у самого основания члена. Она задержалась так на секунду, ноздри слегка раздулись, вдыхая и привыкая к его аромату.
Её взгляд скользнул по всей длине ствола и выступающим венам, по напряжённой коже, прямо к цели, к тёмно-бордовой, крупной головке, которая блестела на солнце манящим янтарём предэякулята.
Мягкие губы отделились от основания и поползли вверх по его стволу. Лёгкие, воздушные поцелуи были едва ощутимы, но от этого ещё более будоражащими. Она целовала его с почтительным любопытством, как будто посвящала в таинство, не торопясь, растягивая момент. Каждый новый поцелуй был чуть выше предыдущего, оставляя на стволе незримый след её согласия.
Наконец, она достигла вершины. Губы коснулись самой чувствительной точки, головки члена, а затем мягко, благоговейно, прикоснулись к самому кончику нежным поцелуем.
После этого она подняла на него смущенный взгляд из-под ресниц. В её глазах плескалась странная смесь: остатки стыда и жгучее желание увидеть, как он отреагирует на эту её издевательскую игру.
Он одобрительно кивнул. Его надменная усмешка на миг застыла, сменившись выражением чистого, нескрываемого кайфа.
— Ох, шалава... — вырвалось у него. — Ну ты и подарочек. Дразнишься?
Его бёдра сами собой сделали лёгкий, непроизвольный толчок вперёд, навстречу её губам, но он тут же остановился, дав ей возможность продолжить диктовать этот медленный, мучительный темп. Вместо этого он провёл большим пальцем по её щеке, смахивая непослушную прядь волос.
— Ладно, играй, — Его лицо, застывшее в маске торжествующего хищника, смягчилось.— Вижу, что не зря время терял.
После этого её ловкий язык выскользнул изо рта. Она не стала сразу брать его в рот. Вместо этого она медленно, с явным аппетитом, провела широким плоским кончиком языка по всей окружности головки, собрала солоноватую каплю предэякулята и с наслаждением втянула её внутрь. Её глаза прищурились от концентрации, будто она оценивала оттенки вкуса.
Но и этого ей показалось мало. Она начала облизывать его член со всех сторон, как мороженое. Её язык заскользил по бокам члена, огибая его справа, затем слева, ласкал головку, исследовал каждую вену, оставляя блестящие влажные дорожки.
Потом она приподняла его член рукой, наклонилась ниже и широко, от самых яиц, провела языком по всей длине задней, чувствительной поверхности. Это был интимный, насквозь эротичный жест, полный скрытой дерзости.
Только после этой тщательной подготовки она, наконец, вернула губы к головке. И снова заколебалась. Она взяла в рот только самый кончик, обхватив его губами, и остановилась, словно последние сомнения накрыли её с головой. Решающий миг перед прыжком в бездну. Её глаза снова метнулись к его лицу.
Но Димон не дал ей передумать и отступить. Он мягко, но неотвратимо положил руку ей на затылок, потом нежно, но с неумолимой твёрдостью, надавил, уверенным, непрерывным движением вниз.
И она, с лёгким, едва слышным всхлипом, поддалась, позволив ему вести себя. Челюсти расслабились, и Лика погрузилась на его член целиком, глубоко, пока её нос не упёрся в лобковые волосы, а губы не сомкнулись у основания. Её глаза широко распахнулись от собственной уступчивости и от ощущения полноты во рту.
***
Саня, прячась за толстым, морщинистым стволом столетней сосны в двадцати метрах от поляны, не видел деталей и не слышал всех слов. До него доносились лишь обрывки фраз и приглушённые возгласы. Но он увидел главное.
Его мать, после какой-то напряжённой, унизительной беседы, сражённая волей Димона, опустилась перед этим громилой на колени. А потом её голова, с растрёпанными волосами, скрылась в районе его пояса, и начались ритмичные, унизительные покачивания.
В голове у Сани стучало только одно, безумное, не укладывающееся в голове: «Мама... что ты делаешь? Ты же не настолько пьяна... Ты же сильная...».
Её плечи двигались в мерзком, знакомом ему по порно ритме, а руки, вероятно, упирались в его мускулистые, загорелые бёдра.
Димон запрокинул голову назад с выражением животного, самодовольного блаженства и положил свою большую, грубую руку на её затылок, направляя её движения и контролируя её полностью.
***
Димон стоял, прислонившись спиной к шершавому, потрескавшемуся стволу старой сосны, будто врос в неё, стал частью этого дикого, безразличного пейзажа.
Его торс, покрытый каплями пота и прилипшими песчинками, противно лоснился в косых лучах солнца, отливая медью и золотом. Каждая мышца на его животе и груди была напряжена и вырезана словно скульптором, одержимым идеей грубой силы. Его тело источало энергию власти и обладания.
Лика стояла перед ним на коленях, утопая в бархатистом, прохладном мху. Поза её была одновременно унизительной и странно величественной. Спина оставалась прямой, создавая чёткий, красивый изгиб от копчика до затылка. Длинные, растрёпанные волосы золотистым водопадом ниспадали на её плечи и спину, контрастируя с её загорелой кожей.
Она была как пленная королева, принуждённая к поклонению чужому, жестокому божеству, но всё ещё не забывшая о своей породе.
Её взгляд был прикован к его толстому, влажному от её слюны члену. Он медленно покачивался перед её лицом в такт его ровному дыханию, будто живой, независимый организм. Весь мир для Лики сузился до этого куска плоти и задачи его обслуживания.
Одной рукой она впилась пальцами в его волосатое, мощное, как столб, бедро, чувствуя каждую пульсацию крови в глубоких артериях. Ногти, впивались в его загорелую кожу, оставляя на ней бледные, быстро исчезающие полосы.
Другая изящная и ухоженная рука работала у основания члена. Пальцы обхватили ствол в плотное, скользящее кольцо, проводя вверх-вниз по напряжённой плоти отлаженным, механическим ритмом. Фрикции были чёткими и эффективными, будто она накачивала насос, стремясь добиться максимального результата.
И всё это время её пухлые губы, ещё
Порно библиотека 3iks.Me
285
Вчера в 04:52
|
|