из меня новый крик, который я не могла сдержать. — Пусть этот Джордж знает, пусть все знают — ты только моя.
Его член растягивал меня, тёрся о стенки, горячий, толстый, и я чувствовала каждый его изгиб, каждую вену, как он бьёт по самым чувствительным точкам, выбивая из меня крики, стоны, которые я не могла остановить. Его рука скользнула мне на живот, надавила, и я почувствовала его ещё глубже, ещё сильнее, пока оргазм не накатил — быстрый, неумолимый, как удар молнии. Я кончила — резко, сильно, сжимаясь вокруг него, крича его имя — «Паша! Аааах!» — пока волны кайфа били по мне, заставляя тело дрожать, пальцы скользить по мокрой раковине, колени подгибаться. Он не остановился, ускорил темп, его дыхание стало рваным, почти звериным, и я почувствовала, как второй оргазм подступает, ещё быстрее, ещё острее. Его рука сжала мне горло, чуть надавила, не перекрывая дыхание, но давая почувствовать его власть, и он наклонился, прикусил мне ухо, шепнув:
— Ещё раз, мам. Кончи для меня ещё раз.
И я кончила снова — громче, хрипло, содрогаясь под ним, крича, пока голос не сорвался, пока всё тело не стало одним комком кайфа, сжимаясь вокруг него, выжимая его. Он зарычал, вжал меня в раковину сильнее, его пах ударил по моим ягодицам с такой силой, что я ахнула, и он кончил — горячая струя ударила внутрь, заливая меня, выплескиваясь наружу, стекая по моим бёдрам на пол, оставляя липкие пятна на линолеуме, смешиваясь с водой из-под крана. Он замер, тяжело дыша мне в шею, его член пульсировал внутри, выплёскивая последние капли, и я чувствовала их, горячие, густые, пока он не отпустил меня, не вытащил его, оставив меня дрожать у раковины, голую, с полотенцем у ног, с его спермой, стекающей по внутренней стороне бёдер.
— Ты моя, — шепнул он ещё раз, его голос был хриплым, сорванным, и он наклонился, лизнул мне шею, оставив влажный след, прежде чем отстраниться, натянуть шорты и уйти наверх, бросив мне взгляд — тёмный, довольный, но всё ещё голодный, как будто этого было мало, как будто он хотел ещё. Я осталась стоять, дрожа, чувствуя, как его сперма течёт по ногам, как всё тело ноет от этого грубого, жёсткого секса, как воздух в кухне пропитан этим запахом — секс, пот, его мускус, мой стыд. Я подобрала полотенце, завернулась в него, чувствуя, как ткань липнет к коже, как она цепляется за липкость на бёдрах, и рухнула на стул, глядя на пустую кружку, на пятна на полу, которые он оставил, на телефон, где светилось сообщение от Миши — завтра, ещё один день, ещё одна ловушка.
Дима вышел из душа через полчаса, свежий, в чистой футболке, с мокрыми волосами, пахнущий дешёвым шампунем, ничего не подозревающий. Он прошёл мимо, буркнул: «Где вода, Лен? Жрать охота», — и сел за стол, не замечая ни моего красного лица, ни багровых пятен на шее, ни запаха секса, который я пыталась заглушить, открыв окно, но который всё равно витал в воздухе, густой, резкий, непристойный. Я встала, дрожащими руками налила ему воды, чувствуя, как его взгляд скользит по мне, но не видит ничего — ни того, как я дрожу, ни того, как его сын только что трахал меня у этой раковины, оставив меня мокрой, липкой, сломленной. Он выпил, пробормотал что-то про телевизор и ушёл в гостиную, оставив меня одну.
Я сидела на диване, теребя край полотенца, чувствуя, как оно цепляется за кожу, как всё тело ноет от Паши — его рук, его члена, его зубов, которые оставили следы на моей шее, на плечах, на груди. День тянулся медленно, солнце лениво ползло по небу, бросая длинные тени через шторы, и я пыталась собрать себя в кучу, встать, переодеться, смыть это всё, но каждый шаг отдавался болью в бёдрах, жаром между ног, где его сперма всё ещё оставалась, липкая, горячая, как напоминание. Паша был наверху, я слышала, как скрипят половицы под его шагами, как он ходит по комнате, и знала — он не отпустит, не остановится, будет ждать нового шанса, новой минуты, чтобы взять меня снова.
Раздался стук в дверь — тихий, но настойчивый, и я вздрогнула, чуть не уронив пульт, который лежал рядом. Дима крикнул из гостиной: «Лен, открой, я пива налил, лень вставать!» — и я встала, чувствуя, как сердце колотится, как полотенце цепляется за кожу, липкую от пота и его спермы, как ноги дрожат с каждым шагом. На пороге стояла Эмма — соседка, с её булочками и этим взглядом, который знал слишком много. Её светлые волосы были собраны в небрежный пучок, на ней была тонкая кофта, обтягивающая грудь, и джинсы, которые подчёркивали бёдра, и она улыбнулась, протягивая мне тарелку с выпечкой.
— Привет, Лена, — сказала она, и её голос был мягким, с лёгкой хрипотцой, как будто она только что смеялась. — Принесла булочки, вчера не доели. Дима дома?
Её взгляд скользнул по мне — от растрёпанных волос, всё ещё влажных, до голых ног, задержался на шее, где краснели пятна от Паши, на груди, где полотенце обтянуло соски, и я почувствовала, как она видит — не просто смотрит, а видит, чует, как собака чует след. Она знала — может, не всё, но достаточно, и эта её улыбка,
Порно библиотека 3iks.Me
3083
10.10.2025
|
|