Мамин мальчик (Части 1 - 2)- Читать онлайн

не кричала. Она даже не рыдала. Она просто терпела. И в этом молчаливом терпении была такая бездна унижения, что у Коли потемнело в глазах.

Игорь кряхтел. Тихо, по-хозяйски. Как человек, выполняющий тяжёлую, но привычную работу. Его спина взмокла, на телогрейке проступило тёмное пятно пота между лопатками. Он наклонился ниже, его шепот, хриплый и прерывистый, долетал до щели в двери.

«Вот... вот так... Ничего... Все свои...»

Пальцы Алёны на столе внезапно сжались в кулаки. Так сильно, что Коля услышал хруст костяшек. Её тело выгнулось в неестественной, тугой дуге, пытаясь оторваться от столешницы. На мгновение Игорь отклонился, и Коля увидел край её лица. Глаза были закрыты. Веки сжаты. По щеке, от угла глаза к виску, катилась одна-единственная, чистая, быстрая слеза. Она исчезла в чёрных волосах у виска.

Игорь рычаще выдохнул и снова навалился всем весом, придавив её. Её дуга сломалась, спина с глухим стуком ударилась о стол. Он задвигался быстрее. Его движения стали резче, жаднее. Звук шлепков участился, слился в один непрерывный, мерзкий хлюпающий ритм.

Коля больше не мог дышать. Воздух в лёгких застыл, превратился в стекло. Он чувствовал каждый этот звук не ушами, а кожей, животом, костями. Он чувствовал унижение матери как своё собственное. Стыд прожигал его насквозь, оставляя после себя только холодный, безжизненный пепел. Он стоял и смотрел. Как и у сарая. Беспомощный. Трус.

Игорь издал внезапный, короткий, звериный звук — нечто среднее между стоном и хрипом. Его тело затряслось в последней, сильной судороге. Он замер, вдавливая её в стол, весь вес своего тела на ней. Потом обмяк. Тишина на кухне стала абсолютной, густой, как смола.

Он отстранился. Коля увидел, как он потянул вверх свою грязную рабочую штанину, поправил ремень. Его лицо было красным, потным, удовлетворённым. Он обернулся, взгляд его скользнул по двери, и на секунду Коле показалось, что их глаза встретились через щель. Но Игорь лишь лениво потянулся, позвонки хрустнули, и он подошёл к ведру с молоком.

Он зачерпнул пригоршню белой жидкости, поднёс ко рту, громко хлебнул. Молоко стекало по его подбородку, капало на телогрейку. Он вытер рот тыльной стороной ладони, тупым взглядом посмотрел на Алёну.

Она лежала на столе неподвижно. Глаза открыты. Она смотрела в потолок, заляпанный мухами, и в её взгляде не было ничего. Ни ярости, ни боли, ни даже стыда. Пустота. Как в заброшенном колодце.

«Отдохни, Алёна Викторовна, — сказал Игорь, и в его голосе звучала пародия на заботу. — Работа только начинается.»

Он шлёпнул ладонью по её бедру, одетому в тонкие спортивные штаны, — фамильярно, по-хозяйски. Потом, насвистывая, вышел из кухни, направившись к выходу. Его тяжёлые шаги затихли в коридоре, хлопнула входная дверь.

Коля остался стоять в темноте, прижавшись лбом к холодной штукатурке. Из кухни доносился только тихий, ровный звук. Алёна дышала. Медленно. Глубоко. Как после боя, в котором её сломали, не нанеся ни одного видимого удара.

Он остался в темноте. Его лоб прилип к штукатурке, холод просачивался сквозь кожу, но внутри горело. Он слышал её дыхание. Только дыхание. Ровное, слишком ровное, как у человека, который сознательно считает вдохи и выдохи, чтобы не сойти с ума.

Коля не мог двинуться. Его тело отвердело, стало частью стены, частью этого тёмного, вонючего коридора. Он был стыдом, принявшим форму мальчика.

Из кухни послышался лёгкий скрип. Стол. Она сдвинулась.

Он прикрыл глаза, но образы не ушли. Пальцы, впивающиеся в клеёнку. Слеза. Влажный звук кожи. Он чувствовал его на своей собственной коже, мерзкое эхо.

Ещё один звук. Мягкий шорох ткани. Спортивные штаны, которые она натягивала. Коля зажмурился сильнее.

Потом тишина. Долгая. Прерывистая.

И новый звук — короткий, резкий, подавленный. Как если бы человек попытался сдержать рыдание, и оно вырвалось обломком, клоком. Один раз. Потом снова ровное дыхание.

Коля оторвался от стены. Его ноги, одеревеневшие, повиновались с трудом. Он сделал шаг к щели, заглянул.

Алёна сидела на краю стола. Спина к двери. Плечи были опущены, голова висела низко, подбородок почти касался груди. Короткие чёрные волосы слиплись на затылке, открывая бледную, уязвимую шею. Она сидела совершенно неподвижно, словно вся её знаменитая ярость, вся её каратистская сила вытекли из неё вместе с тем, что забрал Игорь.

Она подняла руки. Медленно, будто они весили по центнеру. Посмотрела на ладони. Потом перевернула их, посмотрела на тыльные стороны. На тонкую кожу, на синеватые вены. Она сжала пальцы в кулаки, разжала. Повторила. Как будто проверяла, всё ли ещё на месте. Всё ли ещё её.

Потом она провела ладонью по лицу. Жест был усталым, бесконечно старым. Она вытерла щёки, уголки глаз. Смахнула невидимую влагу.

Коля видел, как её плечи напряглись. Она выпрямила спину. Медленно, позвонок за позвонком, преодолевая невидимую тяжесть. Когда она подняла голову, профиль её лица в полумраке кухни был резким, как лезвие. Но лезвие было тупым, без блеска.

Она соскользнула со стола. Ноги подкосились на мгновение, она схватилась за край столешницы, удержалась. Постояла так, опираясь, собираясь с силами. Потом оттолкнулась и сделала шаг.

Её движения были странными, чужими. Не той лёгкой, спортивной походкой, к которой он привык. Она шла осторожно, слегка расставив ноги, будто боялась, что тело её предаст, развалится на части. Она подошла к раковине.

Включила воду. Холодную. Подставила под струю руки, стала тереть их. Сначала медленно. Потом быстрее. Яростнее. Она терла ладони, тыльные стороны, каждый палец, забиралась ногтями под ногти, скребла кожу. Вода лилась, а она терла, будто хотела стереть самый верхний слой, содрать его до

Порно библиотека 3iks.Me