Тихая охота за грибами- Читать онлайн

в её нежный, девственный, как я думала, вход. Верка закричала, когда он начал входить, разрывая её. Он был слишком велик для неё. Но он не останавливался, вколачивая в неё свою плоть с животной яростью. Другой в это время поднёс к её лицу свой член, поменьше, но тоже возбуждённый, и она, заливаясь слезами, послушно открыла рот.

А тем временем щетинистый, закончив с моим ртом, развернул меня, спустил с меня шаровары и, плюнув на свою залупу, вошёл в меня сзади. Его член входил так глубоко, что я почувствовала, как он бьётся в самую матку. Боль от растяжения смешалась с диким, позорным наслаждением. Я укусила губу, чтобы не застонать, стараясь скрыть свои оргазмы. Но тело моё было мокрым и горячим, оно само рвалось навстречу этому насилию. Когда он кончил, выстрелив в меня горячей, густой спермой, моя пизда сжалась в немом, беззвучном спазме, выжимая из меня стыдный, потаённый восторг.

Потом они менялись. От одного к другому. Рты, пизды, даже задницы — всё было заполнено их членами, их спермой. Воздух в избушке стал густым и тяжёлым, пахнущим потом, спермой и женскими соками. Я видела, как у Кати трясутся ноги от очередного оргазма, когда её одновременно ебали в две дыры. Видела, как Верка, уже переставая плакать, с каким-то отрешённым выражением лица, сама двигает бёдрами навстречу толчкам нового насильника. Мы все пали. Пали до самого дна, и это дно оказалось сладким.

Когда они ушли, насытившиеся, мы лежали на грязном полу, всё в сперме, в синяках, в собственном стыде. Молча встали, молча оделись. Урожай в тот день собрали скудный.

Вернувшись в деревню, мы, не сговариваясь, стали лицемерно осуждать тех охотников, этих «зверей», это «ужасное невезение». Говорили о том, как нам «не повезло честным женщинам». Ложь висела между нами тяжёлым, липким пологом.

А на следующее утро, покраснев и глядя в пол, мы дружно, без единого слова, пошли по вчерашней тропе. Взяв с собой самые большие корзины. Молчаливые, полные грязного, животного ожидания.

Мы молча шли по знакомой тропе, и каждый шаг отдавался в моём опустошённом, но странно живом теле. Внутри всё ещё гудело от вчерашнего, а между ног была лёгкая, щемящая боль, напоминающая о наполненности. Мы снова подошли к покосившейся избушке. На этот раз они ждали нас, прислонившись к косяку, с самодельными цигарками в зубах. Ни страха, ни стыда — только густое, тягучее ожидание, свинцом осевшее в низу живота.

Щетинистый, тот, что был их предводителем, мотнул головой в сторону двери. Мы вошли. Воздух всё ещё пах нами — нашим потом, нашей спермой, нашим падением.

В этот раз всё было иначе. Не было грубого захвата, животной давки. Они смотрели на нас оценивающе, как на свой скот. Щетинистый, имя которого, как я узнала позже, было Степан, подошёл ко мне. Его маленькие глазки блестели.

— Ну что, тёща, прочухалась? — хрипло спросил он, и его рука легла на мою шею, не грубо, а почти что ласково.

Я ничего не ответила, лишь почувствовала, как под коленками подкашивается. Он повёл меня в центр комнаты, где на разостланных старых тулупах лежал другой здоровяк, Игнат, с обветренным лицом и телом, как дубовый пень. Он был голый. Его член, толщиной с ручку лопаты, лежал на его волосатом животе, наполовину возбуждённый, бледный и жилистый, с огромной, тёмно-багровой залупой.

— Садись на него, — скомандовал Степан.

Я послушно, как во сне, опустилась на колени, а потом легла на Игната спиной. Его кожа была шершавой и горячей. Он обхватил меня своими могучими руками, перевернул на себя, и я оказалась сверху, лицом к его лицу. Его пальцы вцепились в мои волосы, и он притянул меня к своим губам.

Поцелуй был грубым, влажным, пахшим табаком и чем-то кислым. Его язык, толстый и сильный, влез в мой рот, заполняя его. Я не сопротивлялась. Я отвечала. В этот момент я почувствовала, как его елда с натягом вошла в мою страдалица, а сзади кто-то раздвинул мои ягодицы. Я догадалась, кто это. Это был Степан.

Я почувствовала, как его хуй, твёрдый и упругий, упирается в мою уже мокрую, занятую другим пизду. Игнат в это время не отпускал моего рта, его язык продолжал насиловать мои губы. А потом Степан вошёл.

Он вошёл сзади, в мою взрослую, ещё с утра вспоминавшую его пизду. Он вошёл медленно, но решительно, заполняя собой всё остающееся пространство, которое уже не было пустым.

И в тот миг, когда оба члена, спереди и сзади, вошли в меня до предела, когда я почувствовала, как они встречаются где-то внутри, будто два корня одного дерева, во мне что-то оборвалось.

Это был не просто оргазм. Это было откровение. Прозрение. Всё, что было до этого — брак, долгие ночи с мужем, тайные ласки, вчерашнее насилие — всё это оказалось бледной, убогой пародией на жизнь. Вся моя прежняя жизнь была прожита зря. Зря! Я поняла это в тот самый момент, когда моё тело, разрываемое на части этими двумя самцами, взорвалось таким кайфом, от которого потемнело в глазах и перехватило дыхание.

Оргазм накатил мгновенно, с первой же секунды этого двойного заполнения. И он не кончался. Это была не серия спазмов, а одна непрерывная, бесконечная волна наслаждения, которая била из самой глубины моей пизды, растянутой двумя хуями, и растекалась по всему телу, до кончиков пальцев. Я перестала себя контролировать. Я забыла о стыде, о девках, обо

Порно библиотека 3iks.Me