Жестокие ведьмы Маркистана (Главы 1 - 4)- Читать онлайн

подробности. Видимо для того, чтобы потом прокручивать эту жуть в своих больных фантазиях – подумалось Москвичу. Их хищные гадливые улыбочки и раскрасневшиеся лица не оставляли ни малейшего в том сомнения. Они явно наслаждались сценой.

Наконец Стремяга сорвал голос и стал хрипеть и как-то странно хватать широко раскрытым ртом воздух. Глаза его при этом налились кровью, а лицо оказалось залито непроизвольно сочившимися слезами. На парня было страшно смотреть. И только заметив это, Катя приостановила наказание.

— Пятьдесят! – сказала она гордо и бросила на пол плетку.

И весь зал взорвался аплодисментами! Кроха закрыл лицо руками и присел на корточки. Славик облизнул пересохшие губы, а Москвич явственно ощутил, как у него закружилась голова и картинка перед глазами слегка поплыла.

Всего пятьдесят ударов! А ведь всем в этом зале совершенно ясно, что еще триста пятьдесят Стремяга ни за что не выдержит. Он просто скончается от болевого шока на второй сотне, и всё! Это же убийство! Смертельная пытка! Неужели эти суки доведут парня до смерти?

Ребята переглянулись, видимо эта мысль пришла им одновременно. Москвич тоже присел на корточки, ему вдруг стало совсем плохо, он представил, что самого его ожидает кошмар в три раза бОльший, чем тот, что только что вытерпел его друг.

Сто пятьдесят! Это число внезапно стало зловещим, почти как смертный приговор. Нет, он, конечно, не умрет от такого, но спина гарантированно превратится в сплошное кровавое месиво. Что-то надо делать, как-то всего этого надо избежать!

Оказалось, что это было показательное выступление. Экзекуторша не спешила продолжить порку в таком явно убийственном темпе. Она спокойно заняла своё место за начальственным столом и стала о чем-то тихо переговариваться с директрисой и что-то отчёркивать в бумагах, лежавших на столе. Видимо (на что трусливая душонка Москвича втайне очень надеялась), она решила скорректировать количество назначенных ударов в сторону их уменьшения.

А вдруг увеличит? – похолодел Москвич от подлой мысли. Но никто ничего ни увеличивать, ни уменьшать отнюдь не собирался. Дамы-воспитательницы о чем-то недолго посовещались, и слово взяла директриса.

— Сегодня славный день, - начала она немного торжественно. – Двое наших воспитанников, прошедших трудный, но полезный для них путь перевоспитания и становления, освобождаются, и завтра их ждет дорога домой. Мы надеемся, что они станут достойными членами общества и никогда более...

Тут она прервалась на многозначительную паузу, посмотрев на замерших как статуи Пирожка и Сопатого. Те таращили глаза и всем своим видом демонстрировали тупую покорность.

— Словом, они всё осознали и готовы служить и угождать. Так ведь, мальчики? – назидательно продолжила директриса.

Мальчики горячо закивали и опустились на колени, хотя никто их к этому не принуждал. Москвичу в который раз за это утро стало тошно. Неужели ровно через год и мы превратимся в подобных слизняков? – задал он себе риторический вопрос и тут же постарался прогнать от себя подобные мысли.

Директриса улыбнулась, видимо ей подобострастие освобождающихся понравилось.

— Но! – многозначительно продолжила она, - с сегодняшнего дня нам предстоит еще более трудная задача. У нас теперь пополнение – сразу четверо сказочных негодяев, которым необходимо уделять повышенное внимание.

Присутствующие барышни при этих словах как-то странно оживились. Все глаза с хищным блеском уставились на голых парней. Некоторые поглядывали и на выпоротого и теперь еле-еле шевелящегося Стремягу. Нехорошо так поглядывали. Явно надеясь продолжить порку.

— И вы должны, да просто обязаны приложить максимум усилий, - голос директрисы звучал по-прежнему торжественно, но теперь в нем появились нотки нескрываемого надменного превосходства и явного сладострастия, - чтобы сделать из этих негодяев послушных и смиренных мальчиков. Сможете?

Зал буквально взорвался горячими и одобрительными аплодисментами. Москвич не сомневался, что эти барышни приложат все усилия, чтобы добиться от них смирения и покорности. В воздухе витал неуловимый аромат жестокости и похоти, и Москвич снова удивился: неужели никто, кроме него, этого не ощущает? И опять напоролся на колючий взгляд директрисы. Она смотрела ему прямо в глаза. Спокойно и многозначительно. Вот только что она хотела выразить этим взглядом, он понять не мог.

— Оставляю вас наедине с вашими воспитанниками до обеда. Помните, что обед сегодня в шестнадцать часов, и до этого времени все торжественные мероприятия должны быть выполнены. И вы, конечно, знаете наше правило: ни один из наказуемых не должен получить меньшее число розог, чем было назначено. Больше – можно, меньше – никогда!

По рядам барышень пронесся еле сдерживаемый шелест предвкушения. Всё, понял Москвич, нам пиздец. Сейчас нас будут полосовать до смерти. На обед можно даже не рассчитывать. Мы до него не дотянем. Гарантированно.

И еще одна подлая мысль тут же закралась в его испуганный мозг: хорошо бы первым после Стремяги потащили на экзекуцию Славика. Друга, конечно, жалко, но раз всё равно всем придется испить эту чашу до дна, то пусть дадут еще немножко времени подготовиться... К тому же, может быть, садистки хоть немного устанут, или кончат пару раз и ему достанется поменьше...

Подло это, тут же одернул себя Москвич. Пусть уж лучше я буду первым. Раньше сядешь – раньше выйдешь, здесь эта максима тоже должна работать.

И мироздание... откликнулось на его желание! Сразу после того, как мадам директриса и режимница Дарвулия покинули столовую, а уставшая махать плеткой Катя Бэнечко уселась в уголке на атласные подушки и скинула туфельки, его, Москвича, потащила его повелительница Акулина прямо на приготовленную для этих целей лавку. Москвич еще успел заметить, что лавка была аккуратно

Порно библиотека 3iks.Me