Воспаление члена моего сына: (Главы 5 - 8)- Читать онлайн

спросила она.

— «Я... я стараюсь тоже по пять-шесть раз. Но мы лечимся пока что только неделю — призналась я — Но... уже не представляю дня без этого. Без... помощи ему.»

— «Помощи — она повторила это слово с лёгкой, горькой усмешкой — Да. Так мы это называем — помощью.»

Наши руки лежали на коленях, и я невольно заметил, что её пальцы, длинные и ухоженные, слегка подрагивали. От нервов? От усталости? Или от постоянного, фонового возбуждения? Я знала это дрожание. Оно было и у меня.

Внезапно с противоположной стороны зала раздался стон. Негромкий, но полный такой настоящей боли, что у меня мурашки побежали по спине. Мы обернулись.

Тот худой молодой человек, внук, сидел, скрючившись, держась за пах. Его лицо побелело, на лбу выступил пот.

— «Бабуль... — простонал он, голос сорвался — Снова... режет...»

Пожилая женщина, его бабушка, немедленно отреагировала. Не смущаясь, не оглядываясь на нас, она придвинулась к нему, положила свою руку ему на промежность, прямо на джинсы, и начала гладить. Твёрдыми, уверенными круговыми движениями.

— «Тихо, тихо, мой сладкий мальчик

— заговорила она низким, хрипловатым голосом, в котором звучала не только забота, но и какая-то... властная нежность — Сейчас тебя посмотрят. Доктор поможет. А потом дома... дома засунешь свой болтик в бабушкину попку. Всю свою боль туда выльешь. Хоть весь день бабулю ебать будешь, сколько влезет. Главное — чтобы моему мальчику полегчало.»

Она говорила это громко, отчётливо, без тени смущения. Как будто говорила о компрессе или микстуре. Молодой человек под её ладонью начал понемногу расслабляться, его дыхание выравнивалось. Он кивал, уткнувшись лицом в её плечо.

Я наблюдала за этой сценой, и во рту пересохло. Моя новая знакомая рядом со мной тоже смотрела, и я увидела в её глазах не шок, а... понимание. И лёгкую зависть? Или одобрение?

— «Видите? — тихо сказала она мне — Мы все разные. Но проблема одна. И решения...» — она не договорила, лишь мотнула головой в сторону бабушки, которая теперь обнимала внука, продолжая нежно мять его через ткань.

Атмосфера в зале ожидания изменилась. Негласная стена стыда рухнула. Мы все — я, уставшая женщина, её сын, бабушка, её внук — были здесь из-за одной и той же немыслимой, мучительной, сладостной проблемы. Мы были сообществом! Изгоями в обычном мире, но своими здесь, в этих стерильных стенах.

Я потянулась и взяла руку Сережи. Он взглянул на меня, и в его глазах я прочла то же самое — растерянность, но и облегчение. Он не один. Его «уродство», его боль — не уникальны. Есть другие. И их матери... их бабушки... они тоже...

Дверь кабинета Ирины открылась. На пороге появилась она сама — в белом, идеально сидящем халате, с твёрдой, понимающей улыбкой на губах. Её взгляд скользнул по залу, оценивающе, принимающе.

— «Анна Сергеевна, Сашенька — сказала она, обращаясь к женщине с аккуратной стрижкой и её сыну — Проходите, пожалуйста. Ваша очередь.»

Анна Сергеевна (теперь я знала её имя) вздохнула и поднялась. Её сын, Сашенька, встал следом, слегка сутулясь, стараясь скрыть внушительную выпуклость в штанах. Перед тем как зайти в кабинет, Анна Сергеевна обернулась ко мне и кивнула. В её взгляде было что-то вроде «ну...с богом!»

Дверь закрылась за ними.

Глава 6.

Дверь закрылась за Анной Сергеевной и ее Сашенькой, и в зале ожидания воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием внука у окна и тихими успокаивающими словами бабушки. Я сидела, сжимая руку Сережи, и чувствовала, как мои ладони потеют. Прошло около двадцати минут. Двадцать минут, в течение которых из-за двери кабинета доносились приглушенные, но узнаваемые звуки: низкий, методичный голос Ирины, тихие ответы Анны Сергеевны, а потом... другие звуки. Мокрые, ритмичные. И один раз — сдавленный, мужской стон, сразу заглушенный.

Сережа сидел, уставившись в свои колени, но я видела, как его пальцы судорожно сжимают ткань джинсов прямо над тем местом, где его член, уже привычно наполненный, создавал тугой бугорок. Он тоже слышал. И это его возбуждало. Меня — тоже. Между моих ног пульсировало в такт этим приглушенным звукам из-за двери.

Наконец дверь открылась. Вышла Анна Сергеевна. Лицо ее было раскрасневшимся, губы — слегка припухшими, влажными. Она быстро провела по ним тыльной стороной ладони, избегая нашего взгляда. За ней вышел Сашенька. Он шел, слегка расставив ноги, и на его темных джинсах, чуть ниже ширинки, расплывалось темное, мокрое пятно. Огромное!

Он прошел, не глядя ни на кого, и опустился на стул в дальнем углу, скрестив ноги, чтобы скрыть пятно. Анна Сергеевна села рядом, взяла его руку и просто держала, глядя в стену. На ее лице была странная смесь усталости и глубокого, почти мирного удовлетворения.

Ирина Стаценко появилась в дверях. Её белый халат был безупречен, лишь на манжете левой руки я заметила крошечное, полупрозрачное пятнышко. Она улыбнулась, и её взгляд, тёплый и всевидящий, упал на нас.

— «Надежда Петровна, Сергей, проходите, пожалуйста» — сказала она, жестом приглашая внутрь.

Мы вошли. Кабинет был таким же, как и в прошлый раз: теплым, уютным, пахло не столько лекарствами, сколько дорогим кремом и чем-то ещё, едва уловимым — мужским потом, спермой?

Кушетка, покрытая одноразовой пелёнкой, стояла посередине. Стол Ирины был завален бумагами, на экране компьютера мерцала ультразвуковая картинка какого-то органа.

— «Раздевайтесь, Сергей, ложитесь — сказала Ирина деловито, подходя к раковине, чтобы вымыть руки — Надежда Петровна, присаживайтесь, пожалуйста, вот здесь» — Она указала на стул рядом с кушеткой.

Сережа, красный

Порно библиотека 3iks.Me