Мамуля вернула телефон но её опустили (Полная версия)- Читать онлайн

руках. Лейла видела всё это и прокручивала в голове, как плёнку: грязные ноги, слипшиеся пряди, дикий, потерянный взгляд. Она понимала. Понимала без слов, чьих это рук дело.

— Я провожу тебя, — голос Анны прозвучал глухо, будто из-под земли.

Лейла молча кивнула и поднялась. Эдик не поднял глаз.

Анна открыла дверь, пропустила девочку вперёд. Та шла, не оборачиваясь, опустив голову, стараясь не задевать стены в узком коридоре. Они молча спустились по лестнице.

На улице уже смеркалось. У подъезда, как всегда, стояли тени мужчин. Их разговоры стихли, когда появились они.

— До завтра, — сказала Анна, глядя куда-то мимо Лейлы.

Лейла лишь кивнула, резко развернулась и почти побежала в сторону своей пятиэтажки, не оглядываясь, подставляя спину тяжёлому, колючему взгляду Анны и притихшей компании у подъезда.

Анна поднялась обратно. Закрыла дверь.

Лейла шла через тёмный двор. В голове стоял образ тёти Анны: мокрые, спутанные волосы, один красный, заплывший глаз, и этот странный, сладковато-едкий запах, который шёл от неё… запах чужих мужчин, пота и чего-то ещё, от чего становилось не по себе. Она всегда относилась к соседке с лёгким пренебрежением. Одна, с двумя детьми, — такая же бесправная, как и все они здесь, но почему-то всё ещё пытающаяся держать себя так, будто она выше. Ходит в обтягивающих джинсах, смеётся громко, и её замечали с разными мужчинами. Мама Лейлы, сжав губы, говорила про таких: «Не стыда и совести.». И Лейла, хоть и тайком завидовала её свободе, в основном соглашалась. Было в тёте Анне что-то вызывающее, неправильное. И сегодня это «неправильное» вылезло наружу в самом уродливом виде. И вид этот вызывал не жалость, а скорее брезгливое злорадство: вот она, расплата за такую жизнь.

Она бесшумно вошла в свою квартиру, прислушалась. Из кухни доносились громкие, перебивающие друг друга голоса кого то и её братьев. За столом, сидел Алихан. Ему было уже года 24, он был старше и опаснее всех. Высокий, с густыми чёрными волосами и тяжёлым, пронизывающим взглядом. Лейла слышала шёпот взрослых: он не просто гуляка, он барыга. Продавал сигареты пачками, потом телефоны, а потом и что-то серьёзнее, от чего у людей стекленели глаза. Рядом с ним елозил Орхан, худой и вертлявый, с вечной хитрой ухмылкой. Он вечно что-то снимал на телефон и показывал другим. Говорили, это он распространял те самые видеозаписи, за которые старшеклассникам платили деньги. Он был глазами и ушами Алихана. Третий, Рустам, молча сидел на табуретке, согнувшись под своей собственной массой. Он был низким, но очень широким в плечах, с толстой шеей и руками, как молоты. Он редко говорил, только хмурился. Его боялись больше всех, потому что он был тупой и безжалостной силой, которая слушалась только Алихана.

Увидев их, Лейла сразу всё поняла. Про Анну. Её дикий вид, мокрые волосы, красное лицо и тот странный, сладковато-горький запах, который шёл от неё, смешанный с духами. Это была работа их рук. Вернее, приказа Алихана, съёмки Орхана или грубой силы Рустама. Они не просто воспользовались ею. Они её опустили

— …а она стоит, трясётся вся, глаза как у овцы на заклании! — хохотал чей-то хриплый голос, который она узнала — это был Орхан, друг брата.

— Я ей говорю: «Подрочишь — телефон твой». А она: «Только не здесь»! Ага, испугалась, что люди увидят, как она шлюха! — Это был голос брата.

— Да ей не люди мешали, она просто цены себе набивала! — перебил другой. — Ну, мы её в котельной быстро приземлили. Разделась быстро, только щёлкни.

— А сиськи я вам говорил? — снова вклинился Алихан, и в его голосе слышалось хвастовство. — Настоящие, белые! Не то что наши тощие козы!

— Она тебе ещё и отсосала, да так, слюни по подбородку текли! А я в это время снимал! Кричу: «Улыбайся в кадр, шлюха! Всему району покажем!»

— А потом я её сзади… — голос понизился до похабного шёпота. — Она сначала упиралась, мычала, а потом… а потом пошла на встречу, понимаешь? Застонала. Все шлюхи такие — делают вид, что не хотят, а сами готовы за любое внимание.

— И кончила, слышал? Кончила, сука! — завопил Орхан . — Я ей в это время на лицо… а она рожу скривила, а глаза закрыла… а сама телком вся дергалась!

— А потом мы её… — голос сорвался в сдавленный смешок. — Мы её, брат, обоссали. Спину, грудь… а потом и в рожу эту надушую. Сидит на коленях, тварь, в нашем дерьме, и даже не вытирается. Глаза пустые. Опущенная она теперь. По самыя гланды. Её сынок теперь тоже опущенный, потому что мамка его — обоссанная шалава.

В ушах у Лейлы зазвенело. Она слышала от них похабные истории и раньше, но эта… Она была про тётю Анну. Про маму Эдика. Те отрывочные детали, которые она уловила в той квартире — запах, вид, дрожь в руках — сложились в ужасающую, отчётливую картину.

Она проскользнула в свою комнату, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Перед глазами стоял Эдик. Его упрямое, сосредоточенное лицо, когда он делал уроки. Как он защищал её сегодня в школе. Он ничего не знал. Он думал, что его мать просто устала или чем-то расстроена.

Мысль сказать ему об этом даже не возникла. Во-первых, он ей нравился. Он был не похож на этих диких, бородатых пацанов, которые считали себя хозяевами района. Он был

Порно библиотека 3iks.Me