Мамин мальчик (Части 1 - 2)- Читать онлайн

зашаркали по полу, отходя к выходу из стойла. «Дои, пока ведро не наполнится. Потом отнесёшь в дом. И запомни: молчание — не просто золото. Здесь оно — условие выживания. Для всех.»

Шаги затихли в глубине коровника. Коля остался один. Точнее, не один — с коровой, с ведром, с паром, поднимающимся ему в лицо, и с холодной, каменной тяжестью в груди, которая была страшнее любой тошноты.

Он доил. Механически, бездумно. Звук ударяющего о жесть молока заполнил собой всё. Он смотрел на белые брызги, на пену, начинающую подниматься в ведре. Его рука работала сама по себе. А внутри росло тихое, леденящее понимание.

Урок был усвоен. Не про скот. Про них. Он был ведром. Пустым. И его семья была этим тёплым, живым, послушным выменем. А дядя и его люди — теми самыми толстыми, знающими пальцами, которые решали, когда и сколько брать.

И для того, чтобы выжить, ему предстояло научиться быть не человеком. Не сыном, не братом. А инструментом. Молчаливым, послушным и пустым. Чтобы однажды, возможно, его тоже сочли достойным быть наполненным.

Ведро наполнилось. Белая, жирная жидкость плескалась у самого края. Коля отпустил сосок. Его пальцы онемели и болели. Он встал, колени затрещали. Взял ведро. Оно оказалось невероятно тяжёлым.

Он понёс его к выходу, к свету, который резал глаза после полумрака стойла. На пороге коровника он остановился, обернулся. В темноте мерцали десятки спокойных, чёрных, ничего не понимающих глаз.

Он вышел. Солнце ударило в лицо, но не согрело. Он нёс ведро с молоком, и этот груз был легче того, что он теперь нёс внутри.

Коля стоял на солнцепёке с ведром молока в руках, когда из-за угла дальнего сарая, низкого и покосившегося, вырвался женский крик.

Короткий. Резкий. Не от боли, а от внезапного, дикого испуга. И тут же оборвавшийся, словно придушенный.

Лёд пронзил Колю от макушки до пят. Ведро едва не выскользнуло из онемевших пальцев. Молоко плеснулось через край, обожгло ему ногу.

Это был не голос матери. Мать кричала бы иначе — низко, яростно, с хрипотцой. И не Насти — у той крик был бы выше, пронзительнее. Это был... Светин голос. Но искажённый до неузнаваемости паникой, которая резанула его по живому.

Он бросил ведро. Жидкость хлынула на землю, впитываясь в пыль белой лужей. Его ноги уже несли его туда, к сараю, прежде чем мозг успел отдать команду. В ушах стучало: «Света. Света. Света».

Деревянная дверь сарая была прикрыта, но не заперта. Из щели тянуло запахом старого сена, овечьего помёта и чем-то ещё — резким, мужским, потом.

Коля влетел внутрь, ослепнув после яркого солнца. Пыльные лучи света пробивались сквозь щели в стенах, выхватывая из полумрака клочья сена и тени.

И он увидел.

Света стояла, прижавшись спиной к грубой деревянной перегородке. Её лицо было белым как мел, глаза — огромными, полными слёз, которые ещё не скатились. Одна из её аккуратных светлых кос расплелась, волосы прилипли к щеке.

Перед ней, вплотную, почти касаясь её, стоял Равшан. Тот самый таджик, что утром щипал Настю. Он был без телогрейки, в грязной майке, обтягивающей мускулистые плечи. Его тёмная рука лежала на перегородке рядом с головой Светы, загораживая путь.

Второй мужчина, помоложе, с узким, хищным лицом, стоял чуть поодаль. Он не смотрел на Свету. Его взгляд был прикован к её ногам, к подолу платья, который она безуспешно пыталась придержать дрожащими пальцами.

«Я... я просто хотела посмотреть на ягнят», — прошептала Света, и её голос срывался на каждом слове. «Дядя Дима сказал, можно...»

Равшан что-то сказал на своём языке. Глухо, гортанно. Он не отодвигался. Его глаза, чёрные и блестящие, как у ворона, медленно скользили по её лицу, по тонкой шее, останавливались на вырезе платья, где уже угадывался лёгкий, девичий изгиб начинающей расти груди.

«Не понимаю», — всхлипнула Света, отворачиваясь. Слёзы наконец потекли по её щекам, оставляя грязные дорожки в пыли.

Молодой парень засмеялся. Коротко, тихо. Звук был похож на лай.

Равшан протянул руку. Не к ней. К её косе. Он взял конец распущенной пряди, перекинул её через свои пальцы, ощупывая шелковистость. Его движение было медленным, почти нежным. И от этого — невыносимо похабным.

Коля застыл в дверном проёме. Всё его тело кричало, чтобы он бросился вперёд, отшвырнул их, закрыл собой сестру. Но ноги были как свинцовые. В голове, поверх шума паники, прозвучал хриплый голос дяди: «Молчание — условие выживания. Для всех.»

Равшан поднял взгляд и увидел его. Его глаза сузились. Ни удивления, ни страха. Лишь холодная, оценивающая внимательность. Он не убрал руку от Светиных волос.

«Коля!» — выдохнула Света, заметив брата. В её голосе вспыхнула надежда, дикая и безрассудная.

Равшан что-то сказал своему напарнику. Тот обернулся, посмотрел на Колю. Усмехнулся снова. Потом медленно, демонстративно, провёл языком по губам. Его взгляд вернулся к Свете, скользнул ниже пояса.

«Уходи», — хрипло произнёс Коля. Слово вырвалось само, против его воли, тихое и беспомощное.

Равшан покачал головой. Он явно не понял, но смысл был ясен. «Нет», — сказал он по-русски, гортанно и твёрдо. Его пальцы всё ещё перебирали светлый волос.

Потом он отпустил косу. Его рука опустилась. Не на Свету. На свой пояс. Он медленно, не отрывая взгляда от Коли, стал расстёгивать пряжку.

Мир для Коли сузился до этого движения: толстые, грязные пальцы, возящиеся у металлической пряжки, скрип ремня. Звук был оглушительным в тишине сарая.

Света зажмурилась. Её плечи затряслись в беззвучных рыданиях.

А Коля стоял. Он смотрел, как ремень расстёгнут, как Равшан делает шаг ещё

Порно библиотека 3iks.Me