Гермиона Грейнджер, рабыня Панси Паркинсон (Полная версия)- Читать онлайн

тонкой подошвой ее туфель, колючесть ткани на сосках, дуновение ветра под короткой юбкой, задевающее интимные места, и этот постоянный, давящий стыд, который был гуще и тяжелее любого физического груза.

Салон назывался «Eternal Ink». Он располагался в невзрачном переулке, его витрина была затемнена черной пленкой. Гермиона, содрогаясь от предчувствия, толкнула тяжелую дверь.

Внутри пахло антисептиком, кожей и жжеными травами. Музыка — какой-то тяжелый индастриал — грохотала не слишком громко, но настойчиво. За стойкой сидел массивный мужчина с полностью зататуированными руками и шеей, с кольцом в брови. Он поднял на нее глаза, и в них не было ни удивления, ни осуждения. Был только холодный, профессиональный интерес.

«Гермиона Грейнджер от мисс Паркинсон», — прошептала она, едва слышно.

Мужчина кивнул, сверяясь с чем-то на мониторе. «Да, ждем. Проходи в третий кабинет. Мастер Дэмиен». Он указал на коридор.

Сердце колотилось так, будто хотело вырваться из груди. Она прошла по узкому коридору, мимо закрытых дверей, из-за которых доносилось жужжание машинок. Третий кабинет. Она постучала.

«Входи», — раздался низкий, спокойный голос.

В кабинете было стерильно чисто. Белые стены, яркая лампа, кожаное кресло, похожее на кресло стоматолога, и стол с инструментами. У окна стоял мужчина — высокий, худощавый, с седыми волосами, собранными в хвост, и пронзительными голубыми глазами. Он был одет в черную медицинскую одежду. Его руки, длинные и узкие, выглядели удивительно нежными для человека его профессии.

«Гермиона?» — спросил он, и в его голосе не было ни сладости, ни жестокости. Только нейтральная профессиональность, которая пугала еще больше. Это означало, что он видел таких, как она, часто. Что ее стыд, ее страх, ее сопротивление были для него частью рабочего процесса, как для мясника — трепет забиваемого животного.

«Да», — выдавила она.

«Мисс Паркинсон прислала очень четкие инструкции и эскизы. Все оплачено. Приступаем». Он подошел к столу, начал готовить инструменты. Машинка для татуировки, похожая на удлиненную ручку с тонкой иглой на конце, баночки с пигментами, перчатки, салфетки. Все движения были выверенными, экономичными. «Разденься и ляг на стол. На спину».

Воздух в легких застыл. «Я... здесь? Сейчас?»

Он посмотрел на нее, и в его гладах мелькнуло легкое нетерпение. «Да. У меня плотный график. Пожалуйста, не задерживайте».

Это «пожалуйста» звучало как насмешка. Она стояла, парализованная стыдом. Раздеваться перед этим незнакомым мужчиной, холодным и безразличным... Это было хуже, чем перед Персефоной. Та хоть получала от этого удовольствие, это было личное. Здесь же было безличное, профессиональное нарушение ее границ.

Но выбора не было. Контракт. Родители. Дно, под которым всегда находилось новое дно.

Дрожащими руками она стянула с себя розовый топ. Холодный воздух кабинета обжег ее кожу. Затем, закусив губу, она расстегнула мини-юбку и сбросила ее. Она осталась стоять только в черных полупрозрачных стрингах и ошейнике. Ее тело, бледное и покрытое синяками от вчерашней порки, выглядело жалко и уязвимо.

«Все», — сказал мастер Дэмиен, не глядя на нее, проверяя настройки машинки.

Она сняла последнюю деталь одежды — стринги. Они соскользнули с ее бедер, и она почувствовала себя окончательно обнаженной. Не просто голой, а выставленной, как товар на осмотре. Она быстро легла на холодную кожу кресла, стараясь прикрыть руками грудь и лобок.

«Руки вдоль тела, — скомандовал он. — Не мешайте работе».

Она опустила руки, чувствуя, как ее соски от холода и страха затвердели до каменных бугорков. Она смотрела в белый потолок, пытаясь отстраниться, уйти в себя. Но это было невозможно. Каждый ее нерв был натянут как струна.

Она увидела, как он подошел с небольшим черным платком в руках. «Закройте глаза», — сказал он. Прежде чем она поняла, что происходит, он наложил повязку на ее глаза. Мир погрузился в темноту.

Паника, острая и слепая, охватила ее. «Зачем?» — выдохнула она.

«Таковы инструкции, — последовал спокойный ответ. — Мисс Паркинсон считает, что сюрприз будет... более эффектным. А теперь лежите спокойно. Первая зона — грудь».

Она услышала, как он передвигается, как щелкает выключатель, и машинка зажужжала тихим, зловещим гудением. Затем почувствовала холодную, липкую жидкость на сосках — антисептик. Потом — прикосновение холодных пальцев в перчатках. Они взяли ее левую грудь, зафиксировали ее, приподняли сосок. Ощущение было до ужаса интимным и при этом абсолютно безличным. Это был осмотр, подготовка материала.

И затем — боль.

Острая, жгучая, бесконечная игла вонзилась в нежную кожу ее ареолы. Она вздрогнула, сдержав крик. Боль была не такой, как от плети — не широкой и хлесткой. Она была точечной, концентрированной, похожей на тысячи уколов тончайших раскаленных игл, которые методично вбивали под кожу краску. Это было невыносимо и унизительно. Ее грудь, всегда такая частная, неприкосновенная, теперь подвергалась осквернению на самом глубоком, физическом уровне.

Она лежала с завязанными глазами, не зная, что именно наносят. Ее воображение рисовало самые ужасные картины — похабные надписи, похабные символы. Ум, лишенный визуальной информации, начал гиперболизировать, делая ожидание еще более мучительным. Она чувствовала каждое движение иглы, каждое прикосновение салфетки, вытирающей кровь и лишнюю краску. Мастер работал молча, лишь изредка отдавая короткие команды: «Не двигайтесь», «Дышите ровнее».

Сначала левая грудь, потом правая. Казалось, это длилось вечность. Боль, сначала острая, стала тупой, фоновой, но от этого не менее унизительной. Ее тело лежало неподвижно, но внутри все кричало. Слезы текли из-под повязки, смешиваясь с потом на висках.

Наконец, жужжание прекратилось. «Перерыв на несколько минут, — сказал мастер. — Потом следующая зона».

Она лежала, тяжело дыша. Ее грудь горела огнем. Она представляла себе, что там теперь, под черной повязкой

Порно библиотека 3iks.Me