растёкся по шее, по груди, вниз, туда, где всё ещё было липко от Миши, от Толи, и теперь — от него, от этого его голоса, от этого его взгляда. Он заметил — он всегда замечал, этот его взгляд, как рентген, видел всё: красные пятна, дрожь в руках, запах, который выдавал меня с головой. Я хотела сказать что-то, отбиться, соврать ещё раз, но горло пересохло, язык прилип к нёбу, и я только сжала кружку сильнее, пока кофе не плеснулся на пальцы, обжигая кожу ещё раз.
— Паша, хватит, — выдавила я, но голос был слабым, почти жалким, как у ребёнка, пойманного на вранье, и он это услышал. Его рука легла мне на талию, сжала через майку, пальцы впились в кожу, и я вздрогнула, как от удара, чувствуя, как его тепло пробивает меня насквозь. Он наклонился ближе, его губы почти касались моего уха, и я уловила его запах — молодой, резкий, с ноткой пота и чего-то дикого, что сводило меня с ума.
— Хватит? — шепнул он, и его дыхание обожгло мне кожу, как горячий ветер. — Ты вчера ушла, а я ждал. Лежал и думал о тебе. Дрочил, представляя тебя. А ты… с кем ты была, мам? С кем ты трахалась, пока я тут сходил с ума?
Его слова ударили, как пощёчина, и я задохнулась, чувствуя, как жар от них растекается по телу, как трусики промокают ещё сильнее — не от Миши, не от Толи, а от него, от этого его напора, от этой его злости, смешанной с желанием. Его пальцы скользнули ниже, к бедру, задели край майки, приподняли её, оголяя кожу, и я ахнула, когда он провёл рукой по внутренней стороне бедра, чуть задев липкость, оставшуюся от вчера. Я должна была оттолкнуть его, уйти, закричать, но ноги не слушались, а тело… тело хотело его, хотело этого безумия, этого греха, который я уже не могла остановить, который стал частью меня.
— Паша, я в душ, — буркнула я, вырываясь из его хватки с силой, которой почти не осталось, и почти побежала к ванной, чувствуя, как он смотрит мне в спину, как его взгляд прожигает дыру в майке, в коже, в душе. Дверь хлопнула за мной, я повернула кран, горячие струи ударили по кафелю с шипением, наполняя ванную паром, и я содрала с себя майку, бросила её на пол — мокрая, липкая, вонючая. Трусики полетели следом — они были пропитаны спермой, моей влагой, всем, что со мной сделали за день, и я пнула их в угол, чувствуя, как липкость тянется за ними, как нитка. Встала под душ, закрыла глаза, подставила лицо под горячую воду, чувствуя, как она смывает грязь, пот, сперму с кожи, стекает по груди, по животу, по бёдрам, унося следы Миши, Толи, но не этот жар, который горел внутри, не это желание, которое пульсировало внизу живота, не эту похоть, которая стала моей второй кожей.
Дверь скрипнула, и я вздрогнула, открыв глаза, вода попала в лицо, защипала. Паша. Он стоял в проёме, голый по пояс, шорты низко на бёдрах, и его взгляд — тёмный, голодный, почти звериный — прошёлся по мне, по моему мокрому телу, по груди, где соски торчали от холода воды, по бёдрам, где всё ещё блестели следы вчера, по волосам, прилипшим к шее. Он шагнул внутрь, закрыл дверь за собой, повернул замок, и я отступила к стене, чувствуя, как холодный кафель впивается в спину, как вода бьёт мне в лицо, стекая по подбородку.
— Паша, уйди, — сказала я, но это было слабо, почти шепотом, и он только хмыкнул, подходя ближе, его шаги гулко отдавались в тесной ванной, смешиваясь с шумом воды.
— Нет, мам, — шепнул он, и его руки схватили меня за талию, прижали к стене так, что вода ударила ему в спину, стекая по его груди, по твёрдым мышцам живота, вниз, к шортам, которые тут же промокли, облепив его пах, где уже проступала твёрдость. — Ты моя. И я не хочу, чтобы от тебя пахло кем-то ещё. Я смою их с тебя.
Его губы врезались в мои, грубо, жадно, почти до боли, и я застонала, не в силах сдержаться, чувствуя, как его язык врывается мне в рот, как его зубы прикусывают мою нижнюю губу, оставляя горячий след. Я толкнула его в грудь, мокрые ладони скользнули по его коже, но он не сдвинулся — только прижал меня сильнее, его тело вдавило меня в стену, и вода текла по нам, горячая, обжигающая, смывая грязь, но не этот грех, который мы творили. Его руки скользнули вниз, сжали мои ягодицы, раздвинули их, пальцы нашли мою киску, мокрую, горячую, липкую от вчера, и он ввёл два пальца внутрь, грубо, глубоко, растягивая меня, выбивая из меня стон — громкий, хриплый, который утонул в шуме воды.
— Ааах… Паша… — выдохнула я, цепляясь за его плечи, мои ногти впились в кожу, оставляя красные полосы. Его другая рука схватила меня за волосы, потянула назад, открывая шею, и он впился в неё зубами, кусая там, где уже были следы Толи, оставляя свои метки, горячие, жгучие.
— Ты моя, — рычал он, его пальцы двигались быстрее, выгибая меня под ним, выбивая влажные звуки, которые смешивались с шумом воды. — Скажи
Порно библиотека 3iks.Me
3080
10.10.2025
|
|