Гермиона Грейнджер, рабыня Панси Паркинсон (Полная версия)- Читать онлайн

скользнула на кухню и вернулась, держа в руках длинный, прямой, тёмно-зелёный огурец, холодный и влажный от воды. Пользуясь полной неподвижностью Гермионы, она приставила его тупой конец к её входу, уже влажному от пота, страха и растопленного воска, и с силой, медленной и неумолимой, начала вводить его внутрь.

Гермиона подавила вскрик, превратив его в сдавленный стон. Её тело дёрнулось, цепочка на груди зазвенела, свеча в заднице качнулась, и новая порция горячего воска обожгла кожу.

«Дорогая? Ты в порядке? Звучишь странно», — настороженно спросила мать.

«В-всё хорошо, — Гермиона стиснула зубы, чувствуя, как холодный, чуждый овощ заполняет её, растягивает, движется с жестокой размеренностью. — Просто... першит в горле. Ничего страшного».

«Мы так по тебе скучаем, — голос матери дрогнул. — Папа весь день тебя вспоминает. Говорит, наша девочка обязательно будет министром или нобелевским лауреатом. Он так тобой гордится».

Слова обожгли её сильнее воска. «Наша девочка». Пока их девочка стоит, пронзённая свечой и огурцом, с цепями на теле, и слушает это. Пэнси, наслаждаясь каждой секундой, изменила угол, надавила глубже, нашла точку, от которой всё внутри Гермионы сжалось в болезненный, предательский спазм.

«П-передай папе... спасибо, — её голос сорвался на шепот, дыхание стало неровным. Она отчаянно боролась с телом, которое начинало отвечать на это чудовищное насилие знакомым, ненавистным теплом. — Я... я тоже».

Мама Гермионы болтала, рассказывала новости о каких-то знакомых. и все это время пэнси продолжала трахать Гермиону длинным огурцом, вся ускоряя движения. лицо паркинсо лучилось довольством от этой ужасающей ситуации, в которой оказалась Гермиона.

«Береги себя, родная, — сказала мать Гермионы наконец, и в трубке послышались сморкание. — Учись, но не загоняйся. Позволь себе сегодня отдохнуть!»

В этот момент волна, тёмная, грязная и всесокрушающая, поднялась из самых глубин её существа.Её тело выгнулось в немой судороге, сотрясаясь от беззвучных спазмов. Она кончила, стоя на четвереньках с телефоном у уха, в абсолютной тишине, под аккомпанемент тихого позванивания золотых цепочек. Слёзы хлынули из её глаз, смешиваясь с кремом на лице.

«Гермиона? Ты меня слышишь?» — голос матери стал тревожным.

«Д-да... — едва выдохнула она, пытаясь подавить последние судороги. — Мне... нужно идти. Занятие онлайн. Спасибо... за звонок. Я люблю вас».

«И мы тебя, солнышко! С праздником!»

Связь оборвалась. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь потрескиванием догорающей свечи, тихим звоном цепочек и её бесшумными, сотрясающими всё тело рыданиями.

Пэнси медленно вытащила огурец, отбросила его. Потушила свечу, выдернула её с тем же мерзким, влажным звуком. Затем она наклонилась над всё ещё застывшей в позе Гермионой.

«Вот теперь день рождения состоялся, — тихо прошептала она. — Надеюсь, он запомнится».

Гермиона не шевелилась. Она лежала, прижавшись лбом к холодному полу, а длинные золотые цепочки беспомощно лежали на полированном полу, блестя в косых лучах солнца. Это были не оковы, сковывающие движение. Это были оковы, сковывающие душу. Напоминание, что даже в день, который должен был быть её, она принадлежала не себе. И самым страшным было не унижение, не боль, а полное, абсолютное осквернение последнего светлого воспоминания, последней связи с миром, где её любили просто за то, что она есть.

День рождения умер. И вместе с ним умерла ещё одна часть Гермионы Грейнджер.


Пространство за экраном было упоительной иллюзией свободы. Там, в цифровых лабиринтах кейса по оптимизации логистики пятизвездочного отеля, её ум был чистым, острым, неоспоримым. Она находила нестыковки в цифрах, выстраивала алгоритмы, предсказывала риски. В этой зоне не было цепочек, пирсинга, боли. Не было унижения. Была только холодная, прекрасная логика. Она утонула в ней с головой, позволив времени истечь, как воде сквозь пальцы.

Резкий, безжалостный щелчок замка прозвучал как выстрел по стеклянному миру.

Она вздрогнула, оторвалась от экрана, и реальность навалилась на неё всей своей свинцовой тяжестью. Сумерки. Поздно. Поздно! Паника, мгновенная и дикая, заставила её вскочить. Стул с грохотом опрокинулся. Она понеслась через гостиную, её босые ступни шлёпали по ледяному бетону, золотые цепочки на груди и лице зазвенели панической какофонией. Она мчалась, пытаясь на бегу собрать рассыпавшиеся осколки покорности.

Дверь распахнулась, когда она была в двух шагах от порога. В проёме, залитая жёлтым светом коридора, стояла Пэнси. И не одна.

Гермиона, налетев на собственную тень, грубо рухнула на колени. Поза получилась кривой, поспешной — тело ещё помнило позу за столом, спину, согнутую над клавиатурой, а не выгнутую в поклоне. Она опустила голову, руки инстинктивно полетели за неё, но всё было не так, не идеально, позорно запоздало.

Шаги умолкли прямо перед ней. Она видела только отполированные носки лодочек Пэнси и чувствовала её взгляд — тяжёлый, пронизывающий, полный обещания расплаты.

«Колени я вижу, — раздался голос. Спокойный, ровный, но от этого лишь смертоноснее. — Но не вижу встречи. Не вижу готовности. Твой ум опять сбежал, Грейнджер? В свои виртуальные королевства? В свои бумажные триумфы?»

Гермиона не смела поднять головы. «Простите... я... задание было объёмным...»

«Объёмным? — тихо, с опасной мягкостью переспросила Пэнси. — Значит, оно было *важнее*. Важнее твоего положения. Важнее моих правил. Может, пора лишить тебя этой иллюзии? Чтобы твой драгоценный интеллект наконец сфокусировался на единственной важной задаче — служении?»

Удар был хирургически точен. «Нет! Умоляю!» — её голос сорвался, она подняла на Пэнси умоляющий, полный животного ужаса взгляд. «Прошу вас... только не учёбу... Я приму любое наказание! Любое, какое вы придумаете!»

Она торговалась, как последняя тварь, предлагая свою плоть, свою боль, своё достоинство в обмен на глоток воздуха для своего разума. И Пэнси

Порно библиотека 3iks.Me