоминания Насти, от каждого похабного описания того, что с ней делали или будут делать, его член в клетке пытался подняться, причиняя мучительную боль. Он кончал ещё дважды за день — просто так, от мыслей, стоя с лопатой у траншеи. Тёплая сперма стекала по внутренней стороне бедра, смешиваясь с потом, и он чувствовал себя последним, ни на что не годным отребьем.

Вечером, после изматывающей смены, всех погнали в баню. Народу было — яблоку негде упасть. Пар, крики, шлёпанье веников, смех. И тут в эту мужскую цитадель втолкнули Настю.

Она стояла у входа, съёжившись, пытаясь прикрыть груди и лоно руками. Она была голая, мокрая от пара, её тело казалось ещё более хрупким и беззащитным. На бёдрах, груди, животе виднелись синеватые пятна — следы от вчерашних рук.

На секунду воцарилась тишина. Потом кто-то свистнул. «О! Сама пришла! Наверное, мыться!»

«Да не мыться она пришла, а дообслуживать! — гаркнул Виктор, вылезая из пара. Его мощное, татуированное тело было влажным, член — уже наполовину возбуждён. — Вчера в бараке было тесно. А тут — раздолье!»

Его слова стали сигналом. Настю схватили. Не грубо, но твёрдо. Поволокли в центр, на деревянные полки.

Порно библиотека 3iks.Me