Наш отпуск на море. Часть 2- Читать онлайн

вниз до самого пола. Она помогла ему, ступив из них, стоя теперь полностью обнажённой перед ним, дрожа от холода, стыда и непонятного ей самой желания. Он снова шлёпнул её по ягодице, уже по другой, любуясь, как плоть вздрагивает и краснеет.

— Идеально, — пробормотал он. — Просто идеально.

Не теряя времени, он приставил свой толстый, всё ещё мокрый и твёрдый член к её киске. Он был широким, и даже будучи влажной, она сжалась от первого давления. Но он не стал ждать. Уперевшись руками ей в бока, он рванул бёдрами вперёд одним мощным, грубым толчком. Жена вскрикнула — резко, громко, от внезапной, разрывающей боли и невероятной полноты. Он вошёл не весь, но и то, что вошло, заполнило её до предела, растягивая стенки с почти нестерпимым давлением.

— Молчи и терпи, — простонал он ей в ухо, начиная двигаться.

И началось. Он трахал её не как любовник, а как животное, пришедшее за своей данью. Его движения были неритмичными, резкими, глубокими. Он не заботился о её удобстве или удовольствии — он просто использовал её тело, чтобы удовлетворить своё. Каждый толчок сопровождался глухим шлепком его живота о её ягодицы, влажным хлюпающим звуком и его хриплым кряхтением. Он то вгонял в неё почти весь свой короткий, но толстый член, то вынимал почти полностью, чтобы с размаху войти снова. Он менял угол, бил в самое больное и самое чувствительное, не разбирая. Одной рукой он вцепился ей в волосы, оттягивая голову назад, другой — сжимал и мял её грудь, грубо теребя соски. Жена сначала стонала от боли, её тело напрягалось, пытаясь сопротивляться. Но постепенно, под влиянием остатков вина, животного ритма и грубой стимуляции, боль стала притупляться, уступая место чему-то другому. Её стоны изменили тембр. Они стали глубже, прерывистее. Её спина, сначала выгнутая от неприятия, слегка прогнулась, подставляясь под его удары. Ноги её дрожали, но она уже не пыталась вырваться.

— Да... вот так... принимай, шалава, — бормотал он, чувствуя, как её внутренности начинают непроизвольно сжиматься вокруг него уже не только от боли.

И, к её собственному ужасу и непониманию, её тело послушалось. Волна грязного, стыдного, животного удовольствия накатила на неё не от нежности, а от этой самой грубости, от потери контроля, от ощущения себя вещью. Её крик, когда она кончила, был сдавленным, полным отчаяния и невероятного, извращённого наслаждения. Её внутренности судорожно сжались вокруг его члена, выжимая из него ответ. Он зарычал, вогнал в неё ещё несколько раз с особой силой и замер, вбухивая в неё свою сперму горячими, пульсирующими толчками. Потом, тяжело дыша, просто отвалился от неё, позволив своему члену выскользнуть наружу. Она, не удержавшись на ногах, опустилась на колени, потом на четвереньки, тяжело дыша, с каплями его пота и спермы на спине. Магазин пахло сексом, дешёвым вином и её унижением.

Я стоял в темноте подсобки, прижавшись лбом к холодному стеклу, и не мог пошевелиться. То, что я только что увидел и услышал, не укладывалось в голове. Это было не похоже на театр с Русланом и Кареном, не похоже на дикую игру с парнями на пляже. Это было что-то грязное, пошлое, унизительное до основания. Видеть, как её используют, как она... откликается на это использование, как её стоны из боли превращаются в стоны наслаждения от грубого насилия — это переворачивало всё с ног на голову. Но внезапно леденящий ужас сменился приступом животной, панической прагматики: меня могут засечь. Если она или он выйдут сюда, в подсобку... Если кто-то войдёт в магазин с чёрного хода... Я был не режиссёром, не наблюдателем — я был подглядывающим, которого могут поймать с поличным в самом жалком положении. Я оттолкнулся от стены, выскользнул из чёрной двери на улицу и судорожно, почти бегом, направился прочь от этого места. Ноги сами понесли меня к первой попавшейся кофейне в соседнем ряду рынка. Мир плыл перед глазами, звуки доносились как из-под воды. Я подошёл к стойке, что-то пробормотал баристе, сунул ему купюру, не глядя, и взял первый попавшийся стакан с чем-то тёмным и горьким. Я сел за столик у окна, выходящего на ту самую улочку, и просто сидел. Не пил. Просто сжимал ладонями стакан, чувствуя, как дрожь медленно отступает, сменяясь тяжёлой, свинцовой пустотой. В голове снова и снова прокручивались кадры: его жирные руки на её теле, её покорное опускание на колени, эти звуки...

Примерно через пятнадцать минут жена вышла из магазина одна, неся несколько пакетов. Её походка была чуть неуверенной, волосы слегка растрёпаны. Она остановилась, огляделась, потом достала телефон. Через секунду зазвонил мой.

— Где ты? — спросила она. Голос звучал устало, но без тени вины или напряжения.

— В кофейне напротив, — ответил я, и мой собственный голос показался мне чужим.

— Сиди, я подойду.

Она вошла, села напротив, поставила пакеты на свободный стул. На её лице не было ни восторга от покупок, ни смущения. Была какая-то отстранённая, уставшая закрытость.

— Ну что, развеялся? — спросила она, взяв мой недопитый кофе и сделав глоток, поморщившись.

Я посмотрел на пакеты, потом на неё.

— Что купила? — спросил я, и в моём тоне прозвучала не спрошенная заинтересованность, а плохо скрываемая, едкая ирония.

Она поймала этот тон. Её глаза сузились. Она фыркнула — тот самый, уже знакомый, обиженно-презрительный звук.

— Всё, что понравилось, — отрезала она, отпивая ещё глоток и смотря

Порно библиотека 3iks.Me