Синий бархат (Главы 1 - 8)- Читать онлайн

Мысли вновь, в который раз, вернулись к матери и ее встрече с конюхом Линчем. Интересно, знал ли об этом отец? Полагаю, что да; думаю, он знал о том, что мою матушку трахает в грязном стойле в конюшне молодой конюх.

— Мне нравится твое платье, — признался мой родитель. — Ты ведь теперь стала женщиной, правда?

— Да, думаю, что да, — призналась я.

— Уже не девица, а настоящая женщина. И, смею заметить, со взрослыми женскими мыслями.

— Да, папа.

Он подошел ко мне и коснулся моей руки. Потом его ладони легли на мои обнаженные плечи и когда я повернулась к нему, он поцеловал меня. Прямо в губы, настоящим, наполненным, ярким, глубоким, горячим поцелуем. Застонала ли я? О, да! Отец стал ласкать меня, его руки скользнули чуть ниже моей спины, потом поднялись к моей груди, его пальцы гладили ткань платья, сжимали мои вмиг налившиеся полушарии. Потом он снова взял меня за попку.

— Раздевайся, Кларисса. Тебе понадобится горничная? — быстро зашептал он.

Я сказала, что нет — мне не нужна служанка, я сама сделаю то, что он хочет, и пока мои пальцы судорожно работали над пуговицами, крючками и застежками, мой родитель наблюдал. Наконец, платье и нижняя юбка съехали на пол, и я предстала перед ним только в туфлях, полностью обнаженная. Мой отец в восхищении подошел ко мне, начал ласкать мою грудь; его пальцы потянулись к соскам, начали играть с ними. После этого он заставил меня повернуться, погладил и поласкал мою попку.

— Великолепно, — вымолвил он, наслаждаясь моим уже налившимся телом девушки, которой исполнилось почти восемнадцать. Отец поглаживал мои ягодицы, его пальцы щекотали нежную щелку, и он улыбался в ответ, видя на лице мою улыбку.

— Ложись на кровать, — наконец, вымолвил он. — Поторопись, Кларисса.

Я легла на спину, мои ноги разъехались, его лицо оказалось между моих бедер, и он приник к моему девственному источнику. Я чувствовала его лижущий язык, его губы, его пышные усы, и стонала, облизываемая, обрабатываемая, ласкаемая его устами. Да, Гертруда делала то же самое, — сосала мое самое жаркое потаенное место, мое интимное устье, его расщелину, — но не с такой настойчивостью, как это делал мой родитель. Я чувствовала его силу, его желание, пышность его усов, твердый рот на своей киске. Я стонала и извивалась, и он приподнял мои ноги, уложив их себе на плечи, и удерживал меня за бедра, пока лакомился моим интимным источником. Его трепещущий язык работал в быстром темпе, проникая глубоко в мою норку, порождая толчки внутри моего любовного грота; затем он сместился вниз, к моей розочке, к моей задней дырочке — и я почувствовала щекотку от его усов, дразнивших мои интимные губки.

После этого меня перевернули, поставили на локти и колени, и согнули, чтобы я выставила и предложила ему свою выпуклую попку. Руки отца, его пытливые крепкие пальцы оказались на моих округлостях, а язык снова очутился на моей розочке, на моем заднем портале.

— Да, Кларисса, дааа...

Крепкая хватка его рук, его упругий стержень у моей задней дырочки, толчок — и немыслимое ощущение его растягивающего жара. Я вскрикнула, ощущая, как растягивается моя задняя дырочка; стала стонать, принимая внутрь его копье, чувствуя скольжение внутрь, наслаждаясь незабываемым ощущением его полноты, глубокими звуками его собственного удовольствия.

В тот момент я думала о своей матери, о том, как она прогибалась под натиском молодого конюха — точно так же, как сейчас я склонялась пред отцовским инструментом. Но теперь стонал и вскрикивал он, навалившись на меня сверху, пока моя розочка туго охватывала его стержень, принимая выплескивающиеся струи драгоценной жидкости.

Наступила моя очередь им владеть. Теперь его беру я. Теперь я наслаждаюсь его ощущением.

VII

Со временем вы узнаете ритм дома, в котором чутко улавливаются моменты безделья и шорохи в коридорах. В доме у семейства Хоули царит атмосфера социальной завершенности. Слышится голос хозяйки, кажется, что ее глаза повсюду. Каждый день у нее находится время, чтобы управляться со своим королевством, прежде чем она обратится обратно к друзьям. Слуги мечутся из одной комнаты в другую, как серые мышки.

— Зеркала должны сверкать, — говорит миссис Хоули. К младшим служанкам она испытывает лишь презрение, заявляя, что все они безмозглые. — Чего же тогда мы можем ожидать? — добавляет хозяйка. — Слуги в наши дни не самые лучшие в своем классе.

Она перебирает свои наряды. Миссис Хоули любит, чтобы ее одежда была модной. Если шелк и кружева — то непременно из Парижа.

— Почему французы так много знают об этих вещах? — спрашивает она. — В Лондоне нет ни одной портнихи, которая могла бы сшить такое платье. Это странно, ты не находишь?

Она очень любит драгоценности и маленькие драгоценные шкатулочки — эмалированные сувениры на память о лете, проведенном в Баден-Бадене; перламутр и гранат, привезенные из Биаррица. [Баден-Баден и Биарриц — элегантные и аристократические курорты, соответственно в Германии и Франции] Ее пальцы порхают над расческами и щетками, заполняющими туалетный столик.

Супруги Хоули не похожи друг на друга ни нравом, ни внешним поведением. Полагаю, то же самое можно сказать и о нас с Найджелом — всегда интересно, что видят со стороны другие. Иногда мистер Хоули, кажется, забавляется сообразительностью своей жены. Вот и сейчас она проявляет свой быстрый язвительный юмор, а спустя мгновение умолкает, и ее супруг вновь возвращается к своей газете.

Отныне

Порно библиотека 3iks.Me