пил вино. Кивал. Уточнял, осторожно, по чуть-чуть. И ждал.
Когда она замолчала, он некоторое время не говорил ничего.
Потом спросил тихо:
— И как ты сейчас?
— Завелась, — сказала она честно. — Всю неделю.
Он помолчал. Потом, почти небрежно, как будто между прочим:
— И что ты сама обо всём этом думаешь? Уверен, какие-то ответы ты уже давно нашла.
Она смотрела на него и почувствовала, как в уголках губ сама собой появляется улыбка. Она знала этот тон. Знала эту небрежность, за которой он всегда прятал именно то, что ему было важнее всего. Она видела его насквозь, так же, как он видел её и он это знал.
И она знала, что он знает.
— Солнышко, — сказала она тихо, с той улыбкой, которую не стала скрывать, — я тебя вижу насквозь. Ты хочешь знать, не хочу ли я переспать с ними?
Он на секунду замер. Совсем коротко, но она заметила. Удар выдержал, но заметила.
— Ну, — сказал он ровно, — и каков вердикт?
Она не ответила сразу.
Прокрутила это слово внутри — *свинг* — и прислушалась. Ничего. Тишина. Ни страха, ни желания, ни даже лёгкого укола где-то внутри. Просто — пусто.
— Нет, — сказала она наконец. — Честно. Нет.
Дима кивнул — медленно, глядя на неё. Покрутил бокал в руках. Помолчал.
И она вдруг поняла, прямо здесь, за столом, глядя на его лицо в свете кухонной лампы, что эта пауза не пустая. Они много говорили об этом. Не сейчас — давно. Это не была новая для них территория, не неожиданный разговор. Но он ждал своего момента. Сдерживался и ждал.
— Дима, — сказала она тихо. — Ты этого хочешь?
Он посмотрел на неё, спокойно. Его глаза светились тем, что она знала лучше всего на свете.
— Повторю в который раз, — сказал он. — Только тебя. Только тебя хочу.
— Это не ответ. Точнее, ты так всегда увиливаешь.
— Я знаю. — Он чуть наклонился к ней. — Слушай, я тебе это уже не раз говорил, если тебе это не нужно, мы к этому вопросу никогда не вернёмся. Я захочу этого только если ты этого захочешь.
Она смотрела на него, на то, как он держит бокал, как чуть сжаты губы и говорила медленно, выбирая каждое слово:
— Я боюсь тебя потерять. Вот в чём дело. Просто я тебя знаю. И я не хочу играть в игры, из которых нет выхода назад. — Она помолчала. — Разве тебе не приятно, что я хочу только тебя?
Дима слушал, по-настоящему слушал, не перебивал, не спорил.
— Тогда не будем, — сказал он наконец. — Никакого свинга. Договорились.
— Договорились. — Она помолчала секунду. — Но разговаривать и фантазировать об этом мы, пожалуй, продолжим. Иногда это дико заводит.
— Это я заметил, — сказал он и в голосе его была улыбка.
— Заткнись, — сказала она.
Встала из-за стола. Взяла его за руку и потянула за собой в спальню, не оглядываясь.Она была уже возбужденной, с того момента, как начала рассказывать.
31
Тридцать первого декабря Женя стояла на кухне. «Ирония судьбы» бубнила с телевизора, заезженное кино, которое она знала наизусть, но всё равно смотрела каждый год, потому что так положено. Запах мандаринов, оливье в большой миске, что-то булькало на плите. Она помешивала рассеянно и вполглаза следила за экраном, как раз тот момент, когда к Наде приходят гости, шумные и в маленькой квартире сразу становится тесно и тепло и немного громко, все смеются и непонятно почему так хорошо.
Дима вошёл на кухню, в домашнем, со стаканом воды. Остановился в дверях, посмотрел на телевизор. Потом на Женю.
Она тоже смотрела на экран.
Секунду они оба молчали и что-то в этом молчании было общим, почти без слов, вот оно, то самое, когда приходят люди и сразу иначе.
— Может, и нам пригласить сегодня друзей? — сказал Дима, как будто между прочим.
Женя не обернулась сразу. Продолжала помешивать, краем глаза всё ещё на экране, секунду, может две. Но что-то зацепило, она не оборачиваясь, поняла, не «друзей» вообще. Конкретно.
— А не поздно? Может, у людей уже планы.
— Напишу — там посмотрим.
Она пожала плечами и вернулась к плите.
Через пятнадцать минут Муж снова появился, с телефоном и тем видом, когда всё получилось:
— Спрашивают, на сколько приехать.
— Пусть к одиннадцати.
Пауза. Звук уведомления.
— «Ждите!» — прочитал он вслух.
Женя нарезала салат. На экране Надя Шевелёва следит за своим незнакомцем и ещё не знала, чем это закончится.
Женя тоже не знала.
Потом муж ушёл, и она осталась одна с плитой и мандаринами и бубнящим телевизором. Минут через десять она потянулась за полотенцем и краем глаза поймала себя в тёмном стекле над плитой. Остановилась. Краешки губ чуть подняты. Глаза живые. Какая-то лёгкость во всём лице, которой там не было с утра.
Она прислушалась к себе, коротко, без особого повода.
Ничего такого. Просто Новый год. Просто придут люди, которых она любит. Лиля будет говорить не переставая, с порога, не сняв пальто. Андрей будет подшучивать над ними обеими, и они обе будут делать вид, что это не смешно, хотя это смешно.
Вот и всё.
Она пожала плечами своему отражению и вернулась к приготовлению.
День проскользнул так, как всегда проскальзывают последние часы уходящего года, быстро, немного суетливо, с ощущением, что надо успеть что-то важное, хотя непонятно что именно. Заехали к родителям, отдали подарки, посидели немного, выпили по бокалу, расцеловались. Сына оставили там же, он уже вовсю
Порно библиотека 3iks.Me
322
03.04.2026
|
|