Май. Почти год спустя.
Весна в этом году пришла неожиданно тепло. Земля подсохла рано, трава выстрелила за пару дней — свежая, ярко-зелёная, с тем запахом, который бывает только в мае: смесь дыма, пыльцы и первой ночной влаги.
Семён сидел на крыльце, курил. Дом стал тише. Пустой участок через забор — долго стоял мёртвым. После того, как Алёна собрала вещи и уехала, словно вытравив из воздуха запах себя.
Он уже привык к этой тишине.
А сегодня — оживилось.
С утра к дому подъехала старая «октавия». Грохот, багаж, крики, возня. Молодая пара — вроде бы простые, но что-то в них сразу зацепило. Особенно — она.
Семён заметил её не сразу. Сначала — звук шагов. Потом — смех. Звонкий, как у школьницы, и при этом... грудной. Потом — силуэт между деревьями.
Девушка вытаскивала из багажника сумки. Высокая. Волосы — светло-русые, тёплые, убраны в хвост. На ней — футболка, короткие шорты, ноги длинные, кожа уже загорелая. Грудь под тканью — тяжёлая, видна даже издали. Она наклонилась за пакетом, и Семён вдруг поймал себя на том, что не дышит.
А потом — обернулась. Не в его сторону. Но взгляд зацепился. На секунду. Почти ничего. Но хватило.
Семён втянул сигарету и хмыкнул:
— Ну привет, соседка...
Муж — тем временем — суетился у капота. Ниже ростом, пузатый, с усами. Майка на пузе вздута, сзади торчат семейные трусы. Ругался вслух, что-то материл, копался в багажнике, швырнул канистру.
Семён смотрел, не отрываясь. Не на него, конечно.
Прошло минут сорок. Семён уже допивал третью кружку чая — на пиво было рано, но привычка сидеть на крыльце осталась. Солнце припекало в плечо, воздух уже не пах влагой — теперь чувствовалась пыль и жар.
На соседнем участке, под верёвкой, появилась она.
Развешивала бельё. Обычное — футболки, шорты, полотенце. И — белый лифчик. Кружевной, с широкими чашками. Плотный, тяжёлый. Точно не декоративный — тот, что держит настоящую грудь. Она повесила его последним, аккуратно, чуть встряхнув. Лямки слегка закачались, ткань повисла в полупрозрачной тени, а ветерок подхватил чашку — та дрожала, будто дразня.
Семён закурил, не отводя глаз. Улыбнулся уголком рта.
— А что если... — пробормотал сам себе. Глубоко втянул дым.
Мысль не оформилась. Но что-то внизу живота уже шевельнулось. Воспоминание? Азарт? Старое, почти забытое чувство, когда ты не просто смотришь — а прицеливаешься.
Пока муж её снова копался в багажнике, чертыхаясь из-за замка на бардачке, Вера случайно — или нет — перекинула взгляд через изгородь.
Мельком.
Но задержалась.
На секунду. Может, меньше.
Хватило.
Семён усмехнулся. Медленно сплюнул в траву. Поднялся, вытянулся, чувствуя, как футболка натягивается на плечах.
Весна начиналась.
И он знал — всё ещё впереди.
Соседка развешивала бельё — быстрыми движениями, без суеты. Майки, полотенца, пара шорт. Последним — белый кружевной лифчик. Повесила аккуратно, прищепкой за лямку. Ветерок подхватил чашку, ткань закачалась, будто дразня.
— Здрасьте, — раздалось из-за кустов. Голос — низкий, хрипловатый, спокойный.
Она обернулась. У изгороди стоял мужчина. Высокий, крепкий, с седыми волосами и загорелым лицом. В одной руке — сигарета. Рубашка нараспашку, шорты, ноги босые. Смотрел прямо, но без наглости.
— Здравствуйте, — отозвалась Вера, чуть прикрыв глаза от солнца.
— Я — Семён, — кивнул он. — Тут живу. Так сказать, сосед.
— Вера, — коротко ответила она. — А мы сегодня только въехали.
— Ну... добро пожаловать, — сказал он, вытянув сигарету в сторону, чтобы дым не шёл на неё. — Если что — спрашивайте. Где почта, где магазин, у кого куры куда лезут. Мест тут много, но нормальных людей не так чтоб...
Он хмыкнул, не договорив.
— Спасибо, — спокойно кивнула Вера. — Пока пытаемся хоть сумки разобрать.
— Если нужна помощь — починить, откопать — маякните. Я тут почти всё знаю, — добавил он, пожимая плечами. — Соседи у нас не кусаются. Ну, почти.
Вера чуть улыбнулась. Без зубов, просто уголками губ. Но взгляд задержала.
— Хорошо. Учтём.
Семён кивнул. Снова сделал шаг назад.
— Ладно, не мешаю. Увидимся.
Развернулся и пошёл к своему крыльцу. Спина прямая, шаг размеренный. Не оборачивался.
А Вера осталась стоять у белья, глядя ему в след. И впервые за день — задержала взгляд чуть дольше, чем надо.
.......................................
Спустя несколько дней.
Ближе к вечеру воздух стал мягче. Тени вытянулись, солнце сбавило обороты, но земля всё ещё хранила дневное тепло. Птицы замолкли, трава перестала шевелиться — вечер замирал, как перед чем-то.
Семён вышел во двор в майке и старых шортах. В одной руке — миска с мясом, в другой — связка шампуров. Мясо он замариновал ещё с утра: свиная шея, лук, уксус, немного аджики и чёрного перца. Всё настоялось как надо — сока много, цвет насыщенный, запах уже в самой миске был такой, что слюнки тянуло невольно.
Он сел на скамейку у мангала, открыл пиво, глотнул, выдохнул. Потом достал первый кусок — жирный, тёплый на ощупь, — и начал нанизывать. Делал это спокойно, точно, без спешки. Как умеет только тот, кто не угощает, а кормит.
Шампур за шампуром. Мясо ложилось плотно, с шуршанием лука и хлюпаньем маринада. Потом — угли. Уголь тёмный, с лёгким пеплом, но тепло — крепкое, ровное. Он поставил первые шампуры, проверил жар и сел обратно.
Запах пошёл сразу.
Плотный, пряный, с дымком. Жар поднимал сок, он капал на угли и шипел. И с каждым шипением — в воздух поднималось что-то первобытное. Мясо. Огонь. Мужик во дворе.
Семён втянул носом, кивнул сам себе. Пиво допил, открыл второе. Спина у него блестела
Порно библиотека 3iks.Me
960
18.06.2025
|
|