Вкус её места- Читать онлайн

в лицо — мужской, сильный, с лёгкой солоноватой примесью.

Я поняла без слов. Подняла голову — слёзы мешали видеть, но я видела достаточно. Подползла ближе — колени скользнули по ковру под столом, лицо оказалось на уровне его паха. Губы дрожали, когда я наклонилась. Запах стал невыносимо близким — кожа, пот, возбуждение, лёгкая горечь. Я взяла его в рот — медленно, осторожно, губы обхватили головку, язык коснулся кожи. Он был горячим, тяжёлым, пульсировал на языке. Я начала двигаться — вверх-вниз, губы плотно обхватывали, слюна текла по стволу, капала на ковёр. Вкус — солёный, горьковатый, мужской — заполнил рот, горло сжалось спазмом.

Виктор молчал. Только дыхание стало чуть глубже — ровное, контролируемое. Он потянулся к телефону на столе — чёрный, тонкий, экран загорелся синим светом. Набрал номер — одним движением большого пальца. Гудки пошли в трубку, громкие в тишине кабинета.

Я продолжала — губы скользили, язык кружил по головке, слёзы капали на его бёдра, слюна текла по подбородку.

— Алёша, — сказал он. — Как дела?

Голос мужа — далёкий, в трубке, но такой родной, что сердце сжалось болью и надеждой. Он ответил что-то — я не разобрала слов, только тон: усталый, нервный, но живой. Он спрашивал про меня. Я услышала своё имя — «Алиса». Слёзы хлынули сильнее — от радости, от боли, от того, что он переживает, беспокоится, хочет вытащить меня.

Он переживает. Он не забыл. Он вытащит меня. Он придёт за мной. Он любит меня.

Виктор засмеялся — коротко, тихо, но смех отозвался в его груди, член дёрнулся у меня во рту.

— Конечно, приходи в баню сегодня вечером. Всё готово. Посидим, поговорим. Как раз будет о чём.

Алёша спросил что-то ещё — голос в трубке стал выше, тревожнее. Виктор ответил — спокойно, почти заботливо:

— Алиса? Конечно, сложно ей было освоиться. Никогда ведь не выполняла такую работу. Но старается. Иногда забывает своё место в доме — ну, знаешь, привычка к свободе. Но мы поправляем.

На этих словах член во рту дёрнулся — резко, сильно. Горячая струя ударила в горло — горькая, солёная, с резким, противным запахом. Я поняла мгновенно — он мочился. Прямо в рот. Жидкость заполнила меня — тёплая, обжигающая, горькая, с металлическим привкусом. Я судорожно глотала — горло сжималось, слёзы хлынули сильнее, рыдания вырвались приглушённо, через нос. Жидкость текла по подбородку, капала на грудь, на пол. Запах заполнил всё — резкий, унизительный, невыносимый.

А в трубке — голос Алёши, благодарный, облегчённый.

Виктор продолжал говорить — голос ровный, спокойный, как будто ничего не происходило:

— Да, приходи. Будет хорошо. Кстати, Маргарита тебе понравилась?

Он хмыкнул — довольный.

— Маргарита всем нравится. Она умеет...

Алёша ответил что-то — я услышала только обрывки: «да... спасибо... скоро...». Голос мужа — тревожный, но благодарный.

Ревность пронзила — остро, как нож в грудь. Предательство — как удар в живот. Он говорил с моим мужем. Смеялся. Приглашал в баню. А я — здесь, на коленях, глотаю его мочу, пока он спокойно болтает с Алёшей. Пока Алёша благодарит его. Почему он спрашивает понравилась ли ему Маргарита? У них что-то было?

Я глотала — судорожно, давясь, слёзы лились ручьём, слюна и моча смешались на подбородке, капали на грудь. Ревность и отчаяние разрывали изнутри — он переживает за меня, но уже спит с Маргаритой. Он вытащит меня, но уже наслаждается ею. Он любит меня, но предпочитает её.

Виктор закончил разговор — короткое «до вечера», трубка легла на стол. Член дёрнулся ещё раз — последняя струя — и затих. Он откинулся в кресле, посмотрел на меня сверху вниз — глаза спокойные, почти добрые.

— Хорошая девочка, — сказал он тихо, голос мягкий, но с лёгкой насмешкой. — Ты сама поняла, что мне нужно, без единого слова. Это уже прогресс. Вершина прислуги — не выполнять приказы хозяина, а предвосхищать их. Чувствовать, чего он хочет, ещё до того, как он откроет рот. Сегодня ты это сделала. За это я тебя награжу. Но не скажу, как. Узнаешь сама. А теперь ползи обратно.

Я поползла обратно — тело дрожало, рот горел от горечи мочи, горло сжималось от рыданий, между ног — жгучая влага, жажда кончить невыносимая, слёзы лились, рыдания вырывались. В комнате — темнота. Я легла на коврик — рыдая, попа горела, во рту вкус мочи, тело кричало от желания, которое не могло удовлетворить. А в голове — голос Алёши, который благодарил Виктора.

Ревность и отчаяние разрывали изнутри. Я рыдала — тихо, надрывно, в темноте.

Порно библиотека 3iks.Me