Мы уже выяснили с тобой, что этих данных мало для тестирования, не говоря о производстве. Какой мне смысл заказывать твое убийство недоумку Лебовски, если ты была нужна мне сама по себе, вся целиком?
— В... смысле? — отозвался знакомый голос.
— Что ж. Давай окончательно проясним все неясности между нами. Главная неясность — кто ты такая.
Китаянка говорила совсем не зло, наоборот, вкрадчиво до мурашек. Прям секс по телефону, думал озябший Мэллори. И еще ему мешали какие-то помехи — будто волны из-за борта каким-то образом проникли в эфир.
— Вначале я думала, что у тебя амнезия после комы. Но потом я поняла. Ты прошарена в физике. Слишком прошарена. Бренде до тебя как до Теслы. Когда мы обсуждали все это, я догадалась, — ворковал истомный голосок сквозь волны помех, шумевших все громче. — Но главное я поняла только сейчас. Ведь ты настоящая афро. Твоя кожа — это мрак и бархат, это восторг, это звездная ночь в Нигерии какая-то. Я ещё не видела такой охуительной кожи и таких грудей. Твои груди — это сосцы джунглей. Ты настоящая, а Бренда — подделка.
— В смысле? — пискнула Луна из трубки.
— Ты разве не знала?
— Что не знала?
— Что Бренда белая? Она красила себе кожу какой-то хренью, чтобы выдать себя за настоящую Бренду.
Казалось, все застыло: Мэллори, воздух, голос в трубке. Даже те помехи куда-то пропали.
— Давай я расскажу тебе эту историю. Жил-был один химик по имени Патрик. Наверно, и сейчас живет. Однажды он свелся с одной нелегалкой из Мексики. Та была молоденькой школьной училкой физики, кое-что не поделила с наркокартелем и вынуждена была делать ноги. А через какое-то время этот Патрик со своей подружкой сбивают насмерть девушку в горах. У той были при себе документы, ключи, телефон. Она оказалась Брендой Ву, преподавательницей — чего бы ты думала — физики, но только не в школе, а в крутом институте. Ее только взяли туда, а учебный год через месяц. Что дальше? Патрик сбрасывает тело в пропасть, химичит для подруги краску, перекрашивает её в чернокожую так, что мать родная не узнает, и — бинго! — перед вами Бренда Вторая. Родни у неё здесь никого, никто в институте ее не видел — идеальный повод начать жизнь с нуля, знай только подкрашивайся раз в месяц...
Ну конечно, — ныл Мэллори, стиснув зубы. — Ну разумеется...
— Вот только эта Бренда Вторая быстро заскучала со своим Патриком. Ты спросишь, откуда я все это знаю? Она сама выболтала мне это под кайфом после вирта. Да, она оголодала по девочкам, она би, а с ее Патриком не загуляешь, она ведь зависит от него сверху донизу. Так мы и познакомились. Я до сих пор не знаю, как ее зовут на самом деле. Это даже к лучшему, что ты вместо нее, — голос снова стал вкрадчивым. И снова зашумели волны-помехи. — Ты и в деле шаришь, с тобой работать можно, и грудь у тебя такая, что...
Помехи почти заглушили голос. Это же дыхание! — вдруг осенило Мэллори. Она так громко дышит.
Луна.
Дышит, сопит и, кажется, уже...
Черт.
—.. .Я никогда не видела такого цвета. Кто же ты? Кто ты, крутой спец по энергетике с самым охуительным в мире черным телом и самыми сладкими в мире сисями? Та самая студенточка Бренды? Она не говорила мне, что ты черная. Ты чернющая, как ночь любви. Ты ведь тоже по девочкам? А? Я же чу-у-увствую. Какая у тебя сладкая черная писюня, шоколадный соус, м-м-м...
Телефон заскрипел каким-то гулом, в котором слышались глухие удары. Шаги, — понял Мэллори, — бежит, — и выскочил из сортира, и сразу же увидел Луну, выбегающую откуда-то там, из какого-то потайного уголка этой грешной посудины.
Взгляд у нее был безумный, глаза потекли, груди мотылялись до подбородка. Мэллори кинулся наперерез, как вратарь, перехватил ее и потащил к выходу, раздвигая танцующих папиков как бульдозер. Луна тащилась за ним, заливаясь слезами.
Он вывел ее из зала, попытался как-то приладить к дрожащему телу купальник и плавки, плюнул и повел голышом через всю палубу. Луна брела за ним сомнамбулой, подвывая на ходу; ее видели, фоткали, кричали ей что-то — Луна не реагировала, и к лучшему: скорей бы в каюту.
А вот и она. Мэллори доволок Луну до кровати, присел рядом — и та нырнула лицом в него, зарылась в брюки, прямо в хозяйство, прямо носом в ноющий недодерганный стояк, чтобы схорониться в Мэллори и вылить в него свое «я не могу»:
— Я не могу-у-у! — содрогались черные плечи. — Я испортила, провалила, я херовая напарница, но я не могу-у-у...
— Тише, — бормотал Мэллори и вначале гладил, а потом и целовал все, что было перед ним: спину, плечи, лысую макушку. — Тише. Все хорошо. Все прекрасно. Я все слышал. Жучок сработал, есть запись...
— Я не такая, — урчала в него Луна, глотая слезы. — Она врет. Я не такая, я не «по девочкам»...
Бог ты мой, охнул Мэллори. Вот оно что. Вот в чем дело.
— Ты самая лучшая, — шептал он и целовал ей затылок — длинно, нежно, с подсосом. — Ты малыш, ты чудо, ты моя сладкая. Потому что я тоже так больше не могу...
С затылка перешел на лысину, на ушки, щекоча их языком, потом снова на лысину, не выдержал
Порно библиотека 3iks.Me
514
21.02.2026
|
|