таяли, вытекая между ног перевозбужденной девчонки-подростка.
Не открывая глаз и по-прежнему делая вид, что не замечает подсматривающего отца, Алёна прогнулась как смогла, отставив свою тяжелую и красивую задницу навстречу окну.
Лампа облила её зад светом, подчеркивая изящные и аппетитные формы.
Медленно взяв себя за ягодицы, девчонка растянула их в стороны, открывая отцу идеальный вид на закупоренный вход в лоно дочери и её соблазнительный, бежевый анал готовый к началу взрослых приключений.
Пётр не знал, специально она это делает или нет, но голову он потерял окончательно.
Бросив теребить член, отец, всё ещё дрожа от бешеного волнения и желания, взялся за край деревянной рамы. Подтянувшись и упираясь ногой в заветный кирпич, Пётр Иваныч почти бесшумно влез внутрь и замер у подоконника внутри комнаты дочки.
— Алёнушка, родная моя, - шепотом окликнул он, всей душой надеясь, что она не закричит от испуга и не разбудит Тамару.
Совершенно голая девчонка не шелохнулась и не вскрикнула. Она продолжала стоять в двух шагах от отца, всё ещё растягивая ягодицы в стороны так, будто предлагала себя ему сама.
«Папа, потрогай меня там», - без слов умоляло её измученное желанием и гормонами тело.
Поняв, что она не боится, Пётр шагнул вперед и осторожно протянув руки, взял её за тонкую талию, красовавшуюся над округлостью роскошной задницы. Пальцы мужика легли на упругую и теплую девичью кожу, заставив дочку наконец вздрогнуть.
— Папа...
— Алёнушка...
Он дернулась и тихо простонала. Но не от испуга или зажатости, а от восторга. Наконец-то, прямо здесь и сейчас её томительное ожидание заканчивалось. Главное ничего не испортить, не вспугнуть момент и чудо случится именно этой ночью, а не когда-нибудь потом.
— Ты так... повзрослела... - прошептал Пётр, продолжая вести руками вниз и подбираясь пальцами к ягодицам дочери. – Такая красавица стала... - сбивчиво выдохнул он, судорожно сглотнув пересохшим горлом.
Пальцы отца повторили формы половинок тяжелого красивого зада Алёны и коснулись разреза между ними. Там было горячее и нежнее, теперь задрожала и дочка, ожидая, когда пальцы папы тронут её самое потаенное и приятное место.
— Не боишься? – водя тыльной стороной ладони по шерстке, тихо спросил Пётр.
— Не боюсь, - выдохнула Алёна, чувствуя, что уже совсем поплыла от наслаждения. – Чего мне боятся, я ведь... с родным папой... - добавила она, упираясь щекой в прохладную поверхность зеркала.
Девочка томно открыла глаза и посмотрела в отражении на то, как похотливо и с восхищением отец смотрит на её формы, с каким трепетом и осторожностью касается, аккуратно мнёт их.
Ощущения первых мужских прикосновений, а тем более отцовских, были настолько волнительными, что сердце Алёны почти выпрыгивало из груди. Сердечко девчонки билось, колыхая округлые груди и заставляя пульсировать кровь в изнывающих от женской тоски сосках.
Отец погладил её спину вновь, медленно прошел подушечками пальцев по ребрам и завел широкие ладони под груди дочери. Соски Алёны легли между его мозолистых пальцев и от сжатия девочка простонала снова, чувствуя нежными ягодицами мощный стояк отца.
Трепетным, тяжелым половинкам Алёнкиной задницы показалось, что их касается дубина толщиной в её девичью руку. И это было правдой, стояк отца лишь немного уступал по окружности предплечью самой Алёны.
Петр качнулся и раздутая, пунцовая головка отцовского члена вылезла из-под резинки штанов. Наконечник лег чувствительной уздечкой на задницу дочери, касаясь бархата юной кожи.
— Папа... Аааа... - выдохнула девочка, утопая грудями в сильных и широких ладонях отца.
— Доченька, - покрыв её плечи поцелуями, шепнул на ухо Пётр. – Если хочешь... - нерешительно начал он.
— Да! – перебила его Алёна громким шепотом. – Согласна я, папа! Согласна...
Улыбнувшись и ещё немного помяв груди родной дочери, Пётр повернул её спиной к кровати и опустил нежное тело девочки на простыню. Трепетная, нежная Алёна вытянула руки в вдоль боков, и робко развела бедра шире, навстречу отцу.
Держась за бледные, красивые коленки Алёны, Пётр опустился на колени и посмотрел на вагину дочери почти в упор. Мужик отклонился в сторону, подставляя промежность Алёны под поток света.
Грани лепестков её вульвы были покрыты сеточкой из мокрых складок. Под завитками юного пуха виднелся набухший клитор, несмело выглядывающий из своего розового укрытия. Вагина девочки выглядела как влажный цветок распустившийся сочными, скользкими лепестками навстречу желанию.
Высунув язык, Пётр склонился вперёд и коснулся закупоренного входа в сочащееся нутро дочери. Кончик языка уперся в девственную плеву, и рот заполнил вкус дочкиной вульвы. Солоноватый, отдающий оттенками возбуждения в нос.
Она пахла чистотой и феромонами, как и должна пахнуть измученная годами воздержания одиночка. А ещё, в её запахе были родные оттенки и что-то уютное, нежное, как запах сдобы из печи или парного молока.
С наслаждением вдохнув запах дочкиной вульвы полной грудью, Иваныч высунул кончик языка и осторожно погрузил его в растянутый пальцами вход во влагалище.
Алёна вздрогнула и простонала. Девочка по-детски зажмурилась и выгнулась на кровати, смяв свои соски пальцами об ладошки.
— Папочка... - прошептала она, чувствуя, как по лобку разливается сладкая истома, а вихрь из бабочек в животе сливается в сплошное тепло и желание.
Язык Петра уперся в девственную плеву дочери и слегка надавил на неё, полностью утопая во вкусе Алёнкиной вагины. Дочка задрожала снова и Иваныч заработал языком активнее.
— Папа, ещё! – выстонала Алёна, качнув крутыми, белыми бедрами навстречу лицу отца.
Плева поддавалась плохо, и заботливый отец помогал себе пальцем. Он упирал кончик указательного в закупоренный вход и давил им вместе с языком. Пётр продолжал эти движения до тех
Порно библиотека 3iks.Me
3532
23.07.2025
|
|