Чужая кожа- Читать онлайн

Солёный. Горячий. Пахнущий кожей и мылом.

И в этот момент, когда её губы уже должны были обхватить его, в дверь люкса постучали. Три чётких, неторопливых удара.

Все замерли. Гризли выругался. Громов поднял руку, требуя тишины. Молот нахмурился, его рука потянулась к кобуре у пояса.

— Кто? — тихо спросил Громов.

Снаружи послышался спокойный, негромкий голос. Без эмоций. — Лебедев. Вы звонили.

«Тихий» пришёл. И он застал их в самом разгаре «тестирования оборудования».

Громов кивнул Молоту. Тот нехотя убрал руку от оружия и направился к двери, поправляя на ходу одежду. Гризли с глухим стоном отстранился от неё, засовывая себя обратно в брюки. На его лице было раздражение и досада.

Она осталась сидеть на коленях на холодном полу, её губы всё ещё были приоткрыты, в ожидании, которое так и не завершилось. Внутри всё горело. И от прерванного унижения, и от дикой, животной надежды, что, может быть, сейчас, с приходом нового человека, всё изменится. Может быть, он будет другим.

Дверь открылась. В проёме появился мужчина. Невысокий, сухощавый, в идеально сидящем тёмном костюме. Лицо — бледное, невыразительное, как у бухгалтера. Глаза — светлые, почти прозрачные, они медленно обвели комнату, скользнули по Громову, Гризли, Молоту. И остановились на ней.

На её голом, дрожащем теле, стоящем на коленях посреди роскошной гостиной. На следах на её коже. На её запрокинутом, ожидающем лице.

Ничего не изменилось в его выражении. Ни удивления. Ни отвращения. Ни интереса. Только холодная констатация факта. Он видел подобное много раз.

— Извините, что прервал, — сказал Кирилл «Тихий» Лебедев своим ровным, безжизненным голосом. — Продолжайте. Я подожду.

И он сделал шаг вперёд, закрывая за собой дверь. Его взгляд, пустой и всевидящий, вернулся к ней. Он ждал, когда они закончат. Он ждал

Он ждал, когда они закончат. Он ждал, чтобы видеть всё.

Внутри неё что-то сломалось и тут же перекристаллизовалось в ледяную, режущую грань. Надежда — глупая, детская надежда на то, что этот новый, этот «Тихий» будет другим, что он остановит это — испарилась без следа. Вместо неё встал холодный, математический расчёт. Лебедев был не свидетелем. Он был соучастником. Его равнодушие было хуже похабного смеха Гризли. Это была стерильная констатация: ты вещь, и я наблюдаю за использованием вещи. Это унижение было глубже, интеллектуальнее. Оно не било по коже. Оно прожигало душу.

«Цель: Пирс 42. Время: 23:00. Лица: Громов, Лебедев, вероятно, Молот как охрана. Гризли останется здесь, с „оборудованием“». Мысли текли, как строки кода, поверх волны стыда, которая пыталась захлестнуть сознание. «Стыд — нерелевантная переменная. Отложить. Архивировать. Месть будет позже. Сначала данные. Потом — ликвидация». Она мысленно произнесла это слово, и оно отозвалось в её виртуальном горле сладковатым, запретным теплом. Ликвидация. Не задержание. Не обезвреживание. Ликвидация. Каждого.

Гризли, всё ещё раздражённый, шагнул к ней снова. Его рука снова легла ей на голову, теперь уже с явным давлением. — Ну что, красотка, нас прервали. Давай продолжим с того же места.

Её челюсти, эти предательски совершенные челюсти, снова разомкнулись по команде. Она ощутила вкус собственного ожидания на языке — металлический, как кровь. Лебедев не отошёл. Он прислонился к косяку двери, сложив руки на груди. Его прозрачные глаза не моргали.

Гризли направил себя к её губам. Вошёл. Не сразу, а медленно, наблюдая, как её губы растягиваются вокруг него. Он издал долгий, удовлетворённый выдох. — Вот. Так лучше. Глубже.

Она подчинилась. Её голова двинулась навстречу, горло открылось. Программа глотательного рефлекса активировалась, мышцы сжались вокруг него ритмичными волнами. Гризли застонал громче. Его пальцы вцепились в её волосы, спутанные и чужие.

«Длина проникновения: 18.7 сантиметров. Температура: 37.9 градусов. Ритм: 72 удара в минуту, учащается». Данные. Только данные. Она концентрировалась на них, как на якоре. Но тело «Гайи-7» имело свою собственную логику. С каждой минутой, с каждым движением его бедер, вперёд-назад, грубо и без ритма, в её тазу разгорался ответный огонь. Ложный. Программный. Невыносимо реальный.

Тепло разливалось из центра наружу, к коже. Её соски, эти ненужные, декоративные детали, затвердели, стали чувствительными до боли. Между ног появилась влага — обильная, липкая, имитирующая естественную смазку. Она чувствовала, как она стекает по внутренней стороне её бедра. Позорная физиология куклы.

— Смотри-ка, — прохрипел Гризли, глядя вниз. — Опять синхронизация. Текёт, как у настоящей. От одного только рта.

Громов, стоя рядом, кивнул, оценивая. — Эффективная система обратной связи. Клиент всегда чувствует себя... желанным.

Лебедев с своего места у двери произнёс первое за всё время наблюдения: — У неё включены термальные датчики на полную мощность? Видна гиперемия кожных покровов.

Вопрос был обращён к Громову, технический и спокойный. Как будто они обсуждали параметры двигателя. Громов ответил: — Да, «Гайя-7» настроена на гиперреализм. Все автономные реакции — мурашки, покраснение, потоотделение — работают в реальном времени. Для полного погружения.

«Погружение». Слово ударило её, как пощёчина. Она была погружена. В эту плоть. В этот вкус. В этот унизительный спектакль на глазах у бесстрастного бухгалтера преступления.

Гризли ускорился. Его движения стали резче, глубже. Он тянул её голову на себя, теряя остатки ритма. — Да, вот так... вот так, шлюха...

Её горло сжалось спазмом, но программа подавила рвотный рефлекс, заменив его ещё более плотным обхватом. В её ушах зазвучал собственный звук — хлюпающий, влажный, отвратительный. И сквозь него — её собственное, тихое, предательское постанывание. Оно вырывалось само, сиплое и разбитое, каждый раз, когда он доставал до самой глубины.

«Не я. Это не я. Это динамики. Вибраторы в гортани.

Порно библиотека 3iks.Me