Сучка ОФА. Эволюция чувств- Читать онлайн

идти, — сказала она, поднимаясь и отступая к двери. — Мама ждёт.

Грэм не стал её удерживать. Он просто смотрел на неё снизу вверх, и в его взгляде, поднятом с полумрака пола, читалась не человеческая тоска, а какая-то животная, первобытная растерянность ребенка, у которого отняли единственную игрушку.

— Ты придёшь завтра? — спросил он, и в его голосе прозвучала та самая, почти неслышная надежда, которая ранит сильнее, чем требование. — В это время... у нас всегда была прогулка. Ровно в шесть. Она знала. Она уже подходила к двери и скребла ее, если я запаздывал.

Офелия, уже стоя на нижней ступеньке лестницы, ведущей наверх, в нормальный, пахнущий кофе и свежей выпечкой мир, обернулась. Она видела перед собой не просто странного парня с поэтичным именем, а глубоко травмированного человека, который только что на её глазах начал процесс добровольного отречения от себя. И своего собственного, и её. И часть ее, та самая, что верила в метафоры и трагедии, уже была готова стать частью этой странной, пугающей пьесы.

Она должна была сказать «нет». Твёрдо и ясно. Но она была Офелией. И мир для неё был метафорой. А это была самая мощная и трагичная метафора из всех, что она встречала: человек, пытающийся заменить душу животного — душой человека. Или наоборот?

— Возможно, — сказала она, чувствуя, как запускает маховик абсурда, от которого уже не будет спасения. — Я... я подумаю.

Грэм кивнул с странным, почти блаженным выражением лица, как будто только что получил самое главное подтверждение в своей жизни.

— Хорошо. Я возьму с собой немного печенья. Того, с арахисом. Она его обожала. Оно хрустело у нее на зубах... как осенняя листва.

Дверь в подвал закрылась. Офелия прислонилась к штукатурке стены, пытаясь перевести дыхание. Сердце колотилось, выбивая странный, тревожный ритм. Внутри нее боролись страх и пьянящее, запретное чувство причастности к чему-то по-настоящему глубокому и настоящему. Грэм остался сидеть на холодном, чисто выметенном полу в пустом подвале, в тишине, которую больше не нарушал стук хвоста о бетон. Но в его голове уже зарождался новый, спасительный бред, сложный и детализированный, как его лучшие картины. У него снова будет кто-то, кто будет смотреть на него преданными карими глазами. Кто будет греть ноги по ночам. Кто будет ждать прогулки ровно в шесть.

Просто теперь этому кому-то придется ходить на двух ногах. Носить винтажные платья. И имя Офелия. Пока он не решит дать ей новое. Более подходящее. Ведь разве не в имени скрыта суть? А суть теперь была именно в этом.

Глава 2: Тактика приручения

Грэм ждал у подъезда с видом человека, случайно вышедшего подышать воздухом. В кармане его ветровки лежало печенье с арахисом, завернутое в ту самую промасленную бумагу, в которой он его всегда носил Астре. Он не ел его сам — ему было физически противно от мысли, что это печенье может пахнуть иначе, чем в его воспоминаниях. Оно было не угощением, а инструментом. Тактическим инструментом для выработки условного рефлекса. Он даже мысленно называл его не «печеньем», а «стимулом».

Когда появилась Офелия, он сделал вид, что заметил её не сразу. Он смотрел на голые ветки дерева, будто размышляя о бренности бытия, а на деле репетируя в голове первую фразу, подбирая правильную интонацию — не слишком жалобную, но и не жизнерадостную. Золотая середина скорби, вызывающая симпатию, а не отторжение. Нельзя спугнуть дичь.

— О, привет, — он обернулся, изобразив легкую, почти здоровую усталость человека, который старается держаться. — Вышел развеяться. Мозги проветрить. Воздух сегодня... свежий.

Офелия замедлила шаг. Она была в том самом винтажном платье с цветочным принтом и с огромной экокожаной сумкой через плечо. Выглядела как существо с другой планеты, случайно занесенное в этот серый микрорайон. Грэм мгновенно провел сравнительный анализ. «Хрупкость. Ломкие ключицы, тонкие запястья, птичьи кости. Астра была коренастой, приземистой, настоящей крепышкой. Её лапы были толстыми и надежными. С Офелией придется быть аккуратнее. Её нельзя будет тыкать носом в лужу в воспитательных целях. Нельзя грубо тянуть за поводок. Методы нужны иные. Более тонкие.»

— Здравствуйте, Грэм, — ответила она с осторожной, вежливой дистанцией в голосе. — Как ваши... дела?

—Держусь, — он сделал искусную паузу, давая словам нужный трагический вес. Плечи его слегка ссутулились, изображая роль скорбящего. — Спасибо, что спросила. Идёшь на работу?

—Да, в кофейню. Смена через полчаса.

—Я немного прогуляюсь с тобой, если не против. В одиночестве как-то... тяжеловато. — он искусно не договорил, давая ей возможность дофантазировать всё самое жалостливое и поставить галочку в графе «помогла страдающему человеку».

Офелия, конечно же, кивнула. Метафора страдания манила её, как фонарь ночного мотылька. Она не могла устоять.

Они пошли. Первые несколько минут молчания были комфортными для него и напряженными для неё. Он давил на неё этим молчанием, как давят на дверь, проверяя, прочно ли она закрыта. Он вдыхал воздух ритмично и громко, как бы делясь с ней процессом своего «проветривания мозгов».

—Знаешь, а ведь Астра обожала этот маршрут, — начал он наконец, размягчая оборону. Голос его звучал ровно, но с актерской, надтреснутостью. — Вот здесь, у этого газона, она всегда находила какую-нибудь дурацкую палку. Не самую красивую, а самую уродливую и корявую. Таскала её, гордая такая, высоко подняв голову. А вон у того подъезда, с синими дверями, жил её заклятый враг — рыжий кот-забияка. Она делала вид, что не замечает его, но

Порно библиотека 3iks.Me