На дне- Читать онлайн

малышом. Очертания становились другими. И когда очередь дошла ниже, до живота, мои пальцы на мгновение замедлились. Я быстро, почти грубо, провела губкой по лобку, по его детскому, безвольному органу, стараясь не смотреть, не фиксировать в сознании эту деталь. Но она уже была зафиксирована. Где-то на периферии мысли, как щелчок камеры. Факт.

«Голову назад, будем смывать», — голос прозвучал хрипло от пара. Он запрокинулся, и я стала поливать его из ковшика, смывая пену с его коротких волос. Вода текла по его лицу, он жмурился. Я смотрела на него сверху, на его доверчиво прикрытые глаза, на ресницы, слипшиеся от воды. И чувствовала под ладонями его горячие, тонкие плечи, чувствовала его спину, прижатую к моим ногам. Уголёк, тот самый, запретный, тлел где-то в самой глубине, под слоем усталости и материнского автоматизма.

Ночью, в нашей кровати, я лежала, как обычно, в одних трусиках и растянутой футболке без лифчика. Он спал, повернувшись ко мне спиной, его пижама задралась, открывая поясницу. Я смотрела в потолок, а в голове, помимо моей воли, прокручивался тот момент: удар головой о грудь. Не боль. А тепло. То самое тепло, которого не было в моей жизни уже так долго. И рядом — образ, от которого мне хотелось выть от стыда: взгляд на его тело под водой.

Я осторожно, будто крадучись, повернулась к нему боком. Моя обнажённая грудь под тонкой тканью почти касалась его спины. Я зажмурилась и, презирая себя каждой клеткой, опустила руку под одеяло. Фантазия была не нужна. Достаточно было памяти ощущений: его мокрая кожа, его вес между моих ног, этот нечаянный, резкий удар.

Оргазм пришёл тихий, сдавленный, как кража. А с ним — пустота. И в пустоту тут же вполз леденящий, ясный голос: «Ты — мать. Только мать. Запомни. И больше никогда».

Я отодвинулась от его тёплой спины, свернулась калачиком, уткнувшись лицом в подушку. Слово было дано. Больше никогда.

Но тишину комнаты теперь нарушал не только его ровное дыхание. Её нарушала мысль, маленькая, чёрная, как щель в двери: «А что, если “никогда” уже закончилось? Сегодня. В ванной».

И щель эта уже не закрывалась. Она лишь ждала, пока он подрастёт, чтобы превратиться в пропасть, куда нам предстояло упасть обоим.

***

К его двенадцати годам границы наконец-то прочертились. Стыдливое «мам, я сам» превратилось в железное «я буду мыться один». Наша кровать окончательно стала его территорией. Я перебралась на диван в зале, будто в изгнание.

Дома я теперь жила в старом, тонком халате, который завязывался на один оборот вокруг талии. Спать одной означала избавиться от лишней одежды — футболки валялись на стуле, а под одеялом оставались только трусики. Утром, готовя завтрак, я ловила на себе его взгляд. Не детский, а скользящий, быстрый, как удар тока. Он цеплялся за вырез халата, где грудь обвисала без лифчика, задвигал ниже, к оголённым бёдрам, когда я наклонялась к духовке. Он рос. И его молчаливый, изучающий интерес был одновременно леденящим и опьяняющим.

В ту субботу я купила бутылку дешёвого красного. «Для расслабления», — сказала я себе, пряча её за крупой в шкафу. Выпила стакан, сидя на кухне, потом ещё. Алкоголь подкрался тихо, а ударил, когда я встала, чтобы помыть стакан. Пол под ногами стал мягким, в висках загудел тёплый, бархатный гул. Сдерживающие механизмы дали сбой.

Мне захотелось его видеть. Просто видеть. Я ковыльнула в его комнату, распахнув дверь с той самой, дурацкой, пьяной улыбкой, что не сходит с лица.

Он сидел за компьютером, купленным в кредит «для учёбы», конечно же, и яростно кликал мышкой. Экран освещал его сосредоточенное лицо.

«Чего делаешь?» — спросила я, и голос прозвучал сипло, неестественно весело.

«Играю, мам», — буркнул он, даже не обернувшись.

Мне этого было мало. Я подошла сзади, обвила его плечи руками, прижалась щекой к его стриженым вискам. Вдохнула. Пахло потом, подростковым дезодорантом и теплом от системного блока. Моя грудь, свободная под халатом, прижалась к его спине.

«Как же я тебя люблю», — прошептала я ему в ухо, и слова вышли липкими, как сироп. «А ты любишь маму?»

«Люблю-люблю», — отмахнулся он, пытаясь сконцентрироваться на экране. «Ну мам, вот я проиграл из-за тебя!»

Его раздражение, обычное, подростковое, не пронзило мой алкогольный кокон. Мне хватило этого механического «люблю». Я нехотя отпустила его, почувствовав, как между ног стало горячо и мокро от этого короткого объятия. Это было стремительно и постыдно, как удар тока.

«Я спать, — объявила я, ковыляя к двери. — Спокойной ночи, Кирилл».

«Да, спокойной», — прозвучало в ответ, уже поглощённое гулом игры.

В зале меня накрыло волной жара и наглой, пьяной решимости. Я стянула с себя халат, он шлёпнулся на пол. Плюхнулась на диван, поджала ноги, расставив колени. Ткань трусиков уже была влажной. Я не стала их снимать. Просто сдвинула в сторону, обнажив себя, и ткнула пальцами в раскалённую, скользкую плоть.

Алкоголь сделал своё. Стыд притупился. Осталось только настойчивое, грубое требование тела. Я не старалась быть тихой. Наоборот. Дыхание стало громким, хриплым. Пальцы двигались резко, без изысков, добиваясь не удовольствия, а разрядки, физиологического выключения этого невыносимого напряжения. Я закинула голову на подушку, и из горла вырвался приглушённый стон — не от наслаждения, а от отчаяния и пьяной отваги. Пусть слышит. Пусть знает, какая я. Какие мы все, одинокие и сломленные.

Оргазм накатил тяжёлой, короткой волной, больше похожей на судорогу. Тело на мгновение сжалось, потом обмякло. Сознание поплыло. Силы,

Порно библиотека 3iks.Me