Пуританская Америка- Читать онлайн

Папа… Проснитесь, пожалуйста.

Мама первой открыла глаза и села в постели.

— Джессика? Что случилось? Тебе плохо?

Папа тоже проснулся, включил ночник. Оба смотрели на дочь удивлённо.

Девочка стояла перед ними в одной футболке, босиком, сжимая в кулаке мокрые трусики. Лицо её пылало ярко-красным. Она опустила глаза и едва слышно произнесла:

— Я… я только что проснулась от очень грешного сна. Мне приснилось, что я в пуританское время… и меня наказывали за разбитую тарелку. Раздели догола, поставили раком на столе и долго пороли по попке и… по письке. Я… я сильно возбудилась во сне. Мои трусики совсем мокрые.

Она протянула руку и показала им скомканные влажные трусики.

— Видите? Они совсем мокрые от меня… Я очень виновата. Я плохая девочка. Я должна быть наказана. Пожалуйста… разденьте меня и отшлёпайте как следует. Как тогда. Чтобы мне было очень стыдно. Чтобы все видели мою голую попку и письку…

Голос Джессики дрожал. Она стояла, слегка раздвинув ноги, чувствуя, как свежая влага снова начинает стекать по внутренней стороне бёдер. Стыд был невыносимым — стоять так перед родителями и признаваться в своих самых грязных, грешных фантазиях. Но именно этот стыд заставлял её маленькую письку пульсировать и мокнуть ещё сильнее.

Мама вздохнула, посмотрела на папу, потом мягко сказала:

— Джессика, милая… Это просто сон. Тебе двенадцать лет, такое иногда бывает в переходном возрасте. Ничего страшного не произошло.

Папа кивнул, пытаясь говорить спокойно:

— Мы не будем тебя за это наказывать. И уж точно не будем шлёпать. Иди обратно в кровать, смени трусики и постарайся уснуть. Завтра школа.

Джессика стояла как вкопанная. Её глаза наполнились слезами — не от облегчения, а от острой досады.

«Они не понимают… — думала она. — Они должны были разозлиться. Должны были заставить меня снять футболку, поставить раком прямо здесь, на их кровати, и долго-долго шлёпать по голой попке и по мокрой письке, ругая меня за грязные мысли. Должны были заставить меня широко раздвинуть ноги и смотреть, как я теку от стыда…»

Но вместо этого — только мягкие, спокойные слова.

Она почувствовала горькое разочарование. Стыд остался, возбуждение никуда не делось, а наказания не было. Ни унижения, ни розги, ни строгих голосов, которые говорили бы, какая она грязная и похотливая девочка.

— Хорошо… — тихо ответила она, едва сдерживая слёзы.

Джессика повернулась и вышла из комнаты, чувствуя, как по ногам стекает новая капелька. В своей комнате она бросила мокрые трусики в корзину для белья, надела чистые и легла в постель.

Но уснуть не могла.

Она лежала, глядя в потолок, и чувствовала сильную досаду. Ей так хотелось, чтобы её наказали по-настоящему — стыдно, больно, унизительно. Чтобы родители увидели, какая она на самом деле грешная и возбуждённая. А вместо этого — «ничего страшного» и «иди спать».

Джессика тихо всхлипнула, засунула руку под одеяло и начала медленно водить пальцами по своей всё ещё мокрой и чувствительной письке, представляя, как могло бы быть, если бы родители поступили «правильно».

На следующий день после уроков Джессика снова осталась в классе. Когда все дети ушли, она подошла к столу мистера Смита и остановилась, сильно краснея.

— Мистер Смит… можно мне с вами поговорить? — голос был тихий, почти шёпот.

Смит поднял глаза и сразу заметил, как сильно она нервничает.

— Конечно, Джессика. Что случилось?

Девочка глубоко вздохнула и выпалила почти одним дыханием:

— Вчера я разбила тарелку за ужином… и мне было очень обидно, что меня не наказали. А ночью мне приснился сон… очень грешный. Мне снилось, что я в пуританское время, меня раздели догола за разбитую посуду и долго пороли по попке и по письке прямо при родителях. Я… я сильно возбудилась во сне. Трусики были совсем мокрые. Я даже ходила к маме и папе ночью, показывала им мокрые трусики и просила, чтобы меня отшлёпали… как тогда. А они сказали, что это ничего страшного и отправили спать.

Она замолчала, опустив голову. Щёки горели.

Смит несколько секунд смотрел на неё внимательно, потом спокойно спросил:

— И теперь ты чувствуешь, что тебя должны были наказать?

Джессика едва заметно кивнула.

— Да… Мне очень стыдно. И… мне это нравится. Я плохая девочка.

Смит медленно встал, подошёл к двери класса и закрыл её на ключ. Щёлкнул замок. Потом опустил жалюзи на окнах, чтобы никто не мог заглянуть внутрь.

— Хорошо, Джессика, — сказал он ровным, строгим голосом, каким говорил на уроке о пуританах. — Если ты действительно хочешь почувствовать, как это было в то время, я могу показать тебе. Закрой глаза на секунду и представь, что сейчас 1685 год, колония Массачусетс. Ты — непослушная девочка, которая разбила тарелку и пришла признаться в своих грязных мыслях.

Джессика закрыла глаза, сердце бешено колотилось.

— Подойди к моему столу, — приказал Смит. — Подними юбку и спусти трусики до колен.

Девочка послушно подошла, дрожащими руками подняла школьную юбку и стянула белые трусики вниз. Теперь она стояла перед учителем с полностью голой нижней частью тела.

Смит сел на стул и посмотрел прямо на её гладкую детскую письку и круглую попку.

— Раздвинь ноги шире, — сказал он спокойно. — Как делали в пуританских семьях. Пусть учитель хорошо видит твоё срамное место.

Джессика раздвинула ноги. Её маленькая писька была уже слегка влажной от волнения.

— Вот так, — продолжал Смит, копируя стиль пуританского учителя. — Смотри, какая ты уже мокрая. В наше время это называлось «доказательством похоти». Девочка, которая течёт от стыда, — особенно

Порно библиотека 3iks.Me