Хрупкий рассвет 4- Читать онлайн

достигла двадцати. Руки подкосились. Она рухнула на бетон, лоб прижался к холодному полу. Всё тело дрожало мелкой дрожью. И в этой дрожи, в этом истощении, похоть наконец утихла, задавленная физическим крахом.

Он позволил ей полежать тридцать секунд. Потом ткнул ботинком в бок. «Водопой. Потом — приседы.»

Она доползла до бочки, зачерпнула ладонями воду, жадно пила. Вода была тёплой, затхлой. Но она смывала медный привкус. Отражение в тёмной поверхности показало ей раскрасневшееся, осунувшееся за эти дни лицо девочки. Глаза полковника в этом лице смотрели с яростной, бессильной решимостью.

Приседы стали адом. Каждое опускание вниз растягивало воспалённые мышцы бёдер и одновременно сжимало всё в тазу. К двадцатому приседу она плакала. Беззвучно. Слёзы текли по грязным щекам сами собой, смешиваясь с потом. Она приседала сквозь них.

«Хорошо, — сказал он, когда она, закончив серию, просто замерла в позе эмбриона на полу. — Первый цикл. Восстановление — пять минут. Используй их с умом. Растяни квадрицепсы.»

Он отвернулся, занялся своим стволом, разбирая механизм. Настя выползла в свой угол, упала на тряпьё. Дышала, как он велел — глубоко, носом, пытаясь загнать кислород в уставшие мышцы. Руки сами потянулись к передней поверхности бёдер, она начала растягивать их, чувствуя, как боль отступает, превращаясь в тупую, терпимую ломоту.

И тогда, в тишине, в моменте покоя, её тело решило выдать главную измену.

Волна тепла накатила снизу, мягкая, не связанная с движением. Просто... расслабление. Приятное, глубокое расслабление после напряжения. И вместе с ним — сладкая, густая тяжесть в низу живота. Пульсация вернулась, но теперь она была не зудящей, а манящей. Тело, получив передышку, требовало награды. Той самой награды, которую оно вчера получило на столе.

Настя замерла. Нет. Нет-нет-нет. Это не я. Это не я.

Но это было оно. Её плоть. Её нервная система, перепрограммированная насилием и гормонами. Она лежала, растягивая мышцы, а между её ног становилось тепло, мокро, пусто. Эта пустота была теперь знакомой. И тело тосковало её заполнить.

Она сжала глаза, вцепилась пальцами в тряпки. «Я — полковник Виктор Громов, — прошептала она в пепел на полу. — Я прошёл Афган. Я командовал полком. Я...»

Слова потеряли смысл. Они были просто звуками. А реальностью была влага, проступающая сквозь тонкую ткань её самодельных штанов. Реальностью был стыд, жгучий и острый, и под ним — тёмный, стыдный ручеёк ожидания.

«Время, — сказал он, не оборачиваясь.

Она поднялась. Ноги слушались лучше. Боль отступила. На её место пришла другая слабость — сладостная, предательская.

Второй цикл был на силу хвата. Он заставил её висеть на трубе, вделанной в потолок. «До отказа.»

Она висела. Тонкие, девичьи пальцы быстро уставали. Боль в суставах сменилась онемением. Она смотрела в потолок, стараясь дышать. А внизу, в тазу, тепло расцветало, как гнилой цветок. Каждая секунда напряжения, каждое микросокращение мышц живота отзывалось там эхом. Её сознание раскалывалось. Одна часть отсчитывала секунды, другая — с ужасом наблюдала, как вторая, похотливая, учится получать удовольствие от боли, от усилия, от беспомощности.

Пальцы разжались. Она упала на пол, приземлившись на подогнутые ноги.

«Слабый хват, — констатировал он. — Смертельно в ближнем бою. Будешь тренировать каждый день. Сейчас — упражнение на равновесие и контроль.»

Он поставил её на одну ногу, велел закрыть глаза и поднять вторую, согнутую в колене. «Удерживай. Падаешь — начинаешь сначала.»

Это было адски сложно. Уставшие мышцы ног дрожали. Весь её мир сузился до точки опыта под стопой и до бешеного биения сердца. И в этой тишине, в этом вынужденном бездействии тела, похоть наконец подняла голову по-настоящему.

Это не было резким. Это было медленным, неотвратимым подъёмом. Тепло стало жаром. Пустота — навязчивой, ноющей потребностью. Она стояла на одной ноге, глаза закрыты, а её внутренности, её самые глубинные мышцы, начали ритмично, едва заметно сжиматься. Сокращения пустоты. Призыв.

Она задрожала. Не от усталости. От этого. От того, что её тело, без единого прикосновения извне, само себя возбуждало. Оно помнило. И хотело повторить.

«Концентрация падает, — произнёс его голос где-то рядом. — Дыхание сбилось. Что отвлекает?»

«Ни... ничего, — выдавила она, чувствуя, как по внутренней стороне бедра текут предательские капли. Она падала. Не физически. Морально. Она тонула в этом ощущении.

«Ложь, — сказал он просто. И его рука легла ей на живот. Плоско, поверх майки. Давление было лёгким, но она вздрогнула, как от удара током. Вся её концентрация рухнула, сфокусировавшись на этом пятне тепла. «Здесь. Это отвлекает. Это — новый параметр. Назови его.»

Она стояла, покачиваясь, глаза зажмурены, губы дрожали. «Я... не знаю.»

«Знаешь. Назови. Признай врага.»

Слёзы снова подступили. От бессилия. От стыда. «Похоть, — прошептала она. — Это... похоть.»

Слово повисло в воздухе, грязное, неприличное.

«Правильно, — сказал он, и его рука не убиралась. Она чувствовала её сквозь ткань. «Теперь — управляй. Дыши. Заставь параметр работать на удержание равновесия. Перенаправь энергию.»

Это было невозможно. Но приказ был отдан. И часть её, солдатская часть, откликнулась. Она вдохнула, глубоко, пытаясь поймать этот стыдный, горячий поток и... перенаправить его. В ноги. В стопу. В кончики пальцев, впивающихся в бетон.

И случилось нечто чудовищное. Сработало. На секунду. Волна жара отступила от таза, ударив в конечности, заставив мышцы ноги напрячься с новой силой. Она обрела равновесие.

«Хорошо, — сказал он, и рука убралась. «Видишь? Всё — инструмент. Даже это. Особенно это. Падение.»

Её силы иссякли окончательно. Она рухнула на пол, не пытаясь смягчить падение. Лежала, глядя в ржавый потолок, чувствуя, как похоть, временно отогнанная, возвращается теперь полноводной,

Порно библиотека 3iks.Me